применима в данном случае. Создать совершенство, в частности в области избирательного права, не в силах человека, и появление, например, покойников в избирательных списках – явление не исключительное даже в странах с очень давней привычкой к политической жизни (во Франции); удостоверено, что покойники всегда голосуют за правящую в данной местности клику, – явление, до сих пор не обратившее на себя внимание богословской и философской литературы, но хорошо известное специалистам по избирательному праву. И, несмотря на это, парламенты функционируют во Франции в общем правильно и ведут Францию к прогрессу. Весьма далеки от совершенства были избирательные порядки Англии до 1832 г., – и, однако, они не помешали тому, что созданный ими парламент уже в XVII в. пользовался громадным престижем и в Англии, и за границей. Устранить сразу все возможные безобразия из будущей избирательной практики, вроде включения в избирательные списки покойников или исключения из них лиц, идущих против течения, и тому подобное не в наших силах. Но, к сожалению, в наших силах оттянуть день выборов. А чем позднее будет приступлено к выборам, тем больше будет всяких безобразий на выборах. А кроме того, – и это всего важнее, – каждый лишний день без Учредительного собрания грозит России неисчислимыми опасностями.
Этих взглядов я держался во время работы совещания, и их я горячо проводил в совещании. В общем, с различными оговорками, с различными мотивировками их держались и проводили левые элементы совещания. Таким образом, обе стороны были одинаково добросовестны и одинаково демократичны; обе хотели торжества воли народа, но обе разно оценивали исторический момент и исторические возможности. Особенно остро этот вопрос стал, когда Временное правительство запросило совещание, в какой срок могут быть произведены выборы. Мы посвятили ему целое бурное заседание 14 июня, и в нем кадеты провели свое предложение: «Выборы могут быть произведены по истечении двух месяцев со времени образования органов самоуправления на демократических началах»435.
Я настаивал на том, что если административные органы достаточно компетентны для того, чтобы организовать выборы в новые органы самоуправления (земства и городские думы), то нет основания не доверять им и для выборов в Учредительное собрание, а это дало бы возможность произвести выборы в органы самоуправления и в Учредительное собрание почти одновременно. Почему земства и городские думы, выборы которых будут произведены некомпетентными органами, сами окажутся компетентными для организации выборов в Учредительное собрание? Мою аргументацию поддержал Гальперн, но при голосовании мы остались в меньшинстве.
В тот же день вечером Кокошкин довел до сведения Временного правительства наше решение. И вдруг совершенно неожиданным ответом на него явилось постановление Временного правительства о назначении выборов в Учредительное собрание на воскресенье, 17 сентября и созыве Учредительного собрания на 30 сентября, причем, однако, в самом тексте этого постановления было сказано, что составление избирательных списков возложено на волостные земства, которые должны быть избраны всеобщим голосованием. Постановление было помечено 14 июня (в тот же день, что и наше решение!) и подписано министром-председателем князем Львовым и министром юстиции Переверзевым. Постановление это не было даже нам сообщено, и мы узнали о нем из газет 15 июня436. Оно нас совершенно ошеломило.
Дело в том, что накануне, 14 июня, наш член Авинов, занимавший тогда пост главноуправляющего по делам местного хозяйства, сообщил нам, что повсеместного образования волостных земств нельзя ожидать раньше 1 сентября. Основываясь на этом, мы рассчитывали, что выборы в Учредительное собрание произойдут не раньше 1 ноября. Что же это значит? Значит ли, что волостные земства начнут функционировать на полтора месяца раньше, чем это обещал представитель Министерства внутренних дел? Или что правительство не видит надобности считаться с нашими сроками и что оно ценой порчи закона намерено купить ускорение дня выборов? Или, наконец, что правительство по политическим соображениям момента сочло нужным фиксировать выборы на возможно краткий срок, не считаясь с технической возможностью произвести их и готовое в свое время отсрочить день выборов на месяц или два? Верно было, конечно, это последнее объяснение, и последствия его подтвердили. Признаюсь, что я, как и все другие, несмотря на все желания ускорения дня выборов, был очень неприятно поражен бесцеремонным актом правительства. Но все-таки, думал я, с ним нужно считаться и его нужно признать; не время теперь, чтобы шатать правительство.
Из кадетских рядов совещания раздались заявления, что совещание должно работать над законом, вовсе не считаясь с правительственным постановлением 14 июня и ни в малейшей мере не допуская порчи закона ради согласования его с назначенным Временным правительством сроком. Левая половина совещания держалась другого мнения. Нельзя быть уверенным, говорила она, что выборы действительно окажутся возможными 17 сентября. Но все-таки мы должны сделать все возможное, чтобы облегчить правительству (замечу, что это было еще правительство Львова, хотя уже преобразованное включением в него социалистов Чернова, Церетели, Пешехонова и др.437) исполнение взятого им на себя обязательства, разумеется, не ценою порчи закона. Раз уже само правительство постановило в деле организации выборов предоставить определенную роль волостным земствам и раз нами приняты определенные сроки обжалования и прочее, то сократить двухмесячный срок между днем их открытия и днем выборов нельзя и потому нужно исходить из предложения, что волостные земства начнут функционировать не позднее 17 июля. Но об уездных и губернских земствах постановление правительства не говорит, а мы предполагали в избирательные комиссии включить представителей от них. Вот от этого мы можем отказаться, мы можем заменить их лицами по избранию различными местными общественными организациями, указываемыми Временным правительством; существенной порчи закона в этом не будет. Но кадеты ее в этом предложении видели и очень решительно выступили против него.
Прения были очень страстные, но наше предложение было принято значительным большинством (а затем и Временным правительством). Точно так же административные отделения судов (не существовавшие еще даже в определенном законопроекте) мы предложили заменить гражданскими отделениями судов, – это особенных возражений не встретило. Наша победа так же огорчила кадетов, всего более Лазаревского, но также В. Гессена и Кокошкина (который думал было даже отказаться от председательствования в совещании, однако не сделал этого), как раньше меня огорчила победа пропорциональной системы.
Борьба сохраняла свой страстный характер и на следующий день, когда возобновилась работа над законопроектом, прерванная неожиданным запросом правительства. На очереди стояли вопросы об инстанциях для проверки избирательных списков и о некоторых сроках. Левое большинство, образовавшееся 15 июня, сохранилось, и эти вопросы решались по большей части согласно с нашими предложениями.
В общем и целом соответственные части нашего закона явились, как и
