Убрав бесполезное оружие в ножны, северянин взобрался на дерево, далось это ему с трудом: сапоги скользили по обледенелой коре, а пальцы рук мгновенно замерзли и плохо гнулись.
Старая, раскидистая липа возвышалась над своими товарками, предоставив Хогу неплохой обзор. Город был совсем неподалеку, еще немного – и он просто-напросто выбрел бы к городской стене. А вот чуть левее, за дорогой, кладбищем и вырубкой, темнел старый замок. Крепостная стена почти обвалилась, ворот не было вовсе, но в черных зевах окон мелькали какие-то невзрачные огоньки. Будь сейчас лето, Хог решил бы, что в замке резвятся светлячки, так мало походило это призрачное сияние на живой огонь.
Что ж, похоже понятно, где искать друзей. Хог спустился с дерева и направился к замку.
Вблизи замок был не так уж велик и выглядел совсем заброшенным, северянин засомневался – на самом ли деле он видел огоньки в окнах. Осторожно озираясь и держа Инрис перед собой, Хог вступил в ворота замка. Кто-то когда-то строил это сооружение на совесть. Стена у ворот переходила в туннель, если враг прорвался бы сквозь ворота, то защитники замка опустили бы решетки, с обеих сторон запирающие туннель, и расстреляли врагов сквозь узкие прорези бойниц в стенах. Однако механизм решеток давно сгнил и острые пики одной из них торчали из пазов, грозя обрушиться на какого-нибудь незадачливого путника. Двор замка был завален мусором и хламом, у завалившейся коновязи догнивала телега. Замок был тих, темен, холоден и пуст.
Можно было уходить.
Лезвие Инрис медленно разгоралось ярким изумрудным пламенем. Северянин двинулся ко входу во внутренние помещения. Взгляд его по пути зацепился за маленькую полукруглую дверку, никуда, кроме как в подземелье она вести не могла. Возле двери Инрис отчетливо дернулась в его руке, поворачиваясь лезвием к подвалам.
– Ну что же, – Хог осторожно дернул ручку двери. Бесшумно и мягко она отворилась, о петлях явно кто-то заботился.
Зеленое сияние меча осветило уходящие вниз ступени. Северянин настороженно заглянул внутрь, чудищ и прочих монстров не было. Крадучись, он двинулся в подземелье.
Лестница окончилась коридором со сводчатым потолком, тот вел в темноту и неизвестность. Где-то здесь должны быть камеры для узников, а может быть, пыточная или подвалы для хранения припасов.
Через двадцать шагов коридор разветвлялся, влево вел широкий просторный ход, правый же был заметно уже, пол его понижался под изрядным уклоном.
Туда-то Хог и решил направиться, тем более что меч в этом направлении светился ярче. Коридор оказался всего десяти шагов в длину и заканчивался большими двустворчатыми дверьми.
Некогда они были великолепны, но сейчас инкрустация осыпалась, металл потемнел, а дерево начали точить черви – все это покрывал толстый слой пыли.
Северянин тихонько дотронулся до створки, и дверь со скрежетом отворилась…
Открыв взгляду множество нежити. Вампиры были повсюду, они вплотную стояли на полу сферической залы, цеплялись за стены, гроздьями свисали с потолка. В центре, над огромным камнем, с Э-Лир в руке стояла женщина в белоснежных одеяниях, она как раз заносила сыплющий синими искрами меч над беззащитно распростертым на алтаре Эльфом. Нетопырь, с безучастным видом дожидаясь своей очереди, стоял рядом.
Хог замер, глядя на вампиров, те ответили ему тем же. Картинка оставалась неподвижной недолго, с ужасающей скоростью клыкастые рванулись к северянину. Хог захлопнул дверь и задал стрекача, с такой ордой совладать ему было не под силу. Он с трудом справился с одной вампиршей, пожалуй, при хорошем самочувствии одолел бы десяток, но не двести и не триста.
Дверь за его спиной распахнулась, вопящая толпа высыпала в коридор. Некоторые, особо нетерпеливые, мчались, как мухи, по стенам и потолку, цепляясь всеми четырьмя конечностями.
Северянин птицей взлетел по лестнице и, выскочив за дверь, подпер ее подвернувшейся под руку оглоблей от телеги. Преграда эта была ненадежной, и Хог продолжил отступление к воротам замка. Вдруг за шиворот его кто-то ухватил и легко, будто котенка, затащил на стену. Северянин попытался развернуться, замахиваясь мечом, но чуть не свалился, его удержали на стене.
– Тихо! – прошипел в ухо чей-то вполне человеческий голос. – И меч убери! Вампиры чувствуют его так же хорошо, как и он их.
Хог последовал совету незнакомца и попробовал рассмотреть, с кем свела его судьба, однако это ему не удалось – ниша в стене, где они ютились вдвоем, была слишком тесной.
– Кто ты? – спросил Хог, но ответа не дождался: во двор высыпали вампиры, они рыскали вокруг, как стая бездомных собак. Северянин похолодел, когда один из нежитей, принюхиваясь, подобрался совсем близко к стене. Но ни Хога, ни его спасителя вампиры учуять не смогли. Несколько нежитей выскочили за ворота, но быстро вернулись – их звал голод. Вся вампирья стая утянулась потихоньку обратно в подземелье. Северянин дернулся было спускаться, но его удержали:
– Не спеши, в одиночку там ничего не сделаешь. Должны к рассвету подойти ребята, тогда и выжжем здесь все подчистую.
Хог понял, что его спасителем оказался кто-то из охотников.
– Боюсь, что к рассвету будет поздно! Там Эльф и Нетопырь. И их собираются сожрать! – он оттолкнулся от стены и спрыгнул на землю.
– Кто!? – раздалось удивленно-тревожное сверху.
– Эльф и Нетопырь, – повторил, поворачиваясь, Хог.
Из ниши в стене выглядывала девушка, с ее спины скользнули по плечам и закачались две толстые косы.
Северянин только рот открыл – как она могла затащить его? Да еще с такой легкостью! На стену!..
Девушка спрыгнула вслед за ним и, приземлившись на четвереньки, легко поднялась. Лицо ее с острым изломом темных бровей и мерцающими золотом глазами было смутно знакомо, но узнала первой его она.
– А, это ты, горе-охотник! Все никак не успокоишься! И братьев моих втравил в это дело!
– Ястребок, – догадался наконец северянин.
– Я. Ладно, что у тебя из оружия, кроме меча?
– Ничего.
– Негусто. Так, а у меня, – она похлопала себя по поясу. – Пара зажигалок, мерья… Тоже не густо. Не рассчитывала я в одиночку лезть в вампирье гнездо…
Ястребок взяла в одну руку меч, в другую какой-то шипастый диск.
– Ну что, вперед, самоубийца!
Северянин просто молча кивнул.
Вампиры оставили у входа в подземелье стражу – двух скучающих от голода чудищ. Они и не подозревали, что столь резво убежавшая жертва вдруг решит вернуться, да так скоро, да не одна.
С этими они расправились быстро, только ошметки серого пепла полетели по коридору.
На празднике их тоже никто не ждал, уже и начинать хотели без них.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
