— После моего воскрешения и изменения сущности я вернул Копье Подгорных Властителей в тайник. Туда, где я его прятал все время, пока набирался опыта, искал знания и рассчитывал ритуал применения артефакта. Надо сказать — очень удачное место, никто даже не догадывается какое.
— Ну мне-то ты скажешь?
Вика обольстительно улыбнулась, но Мурохх взял девушку за руку и повернулся к гостям. Которые уже успели расползтись по всей площади вокруг фонтана и старательно делали вид, что им совсем неинтересно, о чем разговаривают их повелитель и его «невеста».
— Я представлю тебе своих единомышленников и заодно твоих будущих подданных. Самых могущественных, конечно… Господа Темные! Прошу подойти сюда!
Вика, как любой человек, а тем более блондинка, очень слабо запомнила тех, кого ей представляли. Вереница магов, личей, ведьм прошла перед ней. Конечно, визуально некоторые очень хорошо откладывались в памяти. Эти гости были очень необычными разумными. Пошедшими по пути изменения внешности и продвинувшимися на этом поприще гораздо дальше Мурохха. Здесь были и зубастые и клыкастые твари, слабо напоминавшие людей или, допустим, орков. Их, конечно, было немного, и поэтому они запомнились Вике. Ну как запомнились? «Тот, который был представлен третьим… Или четвертым?» — исчерпывающая характеристика, по мнению девушки. В общем, их внешний облик у Вики никак не ассоциировался с названным именем. Было лишь одно небольшое исключение — Ги-Лигурия. Одна из Проклятых оказалась рослой красивой женщиной. Огненно-рыжей с перламутровой кожей. Чуть нескладной, но ей это очень шло. Ей Вика улыбалась особенно старательно и, многозначительно понизив голос, сказала, что позже им обязательно нужно поговорить.
Несмотря на явную опаску, которую демонстрировали разумные мужского пола по отношению к будущей супруге своего повелителя, Вика блистала. Просто невозможно было оставить без внимания стройную фигурку. В костюме, созданном по принципу искусства быть раздетой ровно настолько, чтобы ее считали одетой. Просто невозможно было не цепляться взглядом за длинные, изящно очерченные ножки. Или за глубокое декольте с уложенными в нем упругими полновесными округлостями. Или за обнаженную золотистую спину. Обнаженную чуть ниже приличий. Но чуть выше непристойности.
Может быть, купания в мужских взглядах и не вышло, но брызги определенно долетали. Ну и плюс высокую волну гнал Ринар. Ему-то не было необходимости делать вид, что ему неинтересны прелести будущей властительницы Темных.
Между тем бал набирал ход. Правда, в основном так считали Темные, незнакомые с шумными пати в ночных клубах Земли. Вика морщила носик и отчаянно скучала. Нет, безусловно, неспешные танцы, все фигуры которых девушка выучила моментально, позволяли показать себя. Еще раз обратить на себя мужское внимание. Еще раз позлить немногочисленных представительниц женского пола своим совершенством и грациозной пластикой. Но где драйв? Где отрыв?
Пора было добавить адреналинчику. Вика не собиралась задумываться о последствиях. Вернее это просто не пришло ей в голову. В ее светлую головку. Не пришло это и в оранжевый череп. Ринар заинтересовался оживленным общением лича с одним из Темных. Напустив на себя таинственности, насколько это было возможно в его облике, он плавно двинулся в сторону беседующих. И вскоре скрылся в ярких, отлично его маскирующих цветах поблизости от края площади.
Поэтому Вика, чинно выполняя все развороты танца, касаясь кончиками пальчиков руки партнера, грациозно перебирая стройными ножками, принялась смущать Темных вкрадчивыми намеками на порочные теории Мурохха. Намеки были вначале. Затем, чувствуя себя революционером, вышедшим из подполья, девушка стала прямо объяснять все прелести авторитарного правления. Объяснять, что все вечеринки прекратятся. Что разнообразие в одежде канет в лету. Что нельзя будет слушать ту музыку, которую захочется. Что нужно будет ходить строем с красными лозунгами, прославляющими Мурохха. И смотреть те фильмы, которые идеологически выдержаны… Впрочем, про фильмы Вика упомянула только один раз. Вовремя вспомнив, где она находится. В общем, пересказывала все те ужасы, которые, по ее мнению, были при власти КПСС в ее стране. Про свободу слова, свободные выборы и т. п. подобную чушь она упоминать не стала. То ли посчитала это не важным по сравнению с перечисленными глобальными недостатками диктаторского строя, то ли просто по легкомыслию.
Надо сказать, что ее слова неожиданно упали на благодатную почву. Темные по своей природе были индивидуалистами. Сплотить их можно было только страхом. Что, собственно, и продемонстрировал Мурохх, сколотивший немаленькую группу тех, кто был готов по тем или иным причинам подчиняться. Но когда изящная молоденькая ведьма начинает без опаски и оглядки говорить такие вещи… Ведьма — слабая! Цветная! Как могли убедиться те, кто удосужился взглянуть на ауру Вики. Так, может быть, не так страшен демон, как его пытаются нарисовать?
Как при любом тиране, быстро нашлись недовольные. Крутой нрав Мурохха и особенно его порочные наклонности при обращении с более слабыми создали немало тайных врагов.
Постепенно Темные выходили из круга. Иногда бросая партнерш прямо посередине незаконченного танца. Образовалось несколько группок Темных, оживленно, но пока на пониженных тонах, обсуждающих сложившуюся ситуацию и перспективы возможного бунта.
Однако были и такие, кто под шумок подходил к личу и что-то ему возбужденно говорил. Таких провожали злобными взглядами. Но пока задерживать не рисковали.
В конце концов, Вика разошлась и, презрев правила, пригласила на очередной танец Ги-Лигурию.
Проклятая недоуменно подняла бровь. Но согласилась.
Вот тут-то Вика и вывалила на нее все. Все, о чем ее просил умолчать Мурохх. Обо всех его планах по усмирению Проклятых. И вообще всех недовольных. Больше того. Фантазия девушки разыгралась. Она красочно, чуть ли не в лицах, расписала округлявшей постепенно глаза Ведьме, что ее ждет каторжная жизнь в кандалах. И, возможно, даже в качестве сексуальной рабыни лича. А может, тот вообще отрежет ей голову. И будет та жить на серебряном блюде…
Под конец танца из зарослей рядом со скамейкой, где восседал Мурохх, появился встревоженный череп.
Он подлетел к Вике и яростно зашептал на розовое ушко:
— Ты что наделала? Возможно, даже бежать уже поздно! Нет, вначале это было смешно. Я веселился в кустах вместе с Муроххом, когда Темные начали рассказывать ему про твои речи…
— Хехекал небось? — сузила Вика глаза и поджала губки.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
