для чего-то продублировав сказанное характерным жестом.
«Кто знает эту дуру. Еще подумает, что Скиттлз».
Он зашел в ванную и стянул пропитавшуюся кровью футболку. Зашуршали таблетки в банке, раздались болезненные стоны, все ближе и ближе и вот уже практически в дверях ванной:
— Признайся, это же было круто! Почти как секс!
Она рассмеялась, а затем осеклась, наблюдая, как он осторожно промывает рану от крови. Его тело все еще взволновано подрагивало, зверь внутри жмурился от удовольствия, но ему стоило быть аккуратней. Чес могла вспороть ему живот или повредить органы, вскрыть горло, как Шпарте, или просто выколоть глаз. Ему, можно сказать, повезло. Он снова купился на дешевый прием «девушка в беде» и снова огреб от него. Лиз права, он безнадежен…
Квинт обработал края раны обеззараживающим гелем, проверил наличие скоб в медицинском степлере, и начал неприятную процедуру. Эдриан терпеть не мог делать это самостоятельно. У Кейгана всегда была легкая рука. Одрик делал это быстро и словно смеясь, а у Квинта каждая скоба впивалась в мясо с острой болью.
— Эй, ты как там?
Надо же, почти с участием в голосе? Интересно, сильно бы она расстроилась, убей его, как и хотела, или еще б и труп попинала за то, что испачкал ей топик кровью?
— Эй?
Кажется, она хотела войти в ванную. Квинт остановил ее движением руки.
— Не надо. Принеси-ка… Джин, возле дивана.
Когда она принесла бутылку, Эдриан уже наложил поверх шва заживляющую мазь, пластырь и эластичный бинт. Боль немного утихла, но зато замерзли руки и ноги. То ли от холодной воды, то ли от потери крови. Он выхватил из ее рук бутылку и сделал большой глоток.
— Ты уверен, что с таблетками можно?
Удивительно здравая мысль. К счастью, эти таблетки были ему знакомы.
— Со мной все будет в порядке. Мне просто нужен покой и тепло.
Квинт лег на диван, завернувшись во все, что только мог сгрести на себя. Он часто получал ранения и под адреналином, а особенно военными стимуляторами, мог бодро маршировать еще много часов, но сейчас ему хотелось просто полежать.
— Эй, тут такой бардак… — пробормотала Чес, хрустя черепками посуды. — Не хочешь прибрать?
— Пошла ты, — пробормотал Квинт и засмеялся.
Несмотря на слабость, он все еще чувствовал перевозбуждение. Дикая драка, совсем не то, что случалась во время спаррингов между ним, Лиз и Шпарте. Что-то более хищное и приятное.
— Кв-и-и-и-нт, — вдруг заканючила девчонка, перевесившись через спинку дивана, — посмотри… Это ведь не глюк?
Разлепив глаза, Эдриан глянул на протянутую к его лицу изувеченную руку. Вывихи вправлялись прямо на глазах, срастались косточки и затягивались кровоточащие разрывы на коже. Прямо как сплав с памятью формы… Квинт никогда бы не поверил своим глазам, если бы не читал ее профайл и не смотрел видеопрезентации. Он глянул на Чес. Срань Господня, да она напугана.
— Не глюк. Ты просто очень быстро излечиваешь свои раны.
— Но… почему? Как странно… очень странно… — пробормотала она, глядя на руку, как на инопланетного захватчика. — Я заметила это еще, ну… после того, как воскресла… любая царапинка теперь в момент затягивается… не понимаю, как так…
Да, и подбитый в фургоне глаз у нее восстанавливался быстрее, чем у обычного человека. Однако, все еще не настолько, как сейчас рука. Выходит, регенерация в полной мере запустилась лишь после триггера — угрозы реальной смерти.
— Для тебя нормально. Ты необычная девочка. А теперь свали с дивана, дай мне полежать…
Квинту хотелось рассказать ей все, что он знал, но глядя в эти полные ужаса глаза, остановил себя. Еще не время.
— Эй! Это мой… — начала было она, но затем осеклась, странно посмотрев на него. — Ладно, сваливаю…
Она слезла с дивана, поплелась на кровать, на полпути обернулась и снова посмотрела непонятным взглядом.
— Тебе… больно?
Наверное, странный вопрос, но ведь это Чес, девочка-оружие. Ей дозволено задавать странные вопросы. Эдриан прикрыл глаза.
— Угум… — пробормотал он. — Это нормальное состояние, если в тебя втыкают острый предмет.
Она открыла было рот, но тут же передумала. Отвернулась и побрела в гнездо на кровати. Квинт успел уловить только виноватый взгляд.
* * *
Эдриан проснулся из-за того, что Чес нависла над ним, без умолку болтая со своим воображаемым другом. Чокнутая. Заметив, что он проснулся, она деланно поинтересовалась:
— Живой?
Квинт сонно поерзал на диване. Сколько сейчас времени? Неужели он так долго спал? Рана отозвалась тупой горячей болью. Эдриан поморщился:
— Да, жить буду, но лучше меня не трогать.
— Ну вот, — она оскалилась в кровожадной улыбке, — а я хотела поковырять твою дырку. Ладно, живи.
Чес соскользнула с дивана. Раздался хруст черепков. Конечно же, она и не подумала убраться.
— Язва… — простонал он, поднимаясь с дивана.
Повязка набухла от крови и сукровицы. Бок стрелял, горел, переливался болью, но чувствовал он себя не так уж и плохо. Во всяком случай, мог передвигаться на своих двоих.
Пришло неприятное время: очистить рану и сменить бинты. Как только он уединился в ванной с влажными салфетками и ватными палочками наперевес, тут же появилась Чес. Она демонстрировала какой-то нездоровый интерес к его ране.
— Хочешь посмотреть?
Квинт повернулся к ней раненым боком, и девочка коротко кивнула. «Почему бы и нет, — подумал он. — Может, пригодится в жизни, чтобы кого-то заштопать». Он начал медленно очищать рану, попутно рассказывая, как оказать первую помощь. Она слушала его не слишком внимательно, не отрывая глаз от его манипуляций. В конце концов, самодовольно заявила:
— Чесси тебя пометила.
Так вот оно что! Квинт ухмыльнулся:
— Да, ты та еще зверюга. Если бы вошло вот сюда, — он переместил пальцы, — метка была бы посмертной.
— Ничего, ты крепкий старпер, — невозмутимо ответила она. — Как Дедуля. Выживешь.
Какое роскошное сравнение… Квинт хмыкнул:
— Да, меня не так просто убить. Хоть я и не бессмертный.
Он высыпал из упаковки пару пилюль сигдиса, закинул в рот и запил водой из-под крана.
— Это что? — спросила Чес, кивнув на упаковку.
Квинт посмотрел на нее, как на полоумную, а потом до него дошло. Девочке не нужен был сигдис. А ведь другие псионики без него долго не живут.
— Это, — он показал ей упаковку поближе, — то, без чего невозможно использовать мозговые импланты нового поколения. Все эти встроенные комлинки, скилл- и трип-чипы, ЩИТ… Без этой пилюльки Йорк не стал бы локомотивом новых технологий. От поставок этого препарата зависит благополучие всего мира.
— А что будет если не принимать?
— Бесконтрольные эпилептические припадки. Аневризма. Инсульт.
Она скорчила недовольную рожицу, показав свое отношение к недугу миллионов. Что ей, в самом деле? Интересно,
