Я забыла обо всём. Ауте, я даже забыла о том, что я о чём-то забыла. Движение, изменение, отречение… Нельзя быть вене и личностью одновременно, это аксиома. Сейчас я вене, существо на порядок выше, нежели любое разумное создание. Сейчас я полностью принадлежу танцу… и тому, кто ведёт меня в этом клубке ритма и чувства.
АНТЕЯ!
Не знаю, почему никто, кроме меня, не ощутил этот сен-образ, кажется, он был достаточно ярок даже для совершенно нечувствительного человека. Впрочем, я тоже начинаю осознавать отчаянный призыв далеко не с первой попытки. Но у меня есть извинение — я была занята. Ага, точно.
АНТЕЯ!!!
«Тише, Ллигирллин. Я в норме».
Моя кожа уже почти начала отсвечивать перламутром, тело вдруг стало непривычно сильным, мысли — однозначными. Стиснув зубы, возвращаю себя в более привычное «хаотическое» состояние. Ауте, почти превратилась в дарая. Догадается ли Аррек, что это — стандартная реакция эль-ин на привлекательного брачного партнёра: минимально сократить биологическую пропасть между собой и другим. Не хочу об этом думать. Не сейчас. Поднимаю глаза, всматриваясь в лицо мужчины. Великая Бездна, как красив!
— Вы хотели о чём-то поговорить со мной, дарай-князь?
Какое-то чувство промелькнуло за безупречностью ироничной маски. Разочарование? Не знаю.
— Просто хотелось бы дать вам несколько рекомендаций относительно поведения на Конклаве.
Рекомендации Аррека — вещь опасная. Помогут они или нет, всё равно в конечном итоге выиграет сам дарай-князь. Но я сейчас не в том положении, чтобы отвергать хороший совет.
— Да?
— Вы поняли, что сегодня на приёме за вами очень внимательно наблюдали?
— И довольно умело. Я почти ничего не почувствовала.
— Почти?
— Откуда столько удивления?
— О, леди Антея, похоже, мы сами не знаем, с чем собираемся связаться. «Почти почувствовала», это на целое «почти» больше, чем возможно.
— Гм-м…
Наши ноги плетут запутанную сеть из шагов, скольжений и перемещений. Одна его рука снова на моей спине, вторая сжимает ладонь. Бёдра иногда соприкасаются, щиты звенят в такт стремительно несущейся музыке.
— Будьте осторожней с подобными высказываниями, моя леди. Они достаточно напуганы. Ещё чуть-чуть, и начнётся неконтролируемая защитная реакция.
— Принято к сведению.
— Не показывайте своего страха, иначе будет уже реакция: «Ату её!»
— Ясно.
— Конклав — неподходящее место для демонстрации чувства юмора и индивидуальности. Чем ближе к человеческому идеалу поведения вы будете, тем лучше.
— Спокойствие и самоконтроль?
— А также наблюдательность, разумность, сообразительность. Стабильность. Постарайтесь показать, насколько полезными вы можете быть. Намекните на возможность незаметно привязать к вам верёвочки, можете даже позволить кому-нибудь пару раз за них дёрнуть. Ваша «скрытая» уязвимость — то, что позволит им чувствовать себя уверенней, а значит — сговорчивее.
Мои крылья летают вокруг нас рваными клочьями тумана, прикосновение сгустков энергии к его коже вызывает где-то внутри волны озноба. Не — у него, у меня. Опять не о том думаю. Аут-те!
— Скажите, дарай-князь, есть хоть малейшая возможность, что эта авантюра… получится?
— Это действительно авантюра. Приди вы с подобным предложением чуть позже или на несколько лет раньше, я бы первым высмеял абсурдность идеи. Но сейчас… Сейчас в Эйхарроне что-то вроде внутреннего… кризиса. За ваше предложение могут ухватиться как за последнюю соломинку.
Задумчиво киваю. Я примерно представляю, о каком кризисе идёт речь, но, похоже, положение прекрасных арров ещё хуже, чем можно было предположить. На этот раз они борются не с внешним врагом, а с плодами своей собственной глупости. Знакомая ситуация. Тут действительно будешь хвататься за любую соломинку.
Движения Аррека всё так же отточены и безупречны.
Самоуверенный индюк!
Яростно прищуриваюсь:
— Великая Бездна, дарай-князь, вы ведь заранее знаете, каким будет результат этого голосования!
Он отведает на мою вспышку наимерзейшей из своих ухмылок. В голосе слышатся мурлыкающие интонации сытого кота.
— Скажем так, моя леди, я над этим работаю.
И почему эти слова вызывают у меня такие отвратительные предчувствия?
Остаток танца мы молчим. Я отчаянно трушу. Что чувствует Аррек, остаётся тайной за семью печатями.
* * *
Не знаю, кто из моих ангелов-хранителей проявил заботливость, но перед судьбоносной встречей с Конклавом Эйхаррона меня оставили одну (скрытых наблюдателей можно не считать). Прекрасно.
Усаживаюсь на пол, подогнув под себя ноги. Руки на коленях. Пальцы расслаблены. Спина прямая. Подбородок поднять. Крылья свободно парят в тёплых потоках воздуха.
Глаза закрыть. Остальные каналы ощущений игнорировать. Вдох. Выдох. Расслабиться. Я полностью расслаблена. Всё напряжение, накопленное за тридцать с лишним лет жизни, оставляет моё тело. Мышцы расслаблены, расслаблены мысли и чувства. Нет ничего. Есть чистый лист. Есть только я. Всё остальное — причудливый сон.
У моего «я» есть тело. Какое? Придирчиво изучаю этот сгусток материи, носитель моей личности. Сейчас здесь три сердца, их пульсация создаёт запутанный рисунок. Некоторое время прислушиваюсь. Затем добавляю ещё два маленьких органа, выполняющих те же функции, изучаю получившийся результат. Тут же меняется вся система кровоснабжения. Вдохновенно работаю над обменом веществ, экспериментирую с биохимией. Не забыть генокод. Рассматриваю, что получилось. Ещё с минуту «полирую» внутренние органы, мышцы и ткани. Скелет решаю оставить какой есть, разве что чуть-чуть меняю эластичность суставов. И ещё раз проверяю.
Моё тело — безупречно. Оно прекрасно приспособлено для выполнения стоящей передо мной конкретной задачи.
Теперь органы чувств. Тестирую каждый по очереди, экспериментируя с порогами. Затем сливаю все ощущения в единую симфонию, и через некоторое время в сознании появляется неопределённый пока ещё паттерн внешнего мира. Не доверяя воспоминаниям и сложившимся стереотипам, педантично создаю картину окружающего. Каждый предмет, каждое явление получает новое имя, в моём разуме мелькают различные связи и отношения, которые между этими явлениями возможны. Надолго останавливаюсь на концепции круга, но мгновенно принимаю множественность Вероятностей во Вселенной.
Когда окружающее складывается в неполную, но достаточную для эффективного существования картину, приоткрываю в сознании тонкий поток памяти, но не позволяю ничему проскользнуть через эти ворота.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
