– Как ваша спина, коллега? – осторожно поинтересовался гоблин, гадая, что же от него понадобилось лусиду.
Мелдон позволял себе по-дружески общаться с представителем «низшей» расы. Для остальных эльфов гоблин оставался в лучшем случае забавной зверушкой. В худшем они просто демонстративно переходили на другую сторону улицы или коридора, стоило им заметить кого-то из компаньонов. Все уже знали, что именно чужаки виновны в пропаже магии.
– Побаливает, – поморщился академик, – но я уже годен к строевой службе. Я и мои ученики в вашем распоряжении, если возникнет угроза. Пришлите мне гонца сразу, как только я понадоблюсь. Только раньше времени никому ничего не говорите, а то прочие коллеги не разделяют моего к вам доверия и засмеют.
***
Для исполняющего обязанности председателя Президиума появление в прямой видимости города несметных полчищ нежити оказалось сюрпризом. Идренион только успел закончить свой утренний туалет и еще даже не приступил ко второму завтраку, как в его покои ворвался следопыт в потрепанном одеянии, совершенно недостойном благородного перворожденного.
– На нас напали! – с порога заорал оборванец.
Идренион наморщил лоб, смутно припоминая, что где-то уже видел этого бродягу. Выглядел тот авторитетно, но был слишком молод, чтобы оказаться кем-то из академиков.
– Ты же капитан лесных стражей, не так ли? Как твое здоровье? – вежливо спросил профессор.
Память его не подвела, и Идренион был очень ей доволен, как и своими безупречными манерами.
– Как мое здоровье? – невежливо проорал капитан. – Всех наших убили, только мне удалось укрыться за воротами!
– Ах, какое досадное известие! – искренне огорчился Идренион, и скривился при виде крови, сочащейся из левой руки стражника прямо на дорогой ковер. – Друг мой, придется вам какое-то время побыть вдали от дорогих вашему сердцу лесов. Зато вы будете в полной безопасности под защитой этих стен.
– К Иблису ваши стены! – снова закричал капитан. – Они их уже штурмуют!
Именем одного из верховных демонов ругаться не принято просто на всякий случай. На академика такой речевой оборот произвел впечатление.
– Как штурмуют? – побледнел Идренион. – Это невозможно! На них же столько заклятий!
– Сами полюбуйтесь! – указал на окно рейнджер, обессиленно опускаясь в кресло.
Заместитель главы академии выглянул в свое любимое двустворчатое окно, выходящее на городские ворота. Обычно из него открывался потрясающий вид, но сейчас всюду, куда ни падал взгляд, эльф видел только толпы оживших мертвецов, лезущих на стены. Их било молниями, поливало кислотой, шпарило кипятком, разрывало на части острыми шипами и жгло огнем – зомби не обращали на это внимания, продолжая выполнять волю своих хозяев.
Мертвецы цеплялись друг за друга и по своеобразной неупокоенной лестнице ползли все выше, пока верхние «звенья» не переваливались через гребень стены. Внизу их уже поджидали отважные гномы, но на смену первым мертвецам ползли новые. Зомби падали со стены, вставали и шли на врагов. К тому же координирующие атаку некроманты быстро смекнули, что защитников у города мало, поэтому живые трупы рассредоточились вдоль всей стены и полезли на штурм сразу в нескольких местах.
Многие перепуганные горожане, еще недавно потешавшиеся над гномами, теперь в панике повыскакивали на улицу, только чтобы быть разорванными на куски ордами кровожадной нежити. Более благоразумные забаррикадировались в домах и остались живы – зомби целенаправленно пытались прорваться к Академии и не обращали на другие строения никакого внимания.
Осажденные героически оборонялись против численно превосходящего противника, но положение усугублялось тем, что каждый павший гном немедленно поднимался, чтобы наброситься на своих еще живых товарищей. Спасали только големы, косившие мертвяков своими огромными мечами, тогда как безоружные зомби не могли причинить железякам никакого вреда.
