Читаем без скачивания Рождённая временем - Сара Сэмюэлс

— Ты должен отпустить меня, Марселиус.

Я не хотела оставаться рядом с этим безумцем. Мне нужно было найти способ сбежать и разыскать Романа.

Где он сейчас? Через какой кошмар ему приходится проходить в эту самую минуту?

Жизнь здесь была невыносимо тяжёлой. Нам с Романом удалось вырвать для себя немного счастья благодаря нашей любви, но, похоже, третий век не любил делать людям подарки. Здесь каждый был обречён терпеть своё жалкое существование до тех пор, пока смерть не забирала его.

Теперь я понимала, почему в древности люди умирали такими молодыми. Средняя продолжительность жизни мужчины в те времена составляла около сорока одного года — если он вообще переживал службу в армии. На мой взгляд, зачем вообще хотеть прожить дольше? Разве с возрастом жизнь становилась лучше? Скорее наоборот — ты терпел её до тех пор, пока больше уже не мог терпеть. И в такой ситуации смерть уже не казалась мне чем-то совершенно безумным.

Но стоило отчаянию начать затягивать меня в свою бездну, как в памяти прозвучали слова Ли.

— Никогда не сдавайся, Оливия. Пока в твоих лёгких остаётся хотя бы один вдох, у тебя всё ещё есть шанс выжить.

Я глубоко, дрожа, вдохнула, продолжая слушать, как Марселиус вновь и вновь повторяет своё странное песнопение.

А затем в моём сердце прозвучал голос Романа.

— Моя любовь к тебе бесконечна, — сказал он тогда. — Всегда и навеки ты будешь моей, что бы ни случилось с нами здесь.

Как я могла отказаться от борьбы после таких слов?

Любовь, которую мы с Романом разделяли, давала нам силы и мужество идти против любых обстоятельств. Мы не сдадимся. Ни он. Ни я. По крайней мере, не без хорошей драки.

Я перевела взгляд на безумца, который, покачиваясь, стоял в нескольких метрах от меня.

— Отпусти. Меня. Если откажешься, я всё равно найду способ сбежать, — прорычала я.

Он мгновенно вынырнул из своего напевного транса.

— Что ты сказала?

— Я сказала, что если ты меня не отпустишь, то я всё равно найду способ сбежать.

Марселиус запрокинул голову и громко расхохотался.

— Это говорит женщина, которая прикована к моей кровати?

Я снова задёргала цепи.

— Ты не сможешь держать меня здесь вечно, Марселиус! Ты больной, извращённый человек, которому нужна помощь!

Марселиус молнией пересёк комнату, забрался на кровать и оседлал меня. Он упёрся ладонями в матрас по обе стороны от моей головы.

— Боюсь, ты здесь надолго, Оливия. И ты ничего не сможешь с этим сделать.

Капли слюны срывались с его губ и попадали мне на лицо.

— Ты останешься здесь. Со мной. И я никогда тебя не отпущу.

Он медленно провёл длинным пальцем по моей щеке.

Я зарычала и попыталась вцепиться зубами в его руку, словно дикое животное.

Он холодно, насмешливо рассмеялся.

— Какая же ты глупая, моя сладкая, раз думаешь, что сможешь одолеть меня. Нет, всё это зрело годами. С того самого дня, как Роман победил меня в поединке, я строил планы, как однажды превзойти его. А когда появилась ты, выбор стал очевиден. Ты, Оливия, должна была принадлежать мне.

— Ты ошибаешься, — процедила я, снова пытаясь вырваться из оков.

— Неужели? — Его жестокая улыбка вновь растянулась на лице. — Думаю, ошибаешься именно ты. Увидишь сама. Когда я тебя сломаю.

Я резко рванулась к нему, пытаясь укусить.

Он тут же прижал обе ладони к моему рту, одну поверх другой, с такой силой, что я едва могла дышать.

— Теперь я тебя не слышу, и ты не можешь меня укусить. Видишь, как это просто? Все твои угрозы и показная храбрость — не более чем пустое бахвальство. Теперь здесь главный я. Я. Не Александр. У меня есть то, что принадлежало ему, и я намерен этим воспользоваться.

Его взгляд стал острым, как лезвие.

— Я сломаю тебя. Это я тебе обещаю, сучка.

Я отчаянно пыталась повернуть голову, разжать челюсти и впиться зубами ему в ладонь, но он давил слишком сильно.

Он опустился ниже, прижавшись животом к моему животу, и его твёрдый член под набедренной повязкой упёрся мне в бедро.

— А теперь слушай, моя сладкая. Через две ночи я буду сражаться с Романом Александром насмерть. Его уже морят голодом, так что к бою он будет ослаблен. Исход, по сути, предрешён. Хотя уверен, он всё равно откуда-нибудь наскребёт сил, чтобы дать мне достойный отпор. В конце концов, нельзя же, чтобы всё выглядело слишком уж легко, правда?

Я приглушённо запротестовала, уткнувшись в его ладони.

Он потёрся своим носом о мой.

Я не могла даже отвернуться — его грязные руки крепко удерживали меня.

— Итак, я убью Романа. Потом поставлю ногу на его мёртвое тело, высоко подниму руку и объявлю всему Риму, что именно я — самый могущественный человек на этой земле. А потом ты станешь моей.

Так же стремительно, как бросается змея, он убрал ладони с моего рта и с силой ударил меня по лицу.

Он тут же соскочил с меня. От удара мою голову резко отбросило в сторону.

Затем он вылетел из комнаты, с грохотом захлопнув за собой дверь.

Мне был конец.

Никакая показная бравада уже не могла меня спасти.

ОЛИВИЯ

Глава 31

После той вспышки Марселиус больше не возвращался в свои покои. Я часами лежала прикованной к его кровати, не в силах уснуть. Мягкая перина подо мной постепенно превратилась в холодную сталь. Все мои мысли были только о Романе, который сейчас, вероятно, сидел в подземельях Колизея — избитый, голодный и ожидающий поединка с Марселиусом. Знал ли он вообще, что ему предстоит сражаться именно с ним? Или это станет для него неожиданностью? Что будет, если Марселиус победит и пронзит мечом сердце Романа?

Эта мысль была невыносимой.

Этого не должно случиться.

Но если всё же случится, я собиралась исполнить своё обещание, данное Марселиусу. Я найду способ покончить с собой прежде, чем позволю ему прикоснуться ко мне своими липкими руками.

Пленница безумца.

Что я вообще могла сделать? Даже если мне удастся сбежать, меня наверняка поймают снова. Я находилась где-то во дворце императора — во дворце, который охранялся лучше любого другого места.

Северус не был дураком. Он никогда не оставил бы комнаты без присмотра, даже покои верного преторианца. Повсюду наверняка были глаза и уши.

Я пролежала в одном положении так долго, что