Тогда, семь лет назад, я еще плохо понимала, что представляет это королевство. Новость о восстании в замок принес генерал Каллеб. Оказалось, что один из моих обожаемых супругов, отправил Каллеба шпионить в соседнее государство. А тот, вместо того, чтобы строчить доносы, поднял восстание.
Сообщить о том, что миссия провалена, генерал явился лично. Мужчина краснел, бледнел и подробно рассказывал мужьям о том, как не выдержал издевательств со стороны благородных лимм Фарта и теперь, был готов понести справедливое наказание. Марат слушал отчет молча. Рамид претворялся, что читает какие-то очень важные документы, пока говорил Каллеб. Фирс сопел мне в ухо. А я слушала и не знала, куда бежать и что делать. С одной стороны, под воротами империи тысячи беженцев просили убежища. И большенство из этих людей смертельно ранены. Восстание, как оказалось, не было успешным. Оно хоть и расшатало внутренние устои королевства, но многие мужчины решили остаться при своих хозяйках. Остальные были изгнаны. С другой стороны, я была еще не настолько опытна, чтобы просчитать все политические последствия произошедшего. В отличие от своих мужей.
- Вот видишь, Марат - Рамид отложил в сторону бумаги, когда Каллеб закончил рассказ, - а ты говорил, не получится.
Айх самодовольно улыбнулся. Фирс хихикнул. Марат закатил глаза. А я поняла, что придется изучать мир политических интриг.
Как оказалось, план мужчин был прост: ослабить Фарт. Создать в королевстве внутренние проблемы, чтобы ее правительницы еще долго не могли себе позволить сунуть нос в чужие земли. И у них все получилось. Каллеб долго не мог поверить, что его так нагло использовали. Но, он согласился остаться на службе в Айсаре.
Мы с генералом редко пересекаемся. Фирс говорит, что он спеиально избегает встречь. Его до сих пор терзает чувство вины за появление лиммы Олли в лесном лагере. Я эту вину уважала. Даже одобряла. И что-то делать с душевными терзаниями генерала не спешила. Все же, он взрослый мужчина и сам должен разбираться со своими душевными расстройствами и женщинами.
О вампире с тех пор, как я разорвала связь, ничего не было слышно. Я знала, что Рамид ревностно следит за всеми бывшими побратимами Фирса. Поэтому, время от времени, слухи о герцоге доходили и до меня. Его союз с лиммой Валет распался год назад. Говорят, она не смогла родить вампиру наследника и уехала из поместья. Какое-то время вампир пытался предаваться разврату и прочим радостям жизни. Но продолжалось это не долго. Больше о герцоге ничего не было слышно. В отличие от Биллара. Это имя гремело во всех дворцовых сплетнях.
Как-то незаметно, Биллар стал частым гостем во дворце. Ему удалось подружиться с местными вельможами, посещать балы и нервировать всех трех моих мужей. И если Фирсу удавалось сдерживать ревнивые нотки в голосе, то Марат был в шаге от того, чтобы не сбросить наглеца с какой-нибудь сторожевой башни.
- Ты опять не спишь. – Голос Рамида вырвал меня из воспоминаний.
Император, опираясь на трость, вышел ко мне на балкон. Три дня назад мой император пережил предсказанное Богиней покушение. Это слусилось во время дружеского визита в Саранду. Маленькое государство высоко в горах. Портальная арка, через которую должен был выити мой муж, взорвалась. К счастью, Халли и Марат решили перестраховаться и перемещаться с помощью порталов Фирса. Но, осколки арки задели Рамида.
- Не хочется. Посмотри, какая красивая ночь.
Муж встал сзади. Обнял меня за плечи и глубоко вдохнул. Крупные звезды будто загорелись ярче. Теплый ветер принес аромат садовых цветов. Захотелось остановить этот момент. Ладонь утонула в густой волчьей шерсти. Опустила взгляд. Халли фаркнул. Через секунду рядом стоял совершенно голый мужчина.
- Красивая. – Согласился Марат. Он вошел вслед за братом. – Самая подходящая ночь, чтобы сообщить нам радостную новость.
Третий сын Сирана встал рядом и посмотрел на звезды.
- О какой новости он говорит, Тень моя? – Спросил Рамид, целуя меня в ухо.
- О той, в которой ты станешь папой. – Вместо меня сообщил Фирс.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Теперь пришла моя очередь закатывать глаза. Марат улыбнулся. Айх одним движением повернул меня к себе лицом.
