Виталий Захарченко:
Для меня Россия — понятие прежде всего духовное, философское. Россия — это огромный мир, самобытная цивилизация, к которой принадлежали поколения моих предков. Это великая культура, великий сильный народ.
Украина была неразрывной частью этого мира; пытаясь оторваться, она ослабела и начала разваливаться. Эта попытка отрыва пагубна прежде всего с духовной стороны. Но я убежден, несмотря на трагедию сегодняшнего дня, что Украина и Россия не будут оторваны друг от друга, то есть будут вместе и в будущем.
Тютчев сказал: «Умом Россию не понять, в Россию можно только верить». У меня в жизни не было ни времени, ни потребности глубоко размышлять, что такое Россия. Потому что не было сомнений в том, что я это знаю, понимаю.
Я не пытался и не пытаюсь понять Россию умом. Огромная часть моей жизни прошла на Донбассе, и там дончане тоже мало размышляли на тему, русские они, украинцы или часть русского мира, цивилизации. Мы просто жили, и Россия была и будет рядом, наша Россия.
Я в Россию просто верю.
ПРИЛОЖЕНИЕ 1. Николай Стариков: Идея украинства, как части Всерусского Единства, должна пройти обратный путь — отрывки из статьи
«Украинство — это идея, построенная на антирусскости. Это противопоставление русскости. Так идею украинства создавали в Австро-Венгрии, в империи, которая соперничала с империей Российской. И эта идея за два десятилетия ее пропаганды на Украине пропитала собой не только Запад страны, но и в определенной степени и ее Восток. Различается только степень украинства: на Западе это национализм с примесью нацизма, в других областях — более легкая версия украинства. Но везде и всегда сегодня украинство базируется на антирусскости и противопоставлении Украины и России».
«Идею украинского национализма нужно победить как идею. Надо победить идею антирусскости, идею ненависти к России. Раз эта идея пустила корни разной степени длины в украинском обществе, то и побеждать ее нужно именно в украинском обществе. А идеи ни штыками, ни танками не вытравливаются. Они побеждаются только другими идеями. Именно поэтому, поняв, что народ СССР-России не победить на поле битвы, потому что у нас была ИДЕЯ, Запад попытался внедрить к нам другие идеи. Идеи потребления, идеи „пожить по-человечески“. И великая страна распалась. А кровь от ее уничтожения льется до сих пор на просторах Украины, Грузии, Молдавии и нашего Кавказа.
Сегодня на Украине нужно вести борьбу за умы, а не борьбу за территории. Сегодняшний Юго-Восток Украины должен выдвинуть идею и этой идеей излечить украинское общество, которое в своем болезненном желании во всем оппонировать и противопоставлять себя России уже дошло до прямого фашизма и зверств. Какой должна быть эта идея?
Нужно утверждение идеи русскости в новой форме, а не какое-то противопоставление идее украинства. Это может быть идея украинства как части Всерусского Единства. Это идея соборности, объединения всех ради общей цели. Когда мы ради нее можем, объединяя свои усилия, находиться не только в одном окопе, но и в одном подъезде, и в одной стране. Украинцы — это часть Русского Единства, имеющая свою самобытность, но являющаяся частью Единого Русского мира. Частью великих побед, великой территории и великой истории.
Всерусское Единство, частью которого является украинство, — как часть сильного, твердого целого в бушующем море современной политики. В море кризисов и катаклизмов скала уверенности и покоя. Потому что мы едины, нас много, мы сильны и мы объединены».
«Сегодня Юго-Востоку Украины нужна идея. Ее выбор играет главенствующую роль. Простая и, казалось бы, очевидная идея уничтожения нацистов и фашистов не подходит. Потому что после их уничтожения смысл действий пропадает, уходя вместе с воплощенной идеей. Не подходит идея ликвидации угрозы. Яркий пример — Грузия и Болгария. Россия спасла обе эти страны от настоящего, а не выдуманного геноцида. И что? Прошла угроза гибели — и Грузия и Болгария излечились от тяги к России. Поэтому идея ликвидации угрозы не подходит. Пожарного любят и ценят, только когда есть угроза пожара. Нужна более глубокая идея».
