сосредоточиться на происходящем прямо сейчас?
В учении дао говорится, что мягкость есть эквивалент жизни. В смерти тело твердеет. Затвердевшие деревья срубают. Поэтому твердость есть смерть, а мягкость — жизнь.
Когда сердце черствеет, когда часть нас оказывается заблокированной и наполняется непрочувствованными эмоциями, мы вынуждены ломать то, что затвердело. Деревья рубят, тело дряхлеет. Твердость существует лишь временно.
У мозга есть механизм, позволяющий сосредоточиться на очаге сильной боли, а все остальное блокировать. Он фокусирует все наше внимание на самом сложном и твердом и заставляет нас увидеть все как есть. И хотя кажется, что мы притупляем остальную боль, сосредоточившись на чем-то одном, на самом деле в такие моменты мы движемся вперед, к открытости.
Невозможно отпустить и забыть, но можно принять утрату. Можно заблудиться в лабиринте, выстроенном с помощью иллюзии полного контроля, а можно найти радость в хаосе, даже когда это некомфортно. Все не навсегда. Все остается как было, пока мы держимся за старое, пока боремся и пытаемся контролировать. Перемены невозможны, пока мы не соглашаемся признать, что все изменилось.
75. Вы — сборник рассказов, а не роман
Ваши прошлые образы не обязательно должны становиться частью вашей нынешней личности.
Часто мы сами себя тормозим, пытаясь строить собственный будущий образ на базе прошлых взглядов. Наметить траекторию движения в будущее никак не удается, не разобравшись, в какую сторону разумнее двигаться с учетом прошлого опыта.
Я осознала этот факт, увязав воедино сразу три привычки, которые замечаю и у себя, и у многих вокруг.
Во-первых, мы любим создавать проблемы на пустом месте. Кажется, что мы просто обязаны все время что-то преодолевать, чтобы жизнь имела смысл. Счастье — то, что нужно выбирать осознанно. Иначе мы неизбежно будем формировать реальность, которой, как подсознательно привыкли думать, достойны. Дело не в том, что мы сами считаем себя достойными такого будущего, а в том, что в какой-то момент нам внушили: наши достоинства определяются мнением о нас других людей. (Да и наши собственные предубеждения сыграли свою роль.)
Во-вторых, мы предпочитаем избегать слишком уж идеального. Все, что кажется близким к идеалу, мы разрушаем — либо мысленно, либо физически.
В-третьих, мы постоянно мысленно проигрываем возможные сценарии. Всякий раз, когда необходимо принять решение (почти любое и на любую тему), мы пытаемся сформулировать краткое изложение этого этапа собственной истории: «Она в 20 лет окончила университет и начала работать…» — или что-то в этом духе. Как будто наши решения можно считать приемлемыми, только если короткое описание решений и поступков звучит адекватно, и неважно, насколько все это годится для нас и сложившихся обстоятельств.
Мы тратим уйму времени, сочиняя краткое изложение собственной жизни. Однако пишем мы эти истории для тех, кем были прежде, но кем уже не являемся. Мы не в состоянии все время соблюдать границу между собственным прошлым образом, собой нынешним и своей будущей версией. Не всегда удается примирить все эти этапы и образы — мы можем лишь знать и помнить, что все они валидны. Невозможно избежать подарков судьбы лишь потому, что когда-то вы решили: персонаж, роль которого вы схематично описали и теперь играете, недостоин этого.
Избегая (уклоняясь), мы ограничиваем максимальный предел собственного счастья.
Вы не обязаны олицетворять собой историю, которая разворачивается перед зрителями в ностальгически-благостной манере. Жизнь — это не воспоминания, выдержанные в бежево-коричневых тонах. Жизнь постоянно меняется, играет разными красками, она реальна и непредсказуема. Для нее не составить план раз и навсегда. В жизни нет другого сценария, кроме того, который мы проживаем в нынешний момент, здесь и сейчас. Мы даже не подозреваем, как часто принимаем решения, опираясь на прошлые, старые убеждения, которые застряли в подсознании. Дело в том, что наше мнение о себе напрямую влияет на то, что мы готовы себе позволить, и из этого и формируются наши реальные переживания и впечатления; из реальных переживаний и складывается жизнь. И вся она — как книга с рассказами, которые вовсе не обязательно плавно переходят один в другой. И совершенно необязательно эти рассказы пишутся в едином стиле: среди них могут попадаться и короткие, и длинные, и запутанные, и ошеломляющие, и воодушевляющие — как захотите.
Суть в том, что вы сами решаете, как будет складываться ваша история. Тихому и назойливому внутреннему голосу, который пытается рассказывать вам складную историю вашей собственной жизни, лучше побыстрее ставить точку в завершенных главах, чтобы скорее начинать новый рассказ.
76. Повседневные свидетельства происходящего в мире сдвига привычной парадигмы
В социологии есть такая теория: человечество развивается не линейно, а циклично. Цивилизации появляются и исчезают; коллективный разум периодически достигает пиков, причем всякий раз все более высоких. Если вспомнить мировую историю и логику развития всего живого, эта теория представляется разумной: мы движемся вперед, достигаем немыслимых высот, а потом случается катастрофа.
Эта концепция имеет глубокие корни. В древности считалось, что состояние дел на Земле зависит от того, насколько планета близка к точке равноденствия. Всякий раз, оказываясь ближе всего к центру Вселенной, где концентрация энергии максимальна, человечество делает очередной шаг к пробуждению. Сейчас мы переживаем фазу подъема.
В чем бы нас ни убеждали мифы, в мире действительно происходят любопытные вещи. Коллективный разум растет и расширяется. Мы все лучше осознаём происходящее (со всеми плюсами и минусами, вытекающими из этого), стремимся понять самих себя, учимся работать с эмоциями и строить жизнь, отражающую наши ценности, а не навязанные обязательства. Какой бы ни была причина, в повседневной жизни мы можем заметить следующие проявления.
1. Люди начинают осознавать собственную силу. Индивидуальность, самоутверждение, независимость считаются необходимыми для каждого, кто стремится жить целостно и созидательно.
2. Все более популярными становятся эмоциональный интеллект, типология личности и прочие концепции из области самопознания. Позитивная психология привлекает внимание медиа примерно в течение последних пятнадцати лет. Мы теперь знаем о модели «Большая пятерка», типологии Майерс — Бриггс, знакомы с астрологией и эннеаграммами личности и отчаянно стремимся к самопознанию.
3. Проблема социальной справедливости актуальна как никогда. Невежеством считается теперь отказ признать равенство всех живых существ. Разумеется, это не первый случай в истории, когда человек выражает
