После порошка, которым меня усыпили, я чувствовала себя слабой, вялой, но все же осторожно поднялась и прошлась по комнате. Дверь-пасть, как и следовало ожидать, была закрыта, а других не обнаружилось. Возле одного из кресел валялась моя сумка, все содержимое которой, включая портрет четы Брэмвейл, было на месте. Оставалось лишь пожалеть, что я так бездарно использовала единственную возможность позвать на помощь. Хотя, если бы я не переложила фонит в карман, его наверняка нашли бы, пока я спала, и я бы не сумела сделать даже попытку связаться с мужем. А так все же оставалась надежда. Вдруг Грэгори поймет, что что-то произошло, и что-нибудь предпримет. Впрочем, после сюрприза, преподнесенного чародейкой, я бы не удивилась, даже если бы супруг вдруг вошел в змеиную спальню под руку с Соэрой, а то и въехал верхом на калфе.
Обследование выделенных похитителями покоев вызвало новую волну слабости, и я поспешила вернуться на кровать. И очень вовремя, потому что, не успела я улечься и смежить веки, как раздался тихий щелчок замка и приглушенные ковром шаги. Матрас рядом со мной прогнулся, прохладная рука погладила мою щеку, соскользнула на шею, лица коснулось чье-то дыхание. Притворяться спящей дальше становилось не слишком разумно, и я открыла глаза.
— Очнулась, любимая? — ласково прошептал Джойс Саммермэт не требующий ответа вопрос. — Я уже заждался.
— Где я? — Притворяться не пришлось — мой голос дрогнул по-настоящему.
— Это моя старая комната, — как ни в чем не бывало ответил Саммермэт, помогая мне сесть и подпихивая под спину подушки. — Тебе нравится?
Я пробежалась взглядом по обстановке, словно видела ее в первый раз, и осторожно ответила:
— Здесь мило.
— Я знал, что тебе понравится, — улыбнулся Джойс. — В детстве я проводил здесь много времени. — Он поднял мою руку и прижался к костяшкам губами.
Я совершенно не понимала, что происходит и как мне себя вести. Бывший поклонник держался так, словно я добровольно заглянула к нему в гости. И, кажется, ожидал, что и я восприму это так же. Наверное, надо было начать возмущаться и требовать объяснений, но выражение лица Саммермэта — безмятежное и, пожалуй, счастливое — натолкнуло меня на мысль, что он не в себе. Находился ли он под воздействием какого-то вещества или просто сошел с ума — в обоих случаях перечить было бы крайне опрометчиво, и я решила подыграть:
— А почему нет окон?
— Это подземный этаж, — охотно пояснил Джойс. — Мама не разрешила портить жилые комнаты, и дед выделил мне часть подвала.
— Очень… интересно.
— Я играл здесь целыми днями и мечтал о том, как получу покровительство Змея и стану магом, охотником.
— Я… мне очень жаль, — начала я, но Джойс меня перебил:
— Ерунда, недавно я наконец понял, что мне повезло куда больше, чем всем этим змеенышам.
Улыбка его стала по-настоящему безумной.
— Правда? — спросила я, жалея, что под рукой нет ничего тяжелого, чтобы хоть попытаться огреть хозяина странной спальни по голове.
— Правда! — погладив меня по щеке, подтвердил Саммермэт. — А эту комнату мы переделаем в детскую.
— Мы?
— Поженимся, как только ты разведешься, — продолжил за меня Джойс, вставая с кровати. — Или овдовеешь, — добавил он, потянув меня за руку и заставляя тем самым тоже подняться.
— Как это?
— Если Брэмвейл окажется слишком туп, чтобы выбрать правильный путь, ему придется отправиться к предкам, — буднично пояснил Саммермэт, обнимая меня за талию и увлекая в сторону пасти-выхода. — Способ выберешь сама. Пойдем, тебе пора поесть.
Я была так потрясена, что молчала, пока мы шли по длинному, тускло освещенному коридору, поднимались по лестнице и пересекали просторный холл. Саммермэт же в красках расписывал, как мы с ним будем счастливы в самое ближайшее время, и, похоже, даже не замечал, что беседует сам с собой. Очнулась я только после того, как Саммермэт, распахнув резную двустворчатую дверь, втолкнул меня в столовую, где за круглым столом сидели двое незнакомых мне мужчин и Коллейн.
— Присаживайся, дорогая, — подведя меня к свободному месту и отодвинув стул, произнес Джойс. Я послушно уселась, растянув губы в неестественной улыбке. — Это Айз Койл, — устроившись во главе стола, начал представлять мне незнакомцев «жених». Я невозмутимо кивнула что-то жующему рыжеволосому типу лет сорока на вид. — Это Клайр Этис. — Парень с шапкой вьющихся черных волос отсалютовал мне бокалом. Я налила воды в свой и поднесла его ко рту. — А это Эльза Саммермэт, — с гордостью в голосе возвестил самопровозглашенный муж.
Я подавилась и закашлялась. Лэйд Дзи, сидевший слева, тут же принялся не слишком бережно стучать меня по спине. Я отклонилась в сторону и прохрипела:
— Спасибо, мне уже лучше.
— Прости, милая, я немного тороплю события, — повинился Джойс. — Но тебе следует привыкать к новой фамилии.
— Постараюсь, — ответила я, промокая салфеткой пятно от пролитой воды на скатерти. И вздрогнула, ощутив, как по моему бедру скользнула рука Коллейна.
— Ты зачем ее сюда привел? — поинтересовался он и, снова вооружившись ножом и вилкой, принялся терзать кусок мяса на своей тарелке.
— Это мой дом, и место моей любимой женщины — рядом со мной, — пожал плечами Саммермэт.
Он говорил с такой уверенностью, что впору было решить: это не он сошел с ума, а я.
— Но мы собирались обсудить дела, — подал голос рыжий.
— И мы их обсудим. У меня нет секретов от Эльзы, — заверил Джойс и, обхватив мою кисть ладонями, прижался губами к запястью чуть выше края эсты. Я в ужасе смотрела на его светловолосую голову, склонившуюся над моей рукой, а он, медленно закатывая рукав, прокладывал дорожку из поцелуев к мэйму. — Благодаря этой милой безделице, — погладил он красную ленту, — она всегда будет на моей стороне.
— Расслабься, Айз, — вмешался кудрявый. — В любом случае скоро все разрешится.
— Что разрешится? — решилась спросить я.
— Превосходству змеенышей придет конец, — воскликнул счастливо Саммермэт и потянулся к бутылке.
Я осторожно убрала под стол освобожденную из плена руку и покосилась в сторону Коллейна — он слегка скривился, но больше ничем не показал, что уничижительное название чародеев его как-то задело.
— За будущее! — провозгласил рыжий, и над столом зазвенели, соприкасаясь, бокалы.
Я старательно размазывала еду по тарелке, делая вид, что ем, и мечтала оказаться где-нибудь подальше. Я уже сто раз обозвала себя дурой за пренебрежение просьбой Грэгори избегать безлюдных мест, идиоткой — за доверчивость и, наконец, повелительницей невезения — за напрасно испорченный фонит. Если подумать, мне не везло всю мою сознательную жизнь. Я рано осиротела и угодила в радушные объятия жаждущей реванша тетки. Заполучила с ее помощью именно тот дефект психики, который самым скверным образом сочетался с подаренной кровью Повелителей особенностью. И даже брак с Брэмвейлом, который я считала крайне удачным, на деле оказался не так уж хорош — ведь, вероятно, на этом пиршестве безумцев я очутилась именно из-за мужа. Или нет?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
