— Пока к нему не принесено семя, тело для нас неопасно. Правильно? — заявила Зара. — Без своих слуг Моандер беспомощен. Мы должны каким-то образом освободить сауриалов от подчинения Несущему Тьму.
— Это возможно? — спросила Элия.
— Есть способы освободить того, кто был подчинен не слишком долго, — ответил Грифт. — Те, кто был подчинен давно, в то же время, что и Кайр, несут в себе слишком много отростков подчинения. Даже если мы сможем уничтожить все отростки в их телах, слишком большая часть их плоти сгнила, поэтому они все равно умрут. Но таких к счастью немного. Большинство нашего народа можно спасти лечебным заклинанием. Оно уничтожит отростки, управляющие ими. Если мы не сможем к ним близко подобраться, то можем наслать на них замораживающее заклинание. Это также уничтожит отростки.
После того, как Путеводец перевел слова Грифта на общий язык, Акабар сказал:
— Но замораживающее заклинание может убить сауриалов.
— Нет, — сказал Дракон. — Холод действует на нас, сауриалов не так, как на людей. — Паладин повернулся к Элии. — Помнишь, что случилось со мной прошлой зимой в Тенистом доле, когда я смотрел, как ты каталась на коньках на пруду?
— Ты заснул, и мы не могли тебя разбудить, пока не отнесли обратно в гостиницу, — вспомнила Элия..
Паладин кивнул.
— Холод не повреждает сауриалов, как людей. У вас повреждается плоть и легкие, тело теряет так много тепла, что вы можете умереть. У нас чешуя защищает тело. Мы впадаем в оцепенение, поэтому дышим менее холодным воздухом, и прекращаем двигаться, чем сохраняем тепло. Чем мы больше, тем слабее действует на нас холод, но мы не контролируем это. Даже Высочайший, — Дракон кивнул в сторону Грифта, — заснет от холода, если пробудет на улице зимой в Тенистом доле больше часа.
Элия перевела его слова Акабару.
— Ну, может, нам повезет и в долине рано начнутся холода, — сказала Оливия.
Путеводец покачал головой.
— Часть волшебства долины сохраняет в ней тепло зимой, — сказал он.
— Там больше сотни из моего народа, — сказал Грифт. — Нам нужна помощь воинов, чтобы захватить их, не нанося им вреда, жрецы, знающие лечебные заклинания и волшебники, владеющие замораживающей магией.
Элия перевела слова Грифта.
— Если Путеводец сможет перенести меня обратно в Тенистый дол, — сказал Брек, — я соберу бойцов и волшебников.
— Я могу перенести тебя в башню Эльминстера, — сказал Путеводец, — но не смогу ждать тебя. Если Морала узнает, что я вернулся, она будет настаивать на том, чтобы меня водворили обратно в тюрьму. Я не хочу подвергать свою дочь опасности встретиться с Моандером без меня.
Брек кивнул в знак согласия. Путеводец был прав — Морала может быть ужасно упрямой. Она может не захотеть принимать во внимание необходимость помощи Путеводца.
— Если завтра до полудня ты не найдешь волшебников, которые смогут перенести тебя обратно, — сказал Путеводец, — я вернусь за вами.
— Ему нужно взять с собой Зару, — сказал Акабар. — Если она будет с ним в Тенистом. доле, Моандер не сможет обнаружить их, когда они будут собирать силы, необходимые для сражения с его слугами.
Зара нахмурилась.
— Я не хочу разлучаться с тобой, муж мой, — сказала она.
— Это только на один день, — ответил Акабар. Казалось, что Зара готова продолжать спор, но вместо этого она обратилась к Элии:
— Ты присмотришь за моим Акабаром?
— С ним будет все в порядке, — ответила Элия, удивленная тем, что Зара доверяет ей заботу о волшебнике.
— Я спрашивала не об этом, — сказала жрица.
Воительница взглянула на Акабара, казалось, его смутила просьба Зары.
Зара подошла ближе к Элии и прошептала:
— Пожалуйста. Ты сказала, что ему нет дела до тебя, это не правда. Он уничтожил Моандера, чтобы спасти тебя. Я знаю, что ты заботишься о нем.
Элия вздохнула. Она не одобряла того, что Акабар делит свою любовь со многими женщинами, и не могла поверить, что его женитьба на Заре не имеет отношения к сходству Зары и ее самой, но не могла не согласиться со словами жрицы. Акабар рисковал жизнью, чтобы спасти ее, потому, что они были друзьями, и она все еще любила его.
— Да… я присмотрю за ним, — пообещала она. Элия заметила ожидающий взгляд Дракона. Ему не нужно было ни словом, ни знаком показывать, о чем он думает.
— Прости меня за то, что я ударила тебя и за то, что я наговорила, — извинилась она перед Зарой. — Я думаю ты не так плоха, как все жрицы.
На лице Зары мелькнула улыбка.
— И ты тоже не совсем плоха для северной дикарки, от которой пахнет мокрой шерстью, — сказала она.
Элия рассмеялась и вытянула руки ладонями вверх. Зара положила руки поверх рук Элии, обе сжали ладонями предплечья друг друга в рукопожатии путешественников. Волшебные знаки на руке Элии задрожали, как при прикосновении Дракона, и Элия поняла, что Зара должна испытывать такое же ощущение в знаках, оставленных ей Фальшем.
— До следующего сезона, сестра, — прошептала Элия.
— Да будет с тобой удача Тайморы, — ответила Зара.
Акабар подошел к жене, и Элия отступила назад. Оглянувшись, она увидела, как Акабар обнял и поцеловал Зару.
— Заре и Бреку нужно отправляться, чтобы вернуться завтра, — грустно заметил Путеводец.
Акабар кивнул и отошел от жены. Зара взяла за руки Брека и Путеводца, бард спел ноту.
Меньше, чем через минуту после того, как троица исчезла, Путеводец появился один.
— Лео говорит, что Эльминстер еще не вернулся, — доложил он.
— Морала сказала, что когда она наблюдала за мудрецом, с ним было все в порядке. Может ли Моандер помешать ему вернуться домой? — спросила Элия.
— Сила Несущего Тьму в нашем мире очень велика, — сказал Грифт, — но он не смог удержать меня.
— Возможно, он мог тебя задержать, но решил не делать этого, — предположила Элия. — А когда Эльминстер прибыл в ваш мир, Моандер решил, что не стоить рисковать, позволив мудрецу вернуться, ведь он может помешать его планам. Божество знает, что Эльминстер поможет нам.
— Еще нам поможет немного еды, — подала голос Оливия.
— Она права, — сказал Дракон. — От припасов осталось не так много, я посмотрю, что смогу найти.
— Не ходи один, — посоветовала Элия. — Возьми с собой Оливию.
Дракон кивнул и показал Оливии, чтобы та шла за ним. Паладин и хафлинг выскользнули из пещеры и начали спускаться по склону.
Грифт вынул из кармана халата длинную тонкую серебряную коробочку и открыл ее. Внутри был костяной жезл.
— Это жезл холода. Им часто пользовались за последние несколько месяцев, поэтому в нем осталось немного силы, но я хочу, чтобы Акабар воспользовался им, чтобы создать конусы холода против слуг Моандера. Я могу сотворить подобное заклинание без жезла.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