- Правда? – Голос императора впервые по-настоящему дрогнул.
- Почти.
- Что это значит? – Переспросил Марат.
- Вы станете папами. И спасибо, за то, что испортили самый потрясающий сюрприз, который я только могла приготовить. Мог бы и до завтра подождать. – Последняя фраза предназначалась Марату. – Там торт готов. Знаешь, сколько времени Ияд потратил на кремовые пинетки? Вот теперь сам будешь ему объяснять, почему сюрприз не получился.
- Что ты сказала? – Теперь голос дрожал у Фирса, а хлопал глазами Марат.
- Пинетки. Детские тапочки. Ияд их из ягодного крема делал. Очень вкусно, между прочим.
- Нет, - махнул белой головой Халли, - до этого. Что ты сказала до этого?
Выдхнула, выкрутилась из объятий айха, и вышла в центр балкона. Мужчины насторожено смотрели за мной.
- Поздравляю! – Широко улыбнулась. – У нас будет тройня! Каждому мужу по младенцу!
Эпилог
Замок айхов.
Рамид. Десять месяцев спустя.
- Поздравляю, ваше Величество!
Каллеб поклонился императору и вышел. После нескольких лет, проведенных в Фарте, генерал пересмотрел свои взгляды на жизнь, женщин и ценности. Единственное, о чем он сейчас жалел, было решение отказаться от ламиры. Одна мысль о том, что эта великолепная императрица могла быть и его женой, ржавой иголкой колола грудь. Особенно сейчас, когда на свет появились близнецы.
- Ступай Каллеб. – Рамид коротко кивнул и погрузился в изучение документов. – Хорошая работа.
Император хорошо понимал, почему Каллеб согласился дальше шпионить на айхов. И согласился его оставить только благодаря уговорам побратимов. Хотя, самого Рамида одна мысль о том, что он будет мелькать перед его Региной, доводила до крайней степени раздраженности. Успокаивал себя император только тем, что сама Регина никакого интереса к Каллебу не проявляла.
Генерал закрыл за собой дверь. Рамид отложил в сторону бумаги. Время близилось к вечеру. Два месяца назад жена подарила им детей. Сокровище Айсаров. Три недели айхи отмечали появление благословенной тройни. Кажется, последний раз близнецы в Амонне появлялись еще до черных воин. А сейчас сразу трое.
На столе императора лежала отдельная стопка бумаг, с прошениями посетить дворец и поздравить ее Высочество. Но пока Рамид не спешил их подписывать. Беременность и роды Регины прошли не так легко, как хотелось бы.
Конечно, молодая императрица недовольно ворчала и говорила, что все было нормально. Что токсикоз, распухшие ноги и вечная сонливость в ее положении это нормально. То же самое повторяла и его мать. Но сам Рамид и его побратимы были уверены, что их обманывают. Даже подробное объяснение Лирада о том, что выносить троих магически одаренных детей сложнее, чем одного императора не успокаивало.
А еще, Рамид с ужасом вспоминал ту ночь, когда его малыши появились на свет. Они втроем стояли за дверью, и готовы были отдать все, чтобы в тот момент быть с женой. Но Регина запретила им присутствовать на родах. Более того, у нее хватило сил закрыть все теневые переходы в комнату и заблокировать двери. Все, что им оставалось делать, это нервно перить шагами коридор и слушать крики любимой женщины. У него д сих пор сводило челюсти от ужаса, когда он вспоминал ту ночь.
К счастью, все закончилось громким детским плачем. Рамид вспомнил, как Лирад протянул ему крохотный сверток белой ткани. Как впервые увидел свою новорожденную дочь. Слезы снова навернулись на глаза. Больше оставаться в кабинете он не мог. Император поднялся из-за стола и шагнул в тень. Ему срочно нужно было увидеть семью.
Фирс
Халли вошел в детскую. Стоило Халли открыть дверь, как няньки вытянулись струной и поклонились побратиму императора. Фирс коротко кивнул, разрешая им расслабиться. С трудом сдержался, чтобы не рассмеяться. Полные мужчины в лиловых бриджах и плотных чулках смотрелись совсем уж нелепо. В таком виде они больше напоминали уличных актеров, чем служащих замка. Но Регину такой внешний вид прислуги не смущал. И Фирс тоже не придерался.
