Странник прочитал удивление в моих глазах, мол, что же такое — эти фантомные миры.
— Это миниатюрные загробные миры, созданные развоплотившимися истинными магами, — пояснил он. — К каждому миру, где жили, сражались и погибали маги ситтари, прилегает подобный мирок. Я лично вернул плоть многим добровольцам из фантомных миров, и сформировал из них собственную гвардию. Мы странствуем по мирам и сражаемся со злом.
А вот и пришли, — закончил Странник, показав на переливающуюся красным, фиолетовым и оранжевым портал-фрактал, цветную дыру в ткани Астрала. — Самый большой из фантомных миров. Угадай, где же он находится.
— Неужто в Ситтарасе? — предположил я.
— Верно, — на довольно молодом лице Странника отразилась ухмылка древнего старика. — Именно на своей родине маги умирали чаще всего — кто от старости в очень почтенном возрасте в несколько тысяч лет, а кто — в результате интриг, переворотов или при осуществлении попыток оных. И здесь их клатхические духи создали себе новый мир.
Мы оказались на острове размером с небольшой город. На нём располагался кристаллический замок, переливающийся чёрными и фиолетовым цветами. Нас встретил человек средних лет в одежде архимага.
— Ну здравствуй, Странник, — сказал он со смесью иронии, застарелой ненависти и скуки в голосе.
— И тебе счастливого посмертия, архимаг Гилмарион, — ответил мой спутник.
— Кого ты привёл с собой? — поинтересовался покойный архимаг.
— Это — Сардэк.
— А! Мой правнук! Ты уже развоплотился?!
— Не совсем, — ответил я. — Мой внутренний демон одержал надо мной верх, и стал хозяином моего тела.
— Наследие Махаллат, моей тёщи, — ответил Гилмарион. — В результате обстоятельств, просчитанных твоей матерью, ты стал наследником не только богов и властителей Бездны, но и демонов. Но в тебе есть также и моя кровь. Моё честолюбие и жажда власти. Я был императором в одном из Внешних миров и тоже когда-то хотел стать богом. Отряд ситтарских магов меня арестовал и заточил в Башню Ужаса. Но я недаром был до этого архимагом: подняв старые связи, я умудрился сбежать из плена — и подался набирать божественную силу в иные миры.
— Пока его не убил я, — вставил своё слово Странник.
Вот и объяснение нескрываемой неприязни архимага Гилмариона к Страннику. И тому, что она успела подостыть: прошли долгие годы.
— Ты — и мой потомок, — продолжал Гилмарион. — И я завещаю тебе: сумей сделать то, чего не сделал я! Верни свою божественность! Отвоюй царствие Луны у того, кто лишь часть тебя!
— И я сделаю это, прадед! — ответил я. — Это я тебе обещаю!
— Данный фрактал, — сказал Странник, показывая на ещё одну дыру в пространстве, — выведет нас собственно в Ситтарас, где я наделю нас физическими телами.
Мы вошли в сей портал, и я ощутил огромную силу тяготения, накинувшую на моё тело. Тело?! Значит, я снова жив, присутствую на Ситтарасе во плоти и крови. Передо мной материализовался и Странник, уже в иных одеяниях: на лицо был накинут тёмно-серый капюшон, дабы никто тут не узнал его. Тело скрывала поношенная серая мантия, которая когда-то, похоже, была серебристо синей, судя по знаку ветра, символике магов воздуха. Странник, невзрачно выглядящий бродячий маг, вообще не привлекал внимания местных жителей. Я, крылатый октопоид, не был тут самым обычным прохожим, но и не был для центрального магического мира, где живут мироходцы, и куда заглядывают чародеи из иных уголков Универсума, чем-то экстраординарным. На меня осторожно поглядывали, но не более того. Стражники с чуть большим подозрением смотрели на меня как на неизвестное им существо, но пока я не проявлял агрессии, не предпринимали никаких действий.
Город Фаларандель, столица одной из провинций Ситтараса, поражал моё воображение башнями из мрамора, драгоценных камней и кристаллов и лесами разных регионов: от тропических до арктических, причём произрастали эти массивы не только в городе, но и на маленьких летающих островках — воздушных оазисах.
— Это — флора, привезённая нашими магами из иных миров, — прокомментировал Странник, показав на островки. На некоторых из архипелагов проживает и фауна. А вот та башенка — он показал на мраморное строение вдали — бывший дом архимага Гилмариона, когда-то входившего в Совет Двенадцати. Там выросла его дочь Лила. Та в свою очередь родила дочь Зару. Зара, натасканная своей бабушкой Аграт, ненавидела своего отца: бабка внушила ей, будто отец бросил её и мать — хотя он просто не знал о существовании Зары. Если бы знал, он бы помог. И в итоге Зара выросла мужененавистницей, что, впрочем, ей не мешало регулярно менять любовников.
Что же, пошли дальше, — произнёс Странник, достав из-за пазухи необычный предмет, похожий одновременно на астролябию и зонтик — и раскрыл его вверх. На куполе этого «Зонтика» появилась карта звёздного неба, копирующая реальную, — это — астралонавигатор. В этом мире звёзды — дырки в ткани Межреальности, окна в другие миры. В Маргардт ведёт несколько порталов. Поскольку тамошние боги — наши маги, они построили свои дворцы прямо у порталов из Ситтараса. Один из порталов ведёт в бывшую цитадель Зары, а ныне — твою.
— Но мне там лучше не появляться, — возразил я. — Пока там правит моё тёмное… вернее, теперь уже божественное, альтер-эго.
— Согласен, — ответил Странник. — В таком случае, перенесём тебя к дворцу Апиона. Он является моим самым преданным союзником, а я, в свою очередь — его тайным советником.
Странник вращал зонтиком, пока изображённые на нём контуры из атласа звёздного неба не совпали с созвездиями. Небесные светила на астралонавигаторе засияли, и появились надписи: название мира и места, куда ведёт тот или иной портал.
— Готов? — спросил Странник.
— Всегда готов, — ответил я.
— Цитадель Апиона, город Апионситт, Маргардт, — произнёс Странник, дотронувшись до одной из звёзд на небесном атласе. Та загорелась в несколько раз сильнее, и мы взмыли в небеса. Подобно фракталу, через которые я путешествовал по Астралу, мы вошли в светящуюся дыру на небе, ощущая прорывы магии и материи в ней. Прорвавшись через пространственную ткань миров и перелетев через небольшой туннель, мы приземлились на горе — у дворца Апиона. Моя голова гудела, и царило ощущение, что мир сплющился и был растянут обратно. Вход в чертоги громовержца никто не охранял. Это и не было нужно, когда Апион оставил защиту из собственных божественных сил.
— Я премного благодарен тебе, Странник, — произнёс я. — Только одного не понимаю: почему ты мне помогаешь? Я слишком хорошо знаю магов Ситтараса: мало кто из них будет просто так помогать посторонним. Кто ты такой на самом деле?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
