Алхимик стоял на ее пути, безэмоционально глядя на вампирессу.
— От тебя веет прахом. — Сообщил он.
— Это он! — взвизгнула женщина, распластавшись на полу и с ужасом глядя снизу вверх на мужчину. — Он! Он! Это не я! Он! Я…
— Ты сошла с ума, — констатировал мужчина.
— Нет! Нет! Там был! Был! — перевернувшись на полу, смертельно перепуганная Ольгерда вцепилась в ногу Алхимика. — Он был там! Он вернется меня убить!
— От тебя пахнет моими образцами. — Равнодушно произнес алхимик. Никакого «Его» он не видел, а вот прах Правящих на Ольгерде — запросто.
— Он придет, он придет! Я знаю! Он… вот-вот! Сейчас… вот отсюда… покажется!
Взгляд Алхимика изменился. Стал из отсутствующего едва-едва заинтересованным и снисходительным. Отцепив цепкие ладони перепуганной вампирессы от своих брюк, он присел на корточки, заглядывая в глаза Ольгерды.
— Кто он, милая? — спросил он тоном, в котором некоторые могли бы узнать профессиональные интонации психиатра.
Ольгерда замерла, изломанной куклой в руках Алхимика, глядя на него широко раскрытыми глазами, она повторила:
— Он… — из памяти вампирессы стерся и облик мужчины, с которым она недавно познакомилась, и его слова, и запах его силы. Она ничего не помнила, и все что могла, это испуганно повторять: — Он придет!
Интерес из глаз Алхимика исчез. Пожав плечами, он тихо сказал:
— Еще один эксперимент провалился.
Рука мужчины пробила грудную клетку Ольгерды, зацепила маленький черный камешек. Вытащив его, пока вампиресса хрипела и откашливалась сгустками крови, из-за регенерации не справлявшейся с пробитыми легкими и серцдем, Алхимик обагрил камень своей кровью.
Ольгерда даже не успела закричать.
Мир поглотил ее и разорвал ее душу на кусочки. Еще одной из десяти призванных не стало…
Глава 21. Могила первого
День погрузил обитателей поместья Неведомых в объятия сна. Не спали только некоторые представители обслуживающего персонала — дневная смена, кое-кто из питомцев, да недремлющая охрана. Спали рядовые вампиры, спали Демоны, спали Грандсир с супругой. В своей башне сладко спала Деметра. В башне ее брата сладко спала Ната, обнявшая во сне подушку своего нынешнего избранника, а маленький лисенок затих, набегавшись за день, у нее в ногах. Вот только самого хозяина не было в башне. Его не было в спальне, не было в гостиной и даже в лаборатории, где сейчас было бы логичнее всего искать. Не было молодого мага и в тренировочных залах. Он покинул свою башню, едва проснулся. Тихо и незаметно, не разбудив даже девушку и питомца.
Демиану требовалось немного одиночества. Он хотел подумать.
А для таких целей у юного мага было одно место, где он всегда находил покой. Кладбище Неведомого клана.
Кладбище было заложено еще двадцать пять лет назад, когда возрожденный из небытия клан начал нести потери. Первая могила здесь принадлежала Хлое, погибшей от руки Эмиссара в той войне с Падшим. Сейчас могил было не много — Мстислав умел защитить свой клан, но могилы были. Как бы ни был силен клан, он все же нес потери, и не только в войнах, которых не было уже много лет.
Но Дема они не особо интересовали. Он ходил сюда ради одной единственной могилы. Точнее памятника.
Огромный, три с половиной метра в высоту, цельнолитный крест из трудноопределимого материала возвышался в самом центре кладбища. Крест имел расщепленные натрое концы горизонтальной перекладины, тогда как вертикальная была цельной, словно меч. По кресту змеились барельефные молнии, а в самом центре был портрет, с которого на гостей смотрел мужчина, так похожий на близнецов, только постарше, лет тридцати. Старый портрет, пожертвованный Ликой ради этого памятника.
С портрета на гостей смотрел Мистраль.
Под портретом была табличка.
«Мистраль, наш прародитель и великий учитель. Наставник и друг всем своим ученикам. Долгие тысячелетия ты вел нас за собой чтобы, наконец, обрести покой, когда счел нас готовыми. Отдыхай в Чертогах Ночи, Мистраль, пусть она вечно будет благосклонна к тебе, а мы не забудем твоего величия и твоих уроков».
В центре креста, за портретом, была замурована небольшая толика праха Изначального Мистраля. Того, кем он был до появления Неведомых. Асфодель сам вплавил ее в материал креста.
Дем иногда приходил сюда просто подумать. Почему-то рядом с этой могилой ему становилось спокойно и легко.
Маг прошел на свое любимое место перед крестом и уселся на небольшой заборчик, наслаждаясь тишиной и едва уловимым потрескиванием. Странное дело, но рядом с крестом ему всегда чудилось потрескивание молний и запах крови. Едва уловимые, но они были.
Он давно уже не удивлялся, это стало для него нормой. И тоже успокаивало.
Демиан сидел на ограде, глядя на крест, и думал. А подумать было о чем. Он чувствовал, как что-то в нем меняется, как тогда, когда Лазарь заставлял его часами держать заклинания слишком мощные для него, способные его убить при сотворении, если он ошибется хоть в чем-то. Тогда Дем чуть не «сгорел», зато потом, когда проспал почти неделю, он смог применять чары на уровне Древнего. Не без труда, конечно, но он безумно скакнул тогда, хотя риск вовсе навсегда лишиться магии был почти восемьдесят процентов. Только вот сказали ему об этом уже позже. Сейчас ощущения были похожими — все в нем было напряжено, его сущность пыталась перестроиться под новые возможности… но они все прибывали. И это изматывало. Демиан не показывал даже сестре, как непросто дается ему все это. Он не хотел волновать Деметру, которой и без этого приходится жить с видениями будущего.
Едва село солнце, одиночество Демиана было разрушено неожиданно: ярчайшая вспышка озарила кладбище и по округе прокатилась аура убийцы, запах крови стал сильнее.
У самого креста стоял мужчина в брюках и алой, словно кровь, рубашке. Он стоял лицом к Дему, за крестом. Они стояли и смотрели друг на друга долгие несколько минут, пока незваный гость не повернул голову к кресту.
Крест отреагировал незамедлительно — с семи находящихся над землей «конечностей» креста в гостя ударили разноцветные молнии, а из центра — яркий, но абсолютно черный луч. Не похоже, что крест пытался уничтожить чужого, как уже бывало. Даже Дем не понимал того, что происходит.
А едва «шоу» прекратилось, Дем ощутил, что они не одни.
Два десятка тех, «обычных», возрожденных брали их в кольцо даже не прячась.
Маг усмехнулся и в его руке появился посох из кольца. Кем бы ни был этот странный мужчина, неподвижно стоящий у креста, но памятник не уничтожил его, а значит он не враг. Не обязательно друг, но точно не враг. Да и было в нем что-то… что-то близкое.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