«Идея украинства как идея „антиРоссия“ нуждается в действиях России, которые можно трактовать как агрессию. А идея Всерусского Единства нуждается в ее осознании будущими носителями этой идеи с Востока Украины. Чтобы, поняв ее и осознав, Юго-Восток поделился этой идеей со всей остальной Украиной. Особенно — с ее Западом. Ведь одна идея, основанная на ненависти и противопоставлении одной части Всерусского Единства другой, должна быть заменена на другую. Основанную на любви и уважении частей Единого целого друг к другу.
Вот такое движение Россия может и должна поддержать. Нужно понять: мы проиграли на Украине не в Януковиче, а в том, что идея украинства прошла с Запада на Восток и укоренилась там, пусть и в своей „облегченной версии“.
А теперь все должно быть наоборот.
Идея украинства как части Всерусского Единства должна пройти обратный путь. Чтобы на всей земле Украины как части Русского мира воцарились мир и покой».
Источник: nstarikov.ru
ГЛАВА 5. Путин как воплощение русского духа
Сергей Хелемендик:
В вашем спасении президент Путин сыграл, вероятно, решающую роль. В вашем отношении к Путину, возможно, чувство благодарности преобладает. Я же хочу задать вам вопрос о Путине как о феномене. Я много лет размышляю на эту тему, иногда пишу.
Виталий Захарченко:
Сначала я бы все-таки высказался о человеке Владимире Владимировиче Путине. Вы правы, этот человек спас руководство Украины в период вооруженного переворота, спас и меня лично, и я пользуюсь возможностью поблагодарить его за это на страницах данной книги.
В этом решении спасать была не только политика или геополитика, это было человеческое решение, и политическая целесообразность, по моему глубокому убеждению, была далеко не на первом месте.
Здесь полезно вспомнить традицию англосаксов беспощадно уничтожать союзников, как только они оказываются не нужны, или проигрывают, или слабеют. Либо их уничтожают превентивно, чтобы, не дай бог, не окрепли и не стали представлять угрозу англосаксонским интересам. Так когда-то уничтожили самого политически значительного, выдающегося союзника Америки в Европе на протяжении многих лет — отца немецкого народа Гельмута Коля, никакие заслуги не помогли. С чем-то не согласился, и его убрали навсегда из политики.
Путин, спасая президента Украины, проявил типичный для России великодушный подход — помогать тем, кто попал в беду. Это прямая противоположность жестокому и циничному принципу англосаксонской цивилизации.
Сергей Хелемендик:
Честно говоря, я не могу себе представить, чтобы Путин поступил по-другому. Его связывают с Януковичем многие годы сотрудничества или, скажем точнее, партнерства. Конечно, безоблачными эти отношения не были, но…
Виталий Захарченко:
Да, они были партнерами, коллегами, но есть такое крылатое выражение: горе побежденным. Путин спас и защитил побежденного Януковича, далеко не все политики в нашем мире поступили бы так же.
Но я бы хотел обратиться к феномену Путина. Я думаю, что Бог дал ему тяжелую ношу, большую ответственность. Путин — самый влиятельный человек мире не просто потому, что какой-то журнал составил какой-то рейтинг. На нем лично лежит ответственность за судьбы войны и мира. Даже американский президент далеко не так самостоятелен в этих вопросах.
Сергей Хелемендик:
Вы считаете, что у Обамы нет кнопки или ядерного чемоданчика?
Виталий Захарченко:
Конечно, есть, но если придется использовать эти страшные инструменты, американский президент не будет так самостоятелен. Я думаю, что когда ему нужно будет нажать кнопку, то сто разных мудрецов и лоббистов будут участвовать в решении. Они хотя и кричат о русской угрозе, но реально к оперативному принятию таких решений не готовятся, и это совсем неплохо для России.
Путин постоянно принимает решения по вопросам войны и мира, по глобальным экономическим и политическим проблемам, так произошло и с решением по бомбардировкам в Сирии, и это сразу изменило ландшафт мировой геополитики.
Путин-политик, государственный деятель, президент — это феномен глобальный, и я думаю, все больше людей в мире видят его именно так. Но при этом Путин — чисто русский феномен. Здесь нет противоречия, потому что русская цивилизация рассматривает мир в глобальных категориях.
Сергей Хелемендик:
Как, по-вашему, относятся сегодня к Путину на Украине? Украинские СМИ переняли стратегию западной пропаганды рисовать президента России как мегазлодея, причину всех бед.