Каввель орудовал топором в самой гуще схватки, Аггрх разил мертвецов своим клинком. Сзади Гарб, накачавшись зельями, швырял в толпу врагов огненные шары. Михель то работал ногами, то прибегал к экзорцизму, выводя из строя сразу по нескольку противников. Слабо приспособленный для ближнего боя Антонио подбадривал остальных криками и иногда добивал добравшихся до него неупокоенных. Адинук ловко вскарабкался на крышу одного из двухэтажных домов и безучастно взирал на творящийся внизу хаос. Порицать его было некогда, и про него просто забыли.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Через пятнадцать минут после начала штурма подоспело подкрепление в виде Альмариана. Маг привел с собой с десяток учеников, и они вместе принялись отрабатывать на мертвецах заклинания стихии воды – замороженные зомби начали феерично разлетаться на мелкие кусочки, но их общее количество все равно продолжало неуклонно расти.
Сражение складывалось явно не в пользу осажденных, и Маус приказал отступать к Академии, когда зомби сумели повалить на землю всех големов. Магомеханические создания не смогли подняться на ноги самостоятельно и стали бесполезны.
– Где же эти хваленые эльфийские маги со своей хваленой эльфийской магией? – пыхтя крикнул Каввель, снося голову очередному трупу.
– Попрятались крысеныши! – ответил ему Аггрх, нанося рубящие удары направо и налево. – Вот я болван, что молот не взял с собой! Сейчас бы молот, уж я бы развернулся!
– А ты еще бросить нас хотел! – укоризненно пропыхтел минотавр. – Пропустил бы все веселье!
До здания Академии добрались десятков пять гномов и пятерка забрызганных дурно пахнущими внутренностями друзей. Адинук так и остался сидеть на облюбованной им черепичной крыше, а Альмариан телепортировал себя с учениками в неизвестном направлении. Когда последний гном зашел внутрь и прочные мифрильные створки закрылись, мертвецы начали ломиться в дверь.
Гарб с Маусом поднялись наверх оценить обстановку: площадь перед Академией напоминала бушующее море, только вместо волн колыхались головы.
– Похоже, пока ничья, – вслух подумал гном. – Внутрь им не пробиться.
– Им не пробиться, – сказал гоблин. – А как насчет него?
Маус посмотрел в указанном направлении и обомлел: с внешней стороны к стене подходил самый настоящий великан. Внешне он напоминал дворфа за исключением того, что дворфы не бывают тридцати футов ростом и не обладают шевелюрой ярко красного цвета. Исполин был мертвенно бледен, что, скорее всего, объяснялось полным отсутствием в нем жизни. Гигантский зомби подошел к стене, поднял руку с боевым молотом невероятных размеров и нанес удар по каменной кладке. Маус рефлекторно зажмурился, боясь увидеть, что за этим последует.
Шваркнуло так, что во всем городе стекла повылетали из окон, а с ближайших к месту взрыва домов осыпалась штукатурка. Гном с трудом отлепился от стены, куда его швырнуло ударной волной и выглянул в окно. То, что открылось его взору, повергло Мауса в уныние: в стене зияла огромная дыра, означавшая полное отключение защитного контура.
Охающий Гарб тоже дополз до окна, чтобы оценить масштаб разрушений. Если гнома больше беспокоила стена, то гоблин прежде всего обратил внимание на тех, кто бросился в открывшийся проход. Великана, конечно, там не было, но опытный взгляд шамана сразу разглядел в нападающих магов. Хапугов, правда, среди них было немного, но вполне достаточно, чтобы считать новую угрозу серьезной.
***
– Вы собираетесь хоть что-то предпринять? – обрушился Гарб на Идрениона, после того как некроманты вместо нападения прокричали ультиматум – выдать им имеющиеся в Академии Быры.
После этого они обещали покинуть город и увести с собой всех мертвецов, способных к передвижению. В противном случае они поклялись разметать Академию по камушку.
– Я думаю, надо отдать им то, что они хотят, – не раздумывая, ответил эльф.
– Вы с ума сошли! – поразился гоблин. – Нас тогда вообще ничто не спасет!
– Вы, коллега, предлагаете что-то другое? – высокомерно спросил Идренион. – У них там целая толпа зомби, и стоит им открыть хотя бы один из входов в здание, как нас разорвут на части. К тому же помимо мертвецов нам предстоит иметь дело с большим количеством колдунов.
