"Если сейчас хоть кто-то что-нибудь скажет про мое выступление, я сначала его убью, а потом сделаю себе ритуальное харакири", – подумал я и замер в ужасе.
В зале царила напряженная тишина. За столом магического совета тоже никто не двигался, и все удивленные лица почтенных корифеев магической науки были устремлены на мою скромную персону. Потом глава магического совета шевельнулся и встал со своего огромного кресла.
"Это песец, причем пушной полностью", – подумал я и весь покрылся холодным потом.
– Коллега Тим, вы абсолютно точно не маг. То, что здесь было продемонстрировано… – начал доктор Дельф и сделал паузу, после которой мое сердце разок гулко ухнув, свалилось в какую-то бездну.
– Несмотря ни на что, является невероятным научным достижением. Использование переменной в линейном магическом уравнении поля – новое слово в магическом плетении. Грандиозно! – продолжил Дельф и в полной тишине громко хлопнул в ладоши три раза.
После его слов зал взорвался аплодисментами. Кот, хитро взглянув на меня, вдруг поклонился. Я, следуя примеру этого рыжего чудовища, тоже отвесил глубокий поклон в зал, и под неутихающие овации мы продолжили эти упражнения еще пару минут. Пока мы с Рыжиком купались в лучах абсолютно незаслуженной славы, тетушка Хтана насела на доктора Дельфа с одной стороны, а с другой ему что-то напряженно говорил профессор Апик. Глава совета только согласно кивал головой, с удивлением глядя на меня. Аплодисменты немного поутихли, я сошел со сцены и уселся в первом ряду между радостными лицами Цветы и Лайны. Но это было лишь затишье перед бурей. Овации грянули с новой силой, мне пришлось подняться и снова выйти на сцену, где я провел еще пару минут, кланяясь и принимая поздравления вместе с донельзя довольным Рыжиком. Потом аплодисменты начали опять стихать, я снова сошел со сцены и второй раз уселся между гордыми мной девушками-целительницами. Когда, еще немного пошумев, зал стих окончательно, со своего места поднялся председатель магического совета, зорким взором осмотрел аудиторию и поднял руку, требуя тишины. К этому времени я немного отошел от шока, но все равно не думаю, что хоть чем-то в этот момент напоминал светящуюся вдохновением звезду эстрады. Лучше всего мое тогдашнее состояние характеризует выражение "внезапно стукнутый пыльным мешком из-за угла".
– То, чему мы только что все явились свидетелями, бесспорно, является большим вкладом в современную магическую науку. Если у почетного симпозиума есть возражения, то я хотел бы услышать их именно сейчас. Ну-с, я жду, – сказал доктор Дельф и замер в ожидании. После его слов в зале стало так тихо, что я смог по достоинству оценить меткое выражение "звенящая тишина". Секретарша-гномочка достала откуда-то из-под своего столика огромные песочные часы, перевернула их и с громким стуком поставила на стол магического совета. Пока песчинки пересыпались из верхней части в нижнюю колбу, зал напряженно молчал. Мы с замиранием сердца следили за тем, как песок тонкой струйкой падает из узкого горлышка и на плоском дне большой колбы образуется сначала маленькая кучка песка, потом она покрывает все дно и, превращаясь в небольшую горку, продолжает расти в полной тишине.
Когда последняя песчинка упала на вершину песчаной горки, доктор Дельф откашлялся и продолжил.
– Я, глава магического совета, принимаю решение считать вклад в магическую науку воина Тима достойным того, чтобы по его просьбе создать "Камень света", – торжественно сказал доктор Дельф, потом улыбнулся и добавил простым голосом: – Ну и сам приму участие в этом интереснейшем эксперименте.
После его слов зал взорвался аплодисментами. Все аплодировали стоя.
Глава 30. Командная…
– Дышать команды не было! -
рявкнул военрук, которого я плохо видел
сквозь запотевшие стекла противогаза.
(случай на военной кафедре)
Что происходило дальше, я помню смутно, единственное, чего я в этот момент хотел – это выпить рюмку водки. Руки и ноги дрожали, а в голове продолжали стучать слова ненавистной песни.
"Теперь мне понятно, почему среди певцов процент алкоголиков больше, чем среди остальных", – пришла в голову совершенно неуместная мысль, потому что я вовсе не знал, какой в действительности процент среди людей составляют алкоголики, как среди певцов, так и среди представителей остальных профессий. Весь симпозиум поднялся со своих мест и стал покидать зал заседаний.
Через пять минут по коридору шла процессия, похожая на демонстрацию протеста, какой ее показывают в исторических фильмах про революцию, при этом чем-то очень напоминающая бразильский карнавал. Впереди шел председатель совета, доктор Дельф, сжимая в вытянутой вперед руке стенограмму моего выступления, написанную какими-то странными символами, и понятную только магам. Он читал вслух, периодически тряс исписанной мелкими значками бумагой и шумно выпускал из своего рта воздух вместе с восхищенными эпитетами в мой адрес. За ним шла наша гордая компания, центром которой был я и Кот. Рыжий артист занимался тем, что создавал атмосферу праздника. Следом шла толпа, состоящая из гостей магического симпозиума, заполняющая коридоры университета за нашими спинами, и при этом оживленно гудящая. Процессия пронеслась вихрем по коридорам магического университета и вывалилась во двор. Студенты прыснули в стороны, как маленькие лодки в порту разбегаются при приближении большого теплохода, и через минуту мы стояли около каменного помоста, где наша группа соединилась с Амой и Громом.
– Что вы там так долго? – сердито спросила Ама почему-то у профессора, на что он только открыл рот, не в силах произнести ни слова.
– Конечно, тут находишься именно ты, любезная Ама, кто же еще, – вместо Апика ответил Дельф. Подойдя к грозному магу Огня, он, не обжегшись, галантно поцеловал ее руку. Ама тут же растаяла, и все четыре представителя разных направлений магической науки начали обсуждать все тонкости предстоящего им опыта, совершенно не обращая внимания на присутствующих. Остальные маги окружили четверку и благоговейно вслушивались в разговор мэтров, а я воспользовался моментом и невзначай подошел к Грому.
– Гром, тихо заведи во двор самых незаметных бойцов, чтобы они окружили постамент и никому не давали подняться на него на протяжении всего эксперимента, – подойдя вплотную к сотнику Желтолицых Всадников, негромко сказал я. Огромный Гром кивнул и очень незаметно скрылся со двора университета. Мэтры еще не успели до конца обсудить план своих действий, а Гром уже вернулся обратно. При этом не по форме одетых студентов вокруг постамента стало немного больше.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
