Мальчик мотнул головой.
– Хорошо.– император помолчал немного и завершил речь, обращаясь к собравшимся жителям деревни.– В ваших же интересах, чтобы Рик и Мара были в полном здравии, когда мои люди вернутся. Поверьте, отныне я буду пристально наблюдать за событиями в вашем захолустье. И если я не наказываю вас сейчас за проступок, то только из жалости и сострадания.
Люди зашептались, но возразить правителю не осмелились.
– Живи, малыш. И помни милость императора,– шепнул Дэмиен на ухо Рику. Затем коротко бросил Эвелине: – Собирайся. Скоро выезжаем.
Девушка кивнула и скрылась в доме. Мужчина убрал руку, освобождая мальчика из своеобразного захвата, и тот, забрав сестру, быстро исчез в толпе расходящихся по домам крестьян, все еще шумно обсуждавших происшествие.
– Лутий,– вполголоса обратился император к телохранителю, сперва оглядевшись по сторонам – не подслушивает ли кто.– Вечером ты мне понадобишься. Ты и еще пара надежных человек. Будь готов.
* * *
Эвелина практически весь день молчала, обдумывая случившееся. Дэмиен не вмешивался в ход ее размышлений. Лишь под вечер, когда они остановились под новой гостеприимной крышей, девушка сама подошла к императору.
– Я хотела поблагодарить вас,– глухо произнесла она.– Спасибо, что не стали разлучать их.
– Да не за что,– пожал плечами государь.– Такая преданность друг другу не часто встречается в наше время.
– Да,– протянула Эвелина, не решаясь продолжить.
– Это ведь не все, что ты желаешь мне сказать? – спросил император.– Продолжай, я разрешаю.
– Мне просто интересно, почему вы не наказали их. Жителей деревни. Они ведь признались в убийстве.
– И кого ты приказала бы наказать? – с иронией поинтересовался Дэмиен.– Я более чем уверен, что в этом преступлении виновно все население деревни. Казнить всех взрослых?
– Но все равно этого нельзя так оставлять,– слабо возразила девушка.
– Не беспокойся,– улыбнулся император.– Рик – хороший мальчик. Он найдет способ отомстить, я уверен. У него на это больше прав, чем у меня.
На этом разговор закончился. Девушка с легким кивком благодарности приняла от служанки ежевечернюю чашку травяного отвара и, задумавшись, не заметила, что выпила все до дна. Она также не заметила, что ранее ловкая рука императора успела бросить в напиток пару кристаллов, которые, зашипев, тут же растворились без следа.
Девушка долго боролась с непонятной сонливостью, то задремывая, то резко просыпаясь. Она сама не заметила, как сдалась, уснув на неудобном стуле и положив голову на деревянную столешницу.
Дэмиен довольно усмехнулся и сам перенес Эвелину в постель. Девушка что-то невнятно бормотала во сне, безуспешно пытаясь пробудиться. Мужчина побыл некоторое время около ее постели, пока Эвелина окончательно не затихла, погрузившись в глубокое черное марево небытия. Затем вышел во двор. Рядом неслышно материализовался Лутий и замер, ожидая приказаний.
– Прекрасная ночь, не правда ли? – неожиданно произнес император, с удовольствием вдыхая полной грудью влажный воздух, напоенный запахами прелой листвы, недавнего ливня и мокрой травы.
Телохранитель недоуменно пожал плечами и вдруг спросил, обращаясь к правителю:
– Будет ли мне дозволено говорить откровенно, ваше величество?
– Да, конечно,– удивленно отозвался Дэмиен.
– На мой взгляд, вы слишком многое позволяете своей ученице,– недовольно буркнул мужчина.– Не всем это по нраву.
Император некоторое время молчал, с любопытством разглядывая своего верного стража, но потом с глубоким вздохом признал:
– Ты прав. Ничего, скоро все изменится.
– Я не имел в виду, что вам надо искать новую ученицу,– осторожно заметил Лутий.
– Не беспокойся,– нерадостно расхохотался Дэмиен.– Я не собираюсь ее убивать. По крайней мере, в обозримом будущем. У меня на нее совсем другие планы.
– Понятно,– кивнул Лутий.
– Теперь поговорим серьезно,– мгновенно успокоился император.– Бери столько людей, сколько понадобится, и скачи обратно в деревню. Там найдешь девчонку. Отвезешь ее к основному отряду. Он сейчас в половине дневного перехода на север, заканчивает выбивать подати из какого-то мятежного городка. А потом возвращайся. Мои люди сами переправят девочку в Академию.
– Что с ее братом?
– Не убивай без необходимости,– пожал плечами император.– На меня произвела впечатление его наглость. Даже больше. Брось кошель с золотыми. Пусть утешится.
– Они могли уйти из деревни.
– Не думаю,– отрезал Дэмиен.– Рик жаждет поквитаться с обидчиками матери. Сейчас он в полной уверенности, что крестьяне не посмеют ничего ему сделать. Как-никак сам император заступился. Так что мальчик в деревне. На всякий случай я поставил на него метку. Отыщешь по ней.
– А что мне делать с жителями деревни? Наказать за убийство женщины?
– Зачем? – искренне удивился правитель.– Они исправно платят подати. Пусть живут. Не наше дело вмешиваться в крестьянские дела.
– Я все сделаю,– склонил голову мужчина. Заколебавшись, все-таки решил задать вопрос: – Но как вы объясните отсутствие такого количества людей из отряда своей ученице? Эвелина наблюдательная девочка и обязательно это заметит. Тем более что она может случайно столкнуться с Марой в стенах Академии. Вам будет трудно объяснить такую встречу.
– Я позаботился об этом,– пожал плечами император.– Того количества сонного зелья, которое Эвелина выпила, хватит на двухдневный беспробудный сон минимум. Надеюсь, ты успеешь обернуться за это время. А когда мы вернемся в Академию, я постараюсь сделать все, чтобы моя ученица как можно меньше глазела по сторонам. Ей будет не до любопытства, обещаю. Наступает пора, когда нелепая игра в строгого, но справедливого учителя подойдет к логическому завершению.
– Вы так говорите, будто сами жалеете о том, что вам предстоит сделать,– понимающе улыбнувшись, заметил телохранитель.
– А теперь ты позволяешь себе слишком многое,– холодно осадил собеседника Дэмиен. Но затем, немного подумав, все же ответил с глубоким вздохом: – Наверное, ты прав. Жалею… Впрочем, что об этом говорить. Исполнится все, чему суждено быть.
– Я видел девушку на тренировке,– мягко улыбнувшись, произнес Лутий.– Из нее получится толк. Только чуть меньше горячности, чуть больше сосредоточенности… Вы неплохо над ней поработали.
– Спасибо,– хмыкнув, сказал император.– А теперь – езжай. Мы и так потеряли много времени на разговоры. Я буду ждать твоего возвращения.
Телохранитель, поклонившись, так же неслышно растворился в лиловых сумерках позднего вечера. Через несколько минут по небольшой деревенской улочке пронеслись неясные силуэты всадников, сопровождаемые бешеным лаем брехливых псов. И опять все стихло.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
