Утром Лориана разбудили густые клубы бурого, едкого дыма, низко над землей тянувшегося от дальней каменоломни. Лориан пожевал зеленый стебель, умылся и пошел искать дымный костер. В обуви удобно было ступать по траве. С раннего утра кипела работа у веков, достраивавших стены Оплота. Юноша прыгнул на камни, башмак застучал, предупреждал каменщиков о приближении чужака. На строительстве женщин почти не было, большую часть времени они проводили суетясь по хозяйству в каменных убогих клетях.
Лориану не терпелось взяться за работу, но, пока он ни с кем не был знаком, приткнуться было некуда. Каменщики поначалу смотрели на него с подозрением, но вскоре смешливых веков развеселил нелепый вид юного незнакомца.
— Где такие чёботы украл? — беззлобно спросил Лориана старый сгорбленный век со слезящимися глазами и проступившими от тяжелой работы венами на руках.
— Шаман подарил.
— А я думал, у кочевников выменял.
Все гоготали, довольные тем, что смогли с утра оторваться от тяжелого труда и обычных забот.
— Будешь ходить в шаманской обувке, останешься без ног. Приходи ко мне, подберу тебе хорошие стукалки. Сын вырос, новым дармоедом мне не обзавестись, староват стал.
Остальные долго посмеивались над словами пожилого века. Чувствовалось, что веки любят работать, но не прочь и позубоскалить в минуты отдыха.
Работа для Лориана нашлась быстро. Большинство рабочих занимались вырубкой монолита для колонны длиной более тридцати метров. Каменотесы выбивались из сил в тщетных попытках обтесать поверхность в форме круглой колонны. С помощью бревен и рычагов монолит отодвигали от скалы и готовились спустить с уступа. Лориан помогал перекатывать бревна на деревянных салазках, подносил поленья к костру, таскал мокрый песок для работников, выдалбливающих отверстия в камне кремниевыми пробойниками. Шутки над забавным мальчишкой, изо всех сил старавшимся работать на равных со всеми, не стихали весь первый день. В частности, предметами насмешек веки избрали огромные сверкающие перстни на руках отрока.
Лориан улыбался и запоздало прикрывал перстни рукавицами из лона.
— Мужики, и чего мы мучаемся? Вон мальца попросить нужно, пусть он нам гранит-то и разрежет своим камешком.
— Га, га, га, — смеялись наиболее добродушные. Остальные хмуро отрывались от дела и осуждающе смотрели на баловников. Чего, мол, гоготать, если Оплот не закончен?
Сколько Лориан ни смотрел на работу веков, никак не он мог понять, зачем высекаются и где кладутся новые камни? Возведение многокилометровой стены показалось ему напрасной тратой энергии. За день им удалось расколоть монолит, из которого можно было сделать несколько плит. К концу дня усталые строители расползлись по каменным клетям. Лориан остался один. В задумчивости бродил он по каменоломне. Пыль осела, замер стук молотков и топот деревянных башмаков. Тело Лориана ныло от усталости, но голова была свежей и ясной.
На землю спускалась ночь, но не отдохновение несла она юному страннику, а новые загадки для его пытливого ума. Мысли о причине создания каменной стены не покидали Лориана. Оплот — единый оборонительный комплекс. С этим Лориан готов был согласиться. Но против какого противника? Глупые перумы и жестокие хоболы не опасны для сплоченных и мужественных веков. Юноша брел в темноте, не разбирая дороги, и сам не заметил, как оказался в поселении. Гулким эхом отдавались его шаги по растрескавшимся плитам. Его тянуло туда, где он мог бы услышать рассказы о верованиях веков. Поселок спал. Только одинокий костер — излюбленное место ночных посиделок — освещал перекресток узких проходов. Молодые веки любили собираться вечерами вокруг огня, поговорить о том о сем. Увидев приближающегося Лориана, они с любопытством уставились на него. Юноша вежливо приветствовал компанию молодых людей, и они потеснились, освободив ему место возле огня. За разговорами прошла ночь. А наутро воздух каменоломни снова наполнился гулом голосов и стуком камня о камень.
Достаточно Лориану было поработать несколько дней наравне со всеми, как шутки по его поводу иссякли. Ему нашлось место в каменоломне у мужчин из рода «птичий глаз». Вечера он проводил со стариками. Перекрикивая стук деревянных молотков, которыми поправлялась сносившаяся обувь, или поскрипывание рубила, быстро сновавшего в руках мастера, вырезывавшего новый башмак, старики с удовольствием отвечали на все расспросы любопытного новичка. Яориан выслушивал все подряд; сравнивая услышанное в родном племени и у кочевников с рассказами веков. В легендах говорилось, что Оплот существовал еще до появления первых людей на планете.
Укладываясь на ночлег вдали от шумного поселения, Лориан задавался вопросом: «Если Оплот имеет столь древнее происхождение, кто же его построил?» Какова тень от западной стены Оплота? Как, должно быть, грустно встречать восход солнца из-за высоких стен. Но пре1 красно встретить солнце на вершине стены. Если раньше его занимало, что находится на другом берегу реки, возле которой он вырос, то отныне ему снилась теневая сторона Огромного Оплота. Ни в одном другом племени Ойкумены камень не имел такого широкого употребления, как у веков. С помощью камня добывали огонь, выдалбливали чёботы и детские люльки. В каменоломне сотня мужчин с утра до вечера раскалывала, обтесывала, полировала и сверлила камень. Топоры, тесла и рубила мог сделать из обломка любой век, носивший короткие штаны из лона. Веки были умелыми мастерами. Из нефрита они делали топоры и долото для работ по дереву, в большой камень загоняли клинья из дерева, заливали их водой, и через несколько дней в поселении слышался треск лопнувшего монолита.
Лориана заинтересовали истории о подземном ходе, ведущем на западную сторону Оплота. Если кирпичники на западной стороне делали террасы к Оплоту и висячие сады, то каменщики возводили огромные каменные усыпальницы. Каменные стелы разной формы расставлялись кругами. Длинные ряды камней служили векам календарем. Каменщики работали с цельным камнем, чем отличались от кирпичников. Возможно, лишь подземный ход объединял разделившиеся племена.
Разыскав наконец племя созидателей, Лориан с наслаждением отдался общему делу. Узнав о том, что Лориан ведет себя как простолюдин, шаман потерял к нему прежний интерес, и это Лориана устраивало. Ощущая себя причастным к созиданию полезного, он выработал у себя привычку вставать раньше остальных. Из худого, щуплого мальчугана Лориан превратил ей в ладного, мускулистого юношу. Нести на своих плечах самый тяжелый камень — что могло быть приятнее для парня с крепкими мускулами! Как-то, прогуливаясь после работы, он пошел вдоль Оплота в северную сторону, противоположную той, в которой располагались каменоломни и поселения веков, опоясанные оградой из каменных плит, на которых скучали сторожевые. К юноше они не проявили интереса. Лориан увидел поля, усеянные рядами камней. Огромные постройки из камня возводились под стенами Оплота. Высокие и узкие каменные глыбы вертикально стояли в окружении лежавших плит. Монумент производил впечатление.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
