Величко резко припал на колено, выхватывая пистолет. И… промазал — для прицельной стрельбы было слишком темно. Кедров исчез в зарослях прибрежных кустов.
— Вот черт! — Величко был вне себя от злости. — Упустили!
— Спокойнее, капитан. — Лешка стоял, наклонившись вперед и опершись руками о колени, восстанавливая дыхание после забега. — Он от нас не уйдет. Сейчас переправимся туда и прочешем все вдоль и поперек. До рассвета в принципе не так уж и долго ждать осталось…
— А если он до этого успеет добраться до лодки и свалить с острова? — Величко в гневе пнул небольшой булыжник, заставив его скатиться в воду.
— Тогда нечего время терять! — Лешка подхватил с земли длинную сухую палку. — Переправляемся аккуратно, след в след.
И первым шагнул в воду.
Переправа заняла у нас около семи минут — несколько больше, чем мы рассчитывали. Протока, хоть и широкая, была мелководна и особо сильным течением не отличалась, зато изобиловала ямами. Что я, что Лешка несколько раз едва не навернулись, поскользнувшись на камнях, и только отличная реакция боевых товарищей спасла нас от позорного купания. Да и луна, как назло, окончательно скрылась в облаках, лишив нас возможности разглядеть хоть что-либо дальше чем за два-три метра.
— Кедрову, похоже, сам черт помогает, — матерился сквозь зубы Лешка, когда Величко в очередной раз поймал его за шиворот после неудачного кульбита, — вон как пятками сверкал, по камешкам прыгая!
— Не забывай, это мы тут впервые, а он здесь все тропинки знает!
— В любом случае можно считать, что еще минуты три-четыре форы мы ему подарили! Тьфу, гадство!
— Ничего, это его не спасет, не переживай! Лучше под ноги смотри, а то, не ровен час, опять сверзишься!..
На берегу командование нашим небольшим отрядом негласно принял на себя Величко.
— Не разбредаться! Оружие держать наготове! — негромко приказал он нам и первым подал пример.
Мы с Лехой молча достали пистолеты, огляделись по сторонам.
— Вперед! — скомандовал капитан, и мы отправились выслеживать двуличного мерзавца Кедрова.
Никакого особого плана у нас не было. Мы просто углубились в покрывавший берег острова кустарник, прислушиваясь к каждому шороху и надеясь, что Величко, обладавший крайне тонким слухом, засечет учителя. Ну не мог Кедров при всей своей прыти передвигаться по лесу совершенно бесшумно!
По здравом размышлении выбор у него был небольшой — пробираться к собственному схрону, если таковой и в самом деле существовал, либо затаиться и попытаться переждать погоню. В первом случае мы бы его рано или поздно засекли по шуму, а во втором… Мы были твердо намерены перевернуть весь остров вверх ногами, но найти гада!
Но пока что мы не слышали ничего, кроме собственного дыхания. Окутавшая остров тишина была плотной как вата. И чем дальше, тем больше она казалась мне неестественной и зловещей. Не шумел ветер в зарослях кустов, а главное — не было слышно обычной возни и голосов ночных обитателей. Остров как будто вымер. Где-то на задворках разума вдруг всколыхнулся страх, казалось бы, давно и прочно изжитый. Он заставлял все крепче стискивать рифленую рукоять «стечкина», ставшую в одночасье мокрой от пота, и еще сильнее напрягать слух.
Тишина давила на нервы не только мне: рядом тихо лязгнул взводимый затвор Лешкиного пистолета. Мы брели во тьме, словно первобытные охотники, выслеживающие саблезубого тигра, но нас не покидало ощущение, что хищник сам в это время выслеживал нас. И имя этому хищнику было отнюдь не Кедров. Рядом бродил кто-то, стократ опаснее. Я бы сказал, что по нашим следам кралась сама ночь…
Душераздирающий, пронзительный вопль, полный ужаса и смертельной муки, больно резанул по натянутым нервам. Мы тут же остановились и прислушались — эхо вопля все еще звенело в ушах, и каждый из нас четко осознавал — такой крик может быть только предсмертным! Идти выяснять, что же там произошло, не было ни малейшего желания. Но Величко молча махнул рукой в ту сторону, откуда донесся кошмарный вопль, и тихо двинулся вперед. Мы с Лешкой последовали за ним, выставив перед собой табельное оружие.
Кустарник как-то очень внезапно закончился, и перед нами открылась небольшая песчаная прогалина, за которой уже плотной стеной стоял лес. Доселе манкирующая своими обязанностями ночного светильника луна наконец-то вынырнула из-за облаков и озарила все вокруг бледным мертвенным светом. Мы остановились и принялись осматриваться. Через несколько секунд Лешка что-то разглядел.
— Вон! — ткнул он пистолетом куда-то в сторону. Рука его при этом довольно заметно подрагивала.
Мы с Величко повернулись в указанном им направлении. Там в нескольких шагах от деревьев, на светлом песке, виднелось нечто темное и бесформенное.
Осторожно ступая и беспрестанно оглядываясь, мы приблизились. Вспыхнул луч карманного фонарика, и нашим глазам предстало жуткое зрелище. Кедров лежал на песке навзничь, запрокинув голову и подобрав колени. Его грудь и живот представляли собой одну сплошную рваную рану. Кровь все еще продолжала медленно течь и уже начала пропитывать песок вокруг тела. Меня начало крепко мутить, Лешка тоже как-то подозрительно позеленел. Или это лунный свет был всему виной?..
Величко, прошедший огни и воды нескольких локальных конфликтов и насмотревшийся на всякое, опустился на корточки подле тела и аккуратно повернул голову учителя, так что мы смогли рассмотреть его лицо. Выражение крайнего ужаса и боли исказило интеллигентные черты, глаза вылезли из орбит. Было ясно, что этот человек успел взглянуть в лицо своей смерти и безумно испугаться, прежде чем его грешный дух навеки распростился с телесной оболочкой.
— Ч-что это было? — сиплым шепотом спросил я.
— Н-не знаю! — Голос Лешки дрожал и срывался не хуже моего собственного…
Величко только нервно передернул плечами.
Глухой, утробный не то рык, не то стон прозвучал над прогалиной, леденя в жилах кровь. Такого голоса не могло, не должно было быть у живого существа! Казалось, он несется отовсюду сразу.
Страх, копошившийся доселе где-то на задворках сознания, обуял меня в полную силу. Я был готов броситься бежать куда глаза глядят, только бы оказаться подальше от монстра, скрывающегося в ночной тьме. Судя по ошалевшим глазам моего друга, он испытывал сходные эмоции. Еще бы чуть-чуть, и мы с Лешкой бросились в разные стороны, как испуганные зайцы — и это был бы конец.
Но, слава Богу, один из нашей троицы голову от страха не потерял. Пока мы с Лешкой не натворили глупостей, Величко сгреб нас за воротники и быстро поволок к кустам, — туда, откуда мы пришли.
