Священник наклонился и поцеловал ей руку, сожалея, что больше ничем помочь не в силах. Потом он глянул по сторонам, не подслушивал ли кто их разговор. Невдалеке стояла Лиззи Оддингселл.
Увидев, что Эми закончила говорить, подруга подошла, взяла ее за руку и сказала:
– Пошли домой, а то потом жарко будет.
Турнир роз происходил в пятнадцатый день июля. Весь двор Елизаветы только и думал о том, какие наряды они наденут, в каких доспехах будут состязаться, какие розы прикрепят к одежде, какие песни и танцы станут исполнять и, конечно же, чьи сердца разобьют. Но мысли Сесила были далеки от грандиозного празднества. Он думал исключительно о последнем письме Трокмортона, полученном из Парижа.
Июля девятого дня
Он быстро угасает. Каждый день я ожидаю известия о его смерти. Как только это станет печальной реальностью, я Вам тут же сообщу. На трон Франции взойдет Франциск II. Мария уже видит себя королевой Франции, Шотландии и Англии. Это не досужие предположения. Мои шпионы видели наметки воззваний, подписанных именно так. Учитывая могущество Франции и доминирование семейства Гизов, они постараются сделать Шотландию своим троянским конем, и тогда их нельзя будет остановить. Да поможет Бог Англии и Вам, мой старый друг. Я с ужасом думаю, что Вы – наш последний главный советник. Все надежды, какие у меня были, рухнули.
Сесил расшифровал письмо и несколько тягостных минут сидел, глядя на ровные строчки. Затем он взял лист и направился в покои королевы. Елизавета весело смеялась с фрейлинами, наряжаясь к турниру. Летиция Ноллис в ослепительно белом платье, к которому была прикреплена темно-красная роза, сплетала для королевы корону из роз. Сесилу подумалось, что вести из Парижа будут подобны летней буре, какие появляются неведомо откуда и могут за пару часов согнуть и сломать все розовые кусты в саду.
Елизавета избрала для турнира светло-красное платье с белыми шелковыми вставками на рукавах, украшенных серебристыми кружевами. Голову она повязала светлой шелковой лентой, усыпанной белыми и розовыми мелкими жемчужинами. Это создавало впечатляющий контраст с ее медно-рыжими волосами.
Заметив удивленное лицо Сесила, она расцвела в улыбке и кокетливо спросила:
– Как я выгляжу?
«Как невеста», – с ужасом подумал Сесил, однако вслух сказал совсем иное:
– Как истинная красавица, королева лета.
Елизавета подобрала полы платья и сделала шутливый реверанс.
– Кого ты предполагаешь увидеть победителем состязаний?
– Не знаю, – рассеянно ответил Сесил. – Ваше величество, я понимаю, что сегодня вы хотите смеяться и веселиться, однако у меня к вам очень серьезный и безотлагательный разговор.
Она кокетливо поджала губы, но по лицу Сесила поняла, что беседы не избежать.
– Хорошо, Призрак, только недолго. Сам понимаешь, без меня ничего не начнут, а сэр Ро… А всадникам не захочется ждать в тяжелых доспехах. Сам видишь, какая сегодня жара.
– И кто же такой этот сэр?.. – игриво спросила Летиция.
Королева захихикала и покраснела.
Не обращая внимания на ужимки Летиции, Сесил отвел Елизавету к окну, передал ей расшифрованное письмо и без прелюдий начал:
– Получено только что от нашего посла Трокмортона. Он предостерегает о возможном развитии событий после смерти нынешнего французского короля. Ваше величество, как только сердце Генриха Второго перестанет биться, мы окажемся в смертельной опасности. Необходимо спешно вооружаться. Мы должны безотлагательно отправить деньги шотландским протестантам. Дайте мне разрешение на это. Нужно начинать готовить нашу армию.
– Ты всегда говоришь, что у нас нет денег, – вздохнула Елизавета.
Сесил намеренно старался не смотреть на жемчужные серьги королевы и толстые нитки жемчуга, украшавшие ее шею.
– Ваше величество, нам грозит серьезнейшая опасность.
Елизавета забрала у него письмо и быстро прочла.
– Когда ты его получил? – спросила она, забыв, что Сесил уже говорил об этом.
– Пару часов назад. Оно пришло в зашифрованном виде. Мне понадобилось некоторое время на его расшифровку.
– Она не имеет права именоваться королевой Англии! По договору Като-Камбрези французские короли отказались от этой добавки к своему титулу.
– Как видите, не все. Тем более что Мария никаких договоров не подписывала. Это сделал Генрих Второй, дни которого сочтены. Возможно, что и часы. Теперь ничто не остановит амбиций Марии. Новый король и его родня будут лишь умело их подогревать.
Елизавета выругалась сквозь зубы, повернулась к окну, чтобы фрейлины не видели ее мрачнеющего лица, и яростно прошептала:
– Неужели я никогда не буду в безопасности? Я всю жизнь воюю за свое право на трон. Этой войне не суждено кончиться? Я что, обречена всю жизнь опасаться убийцы, скрывающегося за портьерой, и вторжения вражеских армий? Завидная же у меня судьба, если я должна бояться своей родни!
– Ваше величество, я не вправе убаюкивать вас ложными надеждами, – сурово произнес Сесил. – Но вы действительно потеряете трон и, возможно, даже жизнь, если не будете сражаться за то и другое. Вы сейчас в такой же опасности, в какой были всегда.
От недавнего кокетства не осталась и следа. Елизавета всхлипнула, не позволяя слезам выплеснуться наружу.
– Сесил, меня едва не обвинили в государственной измене. Я видела плаху, а совсем недавно чуть не погибла от рук подосланного убийцы. Поневоле начнешь вспоминать домашний арест как самую спокойную пору своей жизни.
– Тогда вы играли в заговоры против сестры и мечтали занять английский трон. Ваша мечта исполнилась. Но у человека, сидящего на троне, опасностей больше, чем у того, кто находится под домашним арестом. Вам угрожает потеря не только власти, но и независимости Англии, – напомнил ей Сесил. – Из-за недальновидной политики вашей сестры мы отдали Кале. Неужели вы позволите, чтобы дело кончилось утратой всей нашей страны?
Она медленно втягивала в себя воздух, наконец сказала:
– Теперь я понимаю, что надо делать. Возможно, нам придется воевать с французами. Мой Призрак, я обязательно поговорю с тобой. Очень подробно. Но не сейчас. К тому времени, когда умрет французский король и их двор открыто заявит о своих притязаниях, мы должны быть готовы.
– Да, ваше величество, – подтвердил Сесил, довольный тем, что услышал от нее нужные слова. – Это решение, достойное королевы.
– Но сэр Роберт считает, что мы должны убедить шотландских лордов-протестантов договориться с регентшей. Если в Шотландии восстановится мир, у французов не будет повода вторгаться в Англию.
«Как же, главного лошадника не спросили!» – с ехидством подумал Сесил.
