-Эл, я люблю тебя, - проворковала Белла. - Ты знаешь. Ты моя плоть и кровь, ты мне дороже всего остального мира с тех пор, как погиб Себастьян. Я скорее истреблю весь вампирский род, чем причиню тебе страдания.
-И я тебя люблю, - почти неуловимо пробормотал я. - Но зачем ты мучаешь меня, если не на радость клану? Что ты делаешь?
Я не верил, что она восстанет против Носферату ради сына, которого бросила и о котором никогда не заботилась. Она намерена убить меня, подобно другим вампирам, но для достижения цели отчего-то избрала долгий путь терзаний. Неужели ее мертвое сердце настолько холодно? Почему ее слова так противоречат действиям? Что же, ей ничуть не жаль того, кто поневоле оказался главным противником вампиров? Я ведь не выбирал такую судьбу. Эту жизнь мне навязали.
-Я не мучаю тебя. - Она вновь отрицательно качнула головой, а я вновь тихонько и глухо застонал и прикрыл веки. На спор требуются силы, которых у меня, увы, не было.
Я уже сомневался, что на сей раз выпутаюсь из передряги живым, но попытаться-то можно... Перевоплотиться прямо сейчас. Не будучи уверенным в успехе, я тем ни менее сосредоточился и зажмурился. Я ждал пробуждения ликана: мышцы и кости оборачиваются сталью, а тело трансформируется... Напрасно рассчитывал. Я остался прежним. Что помешало? Нечто, введенное Беллой мне в вену и парализовавшее меня? Вероятно, так и есть. Ликантропия - единственная защита от вампиров. Лишившись способности к перевоплощению, я терял надежду на спасение.
-Ты не превратишься. - Твердый голос Беллы заставил меня вздрогнуть и взглянуть на нее. Ее тон излучал непоколебимую уверенность, которая не столько обеспокоила, сколько заинтересовала меня. - Ты хотел знать, что происходит? Я предоставлю информацию. Я всё расскажу тебе, милый.
Да, я очень хотел покончить с неведением. Желал знать, почему я не в состоянии не только сдвинуться с места, но и даже рассмотреть помещение, где мы пребываем. Комната тонула во мраке, сквозь который не пробивалось мое обостренное волчье зрение. Я видел лишь кресло, себя и Беллу, словно мы находились на много миль под землей.
-Ты всегда был моей надеждой на светлое будущее, - начала Белла. Удивительно слышать от вампира такое заявление. Светлое будущее! - Я уже упоминала о грандиозных планах, где ты занимал главенствующее положение, но, к сожалению, судьба-злодейка, или твой приятель Дирк, разбили мои мечты. Но я нашла выход. - Женщина сладко улыбнулась, и вновь ледяное прикосновение заставило меня содрогнуться. Она провела рукой по моей щеке, а я не смог отпрянуть, хотя непреодолимо хотел. - К счастью, существует лаборатория, где полным ходом движется изучение вируса ликантропии. Там, как тебе наверняка известно, трудится профессор Лейн, и он достиг некоторых результатов. Думаешь, только у вас, Вервольфов, есть лазутчики? - Я услышал сдержанный смешок. Она знает о малыше-Норме? Белла продолжала и, кажется, приступала к самой важной части рассказа: - Шпион, более преданный мне, чем вампирам, оборотням и Охотникам вместе взятым, выкрал кое-что. Это новейшие разработки, сыворотка, выведенная опытным путем. Я доверилась ученым и своему шпиону и, похоже, не прогадала. - Она продемонстрировала пустой шприц, который всё еще держала в руке. - Здесь был физический раствор, обогащенный ионами прустита, и он должен был изменить тебя. Большое содержание серебра убивает вирус в крови, но в отличие от чистого металла не губит весь организм.
Она на минуту умолкла и с чувством собственного достоинства воззрилась на меня. Кажется, Белла гордилась тем, что совершила, и ее не волновали незначительные нюансы, вроде моего паралича. Интересно, она действительно уверена, что прустит ликвидирует вирусные клетки и не убьет меня? Я-то чувствовал себя прескверно.
-Твой план оказался успешным, - пробормотал я, не разделяя ее восторга. - Теперь перевоплощение мне не под силу. Но вот буду ли я жить...
-Разумеется, будешь! - поспешно заверила вампирша. - Я предоставила тебе второй шанс начать жизнь с чистого листа. Вновь человек! Разве не об этом ты мечтал?
Я крепко призадумался. Возможно, когда-то я был бы рад избавиться от ликантропии. Но сейчас это желание потеряло актуальность. Я давно выбрал жизнь оборотня и не хотел от нее отказываться. К тому же у меня были воспоминания о рыжем Лютиче, которых я не желал лишаться.
-Это прошло давным-давно. - Я покачал головой, то есть слегка пошевелил ею в знак несогласия. - Я больше не хочу быть человеком.
Белла рассмеялась, громко и звонко.
-Мой милый, - воскликнула она, - ты не будешь смертным! Я выбрала для тебя иную участь. - Вампирша обошла кресло и, склонив голову, шепнула мне на ухо: - В незапамятные времена. Ты тогда лишь появился на свет.
Меня обуял ужас, я не мог двигаться в тот миг, когда должен был спасаться бегством. Теперь с трепетом ожидал развязки. Я знал, что она собиралась сделать, зачем украла лекарство и привезла в это мрачное подземелье. Веллинг зря боролся за меня! Мы лишь отодвинули неизбежный финал! И вот теперь он свершится. Срок Вервольфа завершен, началось время вампира.
-Долгие годы я мечтала об этой минуте, - проурчала Белла. - Добро пожаловать в семью.
Острые клыки легко проткнули кожу человека, но не оборотня, и меня вмиг переполнил холод. Ледяной озноб прокатился вдоль тела, и нечто новое побежало по венам, заставляя кровь бурлить и тут же застывать. Вампирский яд стремительно прокладывал путь к бьющемуся сердцу, которое принялось колотиться сильнее прежнего. А ведь оно должно было вовсе остановиться! Разве не так? Я ведь умирал! Энтони утверждал, что превращение занимает несколько часов. Так вот, он врал!
Белла резко отстранилась и, не промолвив ни слова, бросилась прочь. Она скрылась во мраке, оставив меня наедине с болью и холодом. Я судорожно вдыхал воздух, желая насытится последними глотками в ускользающей от меня жизни. Скоро в кислороде отпадет надобность, я перестану дышать. Я теряю Лютича! Страшнее этой утраты нет ничего. От мысли о светлом оборотне на глазах едва не выступили слезы. Может, я имею право всплакнуть - последний раз перед смертью. Сердце стало биться медленнее и медленнее, тише и тише, после чего окончательно замерло. Я вобрал воздух в легкие, но не почувствовал облегчения, а лишь - лед, сковавший меня. Темное помещение сжалось до невероятно крошечного размера, и мрак, наконец, поглотил меня.
Мои глаза... Какой интенсивный свет! Он проникает в глубины мозга, прожигаемого насквозь. Чудовищно яркий свет красным горячим пламенем испепеляет мои глаза. Верните прежнюю темноту!
Я не мог далее терпеть жжение и жуткую муку, и открыл глаза. В помещении действительно было светло. Я увидел небольшую, площадью чуть превышающую двести квадратных футов, комнату, под потолком которой висела старая лампа накаливания. Я слышал, как громко и назойливо трещит вольфрамовая нить внутри стеклянной колбы. Сам я по-прежнему сидел в кресле. Треск отозвался резонансом в голове, а белый свет - жгучей болью. Я поморщился и в тот же момент услышал тихий сдержанный смешок.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
