не состоявшийся) съезд в Курляндии с представителями Речи Посполитой и Швеции, верх снова стали брать прежние сторонники особой политики в отношении Войска Запорожского. Возвращалось время Артамона Матвеева, которому и придется дальше управлять малороссийскими делами.
На память Рождества Богородицы 8 сентября московские войска взяли без боя Нежин, а на память преставления Сергия Радонежского 25 сентября освободили от блокады московский гарнизон в Чернигове. Тогда чигиринский полковник Демьян Многогрешный, оставшийся наказным гетманом Петра Дорошенко в Левобережье, вынужден был договариваться с боярином и воеводой князем Григорием Григорьевичем Ромодановским. Послы украинской старшины и духовенства, снова готовой служить царю Алексею Михайловичу на условиях постановлений прежних Переяславских рад, были отправлены в Москву. Там пошли уже по известному пути, снарядив посольство в Глухов на новую раду. 12 февраля 1669 года для выборов гетмана на Глуховской раде были отправлены боярин князь Григорий Григорьевич Ромодановский, стольник, полковник и «серпуховский наместник» Артамон Сергеевич Матвеев, а также дьяк Григорий Богданов[271].
Как только в Войске Запорожском вспомнили о возвращении к политике гетмана Богдана Хмельницкого, в Посольском приказе тоже переменили свою политику по отношению к казакам. Возвращение Артамона Матвеева к малороссийским делам стало не случайным. Он хорошо был известен гетману и старшине, с которой ему всегда удавалось выстраивать особые отношения.
3–6 марта 1669 года на Глуховской раде был избран новый гетман Демьян Многогрешный. Как писал в своей челобитной Артамон Матвеев примерно десять лет спустя, «и раду учинили, и Гетмана войском выбрали, и к вере привели; и с той рады ваши, Великаго Государя, подданные утвердились под вашею Государскою рукою и доднесь»[272].
Глуховская рада действительно стала вехой, позволившей утвердить власть московского царя на украинских землях. Для этого пришлось пойти на определенные уступки как казакам, так и московской стороне. Самым принципиальным вопросом после малороссийского восстания 1668 года был вопрос о присутствии на Украине царских воевод, которых ранее казаки пытались полностью изгнать со своей земли. Согласно решениям Глуховской рады, воеводы остались в Киеве, Переяславле, Нежине, Чернигове и Остре, но местное население было выведено из-под их юрисдикции. Важным стало прощение казачьих «вин» и возвращение к вольностям Богдана Хмельницкого. Однако Украина была уже разделенной землей. Демьян Многогрешный избирался гетманом «сее стороны Днепра», и ему было определено новое место ставки в Батурине. Казаки Левобережья должны были уговаривать казаков Правобережья вернуться в подданство царя Алексея Михайловича, но фактически постановления Глуховской рады признавали, что «на той стороне Днепра», в землях «Коруны Польской и Великого княжества Литовского» по-прежнему правит гетман Петр Дорошенко[273].
С этого времени и до конца своей карьеры при дворе Артамон Матвеев становится главным советником царя Алексея Михайловича по делам с «черкасами». В Москве вернулись к прежнему порядку, когда существовал отдельный Малороссийский приказ. Артамон Матвеев был поставлен во главе приказа 9 апреля 1669 года. Он уже официально носил чин стольника, хотя еще в Боярской книге 7176-го (1667/68) года был записан в стряпчих. Вместе с ним служили дьяк Яков Поздышев (с 17 марта) и дьяк Григорий Богданов (с 27 апреля), ездивший с Матвеевым на Глуховскую раду. 27 ноября 1670 года возвышение судьи Малороссийского приказа Артамона Матвеева продолжилось и он был пожалован чином думного дворянина[274].
Снова вспомним, как об этих вехах своей биографии говорил сам Матвеев:
«В 7177 (1669) году, апреля в 9 день, будучи стольником и полковником, велено приказ Малыя России ведать.
В 7179 (1670) году, ноября в 27 день, на праздник Знамения Пресвятыя Богородицы, стольник, полковник и голова московских стрельцов, пожалован думным дворянством».
Перемены в управлении малороссийскими делами начались сразу после окончания Глуховской рады. Артамон Матвеев писал об этом в челобитной царю Федору Алексеевичу:
«А как я, холоп твой, с рады из Глухова приехал, и отец твой Государев, блаженныя памяти Великий Государь, указал мне, холопу твоему, сидеть в Малороссийском Приказе, и я гетмана и начальных людей чрез посланцов их вашею Государскою милостию обнадеживал, и свое подаяние, елику силу имел, подавал для тишины и покоя. И ваши Государские подданные, Гетман и все войско, без всякаго пременения и по сие время у вас Великаго Государя в подданстве; и на уверение верныя своея службы и детей своих к вам Великим Государям прислал жить к Москве. Подай всемогий Бог и до скончания века дней быти им у вас Великих Государей!»[275]
Артамон Матвеев вспоминал о своих заслугах уже много лет спустя, когда вынужденно подводил общие итоги службы. В тексте челобитной царю Федору Алексеевичу подчеркнуты цели политики на малороссийском направлении — «тишина и покой». Ради этого, по словам Матвеева, он не останавливался и перед раздачей «своего подаяния». Сохранилась переписка Артамона Матвеева с гетманом Демьяном Многогрешным и доверенными лицами из числа украинского духовенства (в первую очередь нежинским протопопом Симеоном Адамовичем), властями киевского магистрата, опубликованная историком Ольгой Алексеевной Перовой[276]. Впервые на эту книгу с документами, хранящуюся в Славянском отделе университета в Хельсинки, обратил внимание другой известный историк XVII века в России — Виктор Иванович Буганов. Он упомянул, что многие рукописи попали в это собрание из Валаамского монастыря после войны СССР с Финляндией в 1939–1940 годах. Кто и когда привез рукописный сборник, представляющий собой копию переписки главы Малороссийского приказа 179 (1670/71) года в монастырь, остается только догадываться[277].
Новая публикация О. А. Перовой ввела в научный оборот весь комплекс документов, сохранившихся в рукописи под названием: «Книга. Список с листов, каковы писаны к думному дворянину к Артемону Сергеевичу Матвееву из малоросских городов в нынешнем во 179-ом году». Обращение к этим документам позволяет не только увидеть проблемы, занимавшие главу Малороссийского приказа, но и понять суть его взаимоотношений с гетманом Демьяном Многогрешным. Из переписки вполне очевидно, что Артамона Сергеевича Матвеева считали доверенным лицом царя Алексея Михайловича, многое сообщалось ему именно в расчете на передачу царю. В официальных посланиях гетмана Многогрешного к главе Малороссийского приказа использовались изысканные, витиеватые обращения: «его царского пресветлого величества столнику, и полковнику, и наместнику серпуховскому Артемону Сергеевичу Матвееву, благодетелеви и приятелю моему многомилостивому». Матвеева просили быть «заступником и ходатаем» по делам «Украйны». Гетман подписывался: «Вашей милости, благодетелеви моему многомилостивому, всего добра желателный приятел и рад служити, Демьян Игнатович, гетман с войском его царского пресветлого
