— Принц Ричард, — иронично повторил он. — Как Его Величество император Фредерик Тигверд представил местным Владыкам — так и называют.
— Тебе идет, — плотоядно оглядела я его. Сереброволосый, широкоплечий, высокий. Темноглазый. Властный. Настоящий принц магического королевства.
— Тебе жаль, что такого не существует?
— Нет. Я счастлива, что существуешь ты. — И потянулась за поцелуем.
Голова кружилась, я была чуть пьяная. На ночь у меня были определенные планы — я обнаружила, что магический саквояж может выдавать не только те вещи, что в него положили когда-то, но и те, что ты в состоянии представить. И я представила себе комплектик из черного кружева: бюстье, трусики-стринги с узкой полоской кружева сзади, чулочки с подвязками и туфли на высоченных шпильках. Я, улыбаясь, доставала это богатство из саквояжа и представляла себе выражение лица Ричарда.
— Милорд Верд, — раздался вопль Павла, — телевизор доставили. И флешки. А как подключать? Розеток-то нет…
Весь день дети орали как резаные, как только появлялась необходимость в нашем присутствии. Сначала я пугалась, а потом поняла, что воплями издалека дети проявляют тактичность и дают нам возможность отпрыгнуть друг от друга и не быть застигнутыми в неприличных позах.
— Сейчас иду, — оторвался от меня Ричард, но не выпустил из объятий, а прошептал на ухо: — Вкусное вино ты пьешь.
И только после этого удалился.
Я вздохнула и постаралась унять сердце, что неслось куда-то, охваченное пьянящим потоком. Как-то я слишком бурно реагировала на Ричарда. На его присутствие, прикосновения, ласки. А еще я с восторгом замечала, что Ричард реагирует на меня точно так же. И так же удивляется своей реакции… Это дико возбуждало…
На этой мысли я улыбнулась, допила вино — и отправилась смотреть на такой неуместный в этой Вселенной телевизор.
Непонятно откуда взявшиеся рабочие во вполне земных комбинезонах уже приделали кронштейн, повесили огромный черный плоский экран на стену и удалились.
Ричард держал в руках вилку — что-то напряженно думал. А может быть, и колдовал — кто ж его знает.
— Мама, а что мы будем смотреть? — спросил Паша.
— А что ты заказал на свою флешку?
— «Ходячие мертвецы»…
— Фу, — отреагировала я.
— Ма-а-а-ам, — с укоризной протянул сын, — ты хоть серию видела?
— Нет. И не собираюсь.
— Значит, говорить «фу» это или нет — не имеешь права.
— Уел, — согласилась я. — Но, надеюсь, это не для семейного просмотра?
— Нет. Для личного пользования. Я же несколько серий нового сезона пропустил.
— Так что смотреть будем?
— Чтобы всем интересно было? Даже не знаю. «Сверхъестественное»?
Наша обоюдная любовь к этому сериалу привела к тому, что мы его смотрели вдвоем. И сходились на том, что больше всего нам нравится демон Кроули.
— Не знаю, не знаю. — Я посмотрела на Рэма и Ричарда. — Там мифологию Земли долго объяснять… И то, как ее переделали под сюжет. А если «Офицеров»?
Это был мой любимый фильм.
— Возможно, но ты в конце будешь плакать, — возразил Паша.
— Обязательно буду.
— Давай в другой раз.
— Тогда что?
Мы посмотрели друг на друга и хором сказали:
— Геракакела!
Так мы называли любимый мультик про Геркулеса, его наставника Фила, Пегаса и нашего любимца Аида — главного злодея. Когда хотелось просто посмеяться — вспомнить детство и обо всем забыть, — мы пересматривали именно его. К тому же Ричарду по роду занятий бесподобная ария Фила — «Наставник я классный, не сломленный язвой — ой, моя язва…» — должна была понравиться.
— А как у тебя с русским? — посмотрела я на Ричарда, который с интересом прислушивался к нашей беседе.
— Уже хорошо. Когда я понял, откуда ты, я счел необходимым его выучить.
— Но местные приколы — если что — мы объясним по ходу действий, — задумчиво протянул Паша.
Я никогда не думала, что Ричард может так смеяться. Это было стопроцентное попадание. На фразе: «При спасении барышень надо помнить, что они хрупкие-е-е-е-е!!!!!» — у него случилась истерика. Он захрюкал, потом заозирался, поймав наши взгляды. И если я смотрела, любуясь — без своего обычного чуть надменно-отстраненного вида он стал чудо как хорош, — то мальчишки уставились на него с таким изумлением, словно у него еще одна голова вылезла. Ричард поглядел на нас, потом махнул рукой и продолжил веселиться. Я тихонько рыкнула на мальчишек:
— Как вам не совестно! У человека отпуск!
И все опять стали смотреть на экран.
Когда мы поднимались наверх, на свою половину, Ричард мурлыкал под нос: «И нужно опять возиться мне с новичком…» По-русски. И периодически хихикал.
Когда мы вошли в спальню и затворили за собой дверь, он прижал меня к себе крепко-крепко и прошептал:
— Спасибо…
Легко поцеловала его, не давая себя увлечь ласками. У меня были планы. Я их планировала, и я про них помнила.
— Погоди, — прошептала я, — мне надо несколько минут.
Вывернулась из его рук и проскользнула в ванну.
Несколько минут под душем, поморщилась, надевая кружевное белье на влажное тело. Неудобно, а я торопилась. Потом я осмотрела себя в зеркало — отметила, что на шпильках смотрюсь изумительно эротично. Распахнула дверь — и сделала шаг вперед.
— Ника-а-а-а! — раздался возглас в полный голос.
Да! Это был фурор… А я ведь еще спиной к нему не поворачивалась… Что там у нас с тонкой ленточкой кружева на попе? И, изящно изогнувшись, я крутанулась на каблуках.
Услышала рычание — довольно улыбнулась. Почувствовала, как метнулось тело Ричарда с кровати, на которой лежал. Миг — и он прижимает меня к себе.
— Ты позволишь мне безумствовать? — хриплый шепот за спиной заставлял кровь превращаться в пламя.
— Да, — простонала я.
Тут мы на секунду пришли в себя и хором сказали:
— Полог тишины!
И Ричард выдохнул довольно мне в ухо:
— Уже поставил. — И добавил весьма мечтательно: — Надо в спальне зеркало во всю стену завести.
Я представила наши с ним отражения, которые сходят с ума, в зеркале. Потерлась о его тело своим. С острым наслаждением послушала его хриплый стон.
А дальше исчезла вся Вселенная…
— Надеюсь, вы в таком виде в люди не выходите? — позже спросил у меня Ричард. Мы уже перебрались на кровать, и он ласково поглаживал… мм-м… будем считать, кружева у меня на груди.
— Нет, — промурлыкала я, заводя руки за голову. — Это мы надеваем для любимого мужчины. Когда хотим его порадовать.
— Какая хорошая традиция…
— Надевать белье? — Я изогнулась и потерлась грудью о его руку.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
