он как никто чувствовал и понимал, что эти зомби на самом деле никакие не зомби, а живые люди, запертые в клетке своего собственного сознания. Но она давно уже распрощалась с жалостью такого рода, по крайней мере сейчас ей не место. Потом она будет скорбеть, залечивать душевные раны и жить с оставшимися шрамами. Сейчас же в начале нужно было выжить, чтобы было это потом. Но одно точно очевидно: сегодня Ургас стал ещё на десяток лет взрослее. Вот потерянной наивности было искренне жаль, ведь именно она помогает быстрее прикоснуться к заветному счастью. С другой стороны, сохранять это состояние внутри, даже при наличии шрамов, более ценно.
Тем временем Ник сумел разорвать горло противника, алая кровь заливала выступившую клочками шерсть, зомби пытался прикрыть рану одной рукой, нанося самому себе царапины своими же когтями, другой же старался добраться до Ника. Такое ощущение, что одна его часть пребывала в каком-то невероятном ужасе, отражающемся в его жёлтых глазах, вторая же продолжала быть полностью безучастной к происходящему и стремилась поразить жертву во что бы то ни стало. С помощью Альба и Дины, Ник буквально сломал позвоночник зомби пополам. Жасмин никогда не видела, как умирает смерть, но сейчас это было похоже именно на это. Разорванный уже мёртвый зомби, всё ещё продолжал двигаться, глаза непрерывно вращались в орбитах, нестабильная трансформация то тут то там меняла конечности и очертания существа, кровь уже не шла, но руки всё ещё тянулись к жертве.
– Нужно бежать дальше, там ещё стая приближается. – Альб снова подхватил Нурга и они поплелись вдоль изгороди дальше по лабиринту.
– Мне нужно тихое место, чтобы сосредоточиться. Я попытаюсь взломать ошейник. – попросила Жасмин.
– А это разве возможно?
– Да.
– Дерево подойдёт? – предложил Ник, указывая на раскосый дуб.
– А вы?
– А мы посторожим.
– Это опасно.
– Тут вообще всё опасно, а так хоть какой-то шанс есть.
– Хорошо. – согласилась Жасмин, не видя другого выхода.
Альб помог ей залезть на дерево и разместил рядом полуживого Нурга, она попыталась настоять на укрытии и для Ургаса и девушек, но все отказались. Мари и Дина всё же были сильными и могли хоть что-то поставить против мелких зомби, а Ургасу отказала честь, он не мог прятаться, пока остальные дерутся. Не став больше настаивать, она уселась поудобнее и методично начала погружаться в плетения ошейника.
Изредка в её тишину вклинивались голоса, далёкие аплодисменты, вой монстров и крики, но она старалась не отвлекаться и поток за потоком, плетение за плетением, стежок за стежком обследовала ошейник, ища ту маленькую точку, о которой когда-то ей поведал брат.
Душераздирающий вой раненого зверя словно набат ворвался в её голову, вся вселенная тишины пошатнулась и затрещала по швам, но Жасмин титаническим усилием всё же удержала её, не вернулась обратно, сохраняя сознание в небытии, лишь по щеке скатилась слеза. Она уже была близко, излом плетения уже ощущался где-то рядом, может за этой нитью, или вот тут, а вот оно! Тонкий, меньше волоска удар силы, всё на что она была способна и всё плетение пошло трещинами, разлетаясь на мелкие осколки.
Мелкие кусочки стекла превратились в зеркальную пыль, развеиваясь на ветру, и она наконец вздохнула полной грудью, тут же призывая стены огня. Под деревом, где она сидела, шёл ожесточённый бой. Около двух десятков мелких зомби и целых пять монстром насели на пленников, оттеснив их к стволу. На земле валялось тело Гари, зомби наступали на него, спотыкались, но остекленевшим глазам было уже всё равно. Альб сражался всего одной рукой, вторая же повисла безжизненной культей, Мария прижимала бок, из которого хлестала кровь. Дина сумела пересилить ошейник и отрастить себе когти на обеих руках, защищая своего любимого. Ургас же нашёл где-то острую палку и насаживал на неё зомби, отбрасывая их как можно дальше.
Жасмин направила стену огня, отрезая своих соратников от монстров. Нечеловеческий вой оглушил ночь, в воздухе тут же запахло горелой плотью, а в неё полетели контрзаклинания. Она предвидела атаку наблюдателей, просто так им не дадут уйти, и выставила щиты, прикрывая себя и остальных. Не смогут уйти, так хоть за дорого продадут свою жизнь, а может сил хватит и на то чтобы спалить всё это маленькое войско зомби. Ведомые своими кукловодами, зомби отступили, и Жасмин тут же погасила огонь, сохраняя силы.
– Бежим к лесу – приказала она. – Я попробую пробить изгородь, но нужно быстро, у меня может не хватить сил на щиты.
Дважды повторять было не нужно, все мигом мобилизовались и направились на север к лесу. Но Барос не собирался давать им ни малейшего шанса на успех, давление на щиты стало практически невыносимым, но сейчас, когда она снова могла магичить, то могла использовать тот неприкосновенный запас секретов, который имела в арсенале. Несколько воздушных потоков, направленных в тонкий браслет на запястье, и мощный практически осязаемый щит развернулся куполом у них над головами, а пробить такой щит не каждому магу под силу.
– Откуда у тебя щит седьмого порядка? Такие не все космолиты строить могут. – удивился Ургас, рассматривая сооружение.
– Поверь мне, ты не хочешь знать, во сколько мне обошёлся этот амулет. – обтекаемо ответила она. На самом деле таких амулетов в свободной продаже не существовало, но её братья и отец когда-то снабдили её всякими маленькими секретами такого рода.
Правда, зомби такой щит задержать не мог, и когда сбоку и сзади начали появляться десятки этих тварей, они поднажали, но убежать всё равно не получалось. Снова вызвала огонь. Ей пришлось потратить ещё часть силы, чтобы пробить себе путь дальше, с трибун послышалось недовольное ворчание, зрители хотели крови. К сожалению, в скором времени они её получили. Три зомби прорвались сквозь огонь и напали на Ника, нёсшего Нурга. Отбить их не получилось, и эти твари стащили из последних сил упирающегося Нурга с плеч Ника.
– Пошли – Мария потянула обратно пытающегося спасти сородича бойца – мы ему уже ничем не поможем.
Назло Жасмин обернулась. Она многое видела в своей жизни, куда только их не закидывала работа, но она никогда не видела, как десяток зомби разрывает на куски ещё живого человека. Такое зрелище было выше её сил и впервые со времён Академии её стошнило прямо себе под ноги. Ей не было плохо даже на анатомических лекциях, или на свалках с полуразложившимися трупами, куда их любил таскать куратор практики. Но сейчас она не сдержалась.
– Тише, тише, всё хорошо, нам ещё чуть-чуть – Ургас поддержал её
