— Отпусти повод-то! Верхом дотуда добираться быстрее, если я не ошибаюсь.
Господи, когда ж я наконец слезу с этого вредного животного?! Вот разбогатею, распонтуюсь, и буду передвигаться только на пластунах. Всё, хватит с меня джигитования…
— Ну, что тут с энергией?
— В соответствии с инструкцией теперь, когда огонь прекращён, я отвожу излишки на другие цели, но если у противника есть ключ, он может попытаться перехватить инициативу. Откровенно говоря, даже мне не известны все возможности магического ключа, запирающего «голубятню». Может быть, даже есть шанс с его помощью воздействовать на конфигурацию потоков, изменённую вручную.
— А ты уверен, что они ещё этого не сделали?
— Уверен, командир. На проработку кольца обороны энергии хватает с лихвой.
— Твой совет?
— Либо уничтожить ключевые узлы системы и привести её в негодность, либо…
— Продолжай. Хотелось бы сдать её светлости замок в полном комплекте, безупречно готовый к обороне.
— Понимаю. Можно попробовать изъять контролирующий узел. Тогда мы сможем пользоваться энергией, поскольку подключены напрямую, без транслятора, а Белый распадок останется без возможности оперировать ключом.
— Рисуй, где тут контролирующий узел. Не тот ли камень, который сидит в центре вот этой штуки и который надо выковыривать ножом?
— Не совсем. И он тоже, но… В общем, нужно изъять вот такую штуковину, — мне был продемонстрирован рисунок, потом схема, потом чертёж конструкции в целом с выделенным нужным элементом. Видимо, чародей подготовился заранее. — Нельзя брать руками, нужно в перчатках. И обязательно с аккуратностью собрать все исходящие нити. Входящие отойдут сами.
— Как я отличу одни от других?
— Тут всё отмечено. Их немного.
— Ну давай…
Когда я выбрался из «голубятни» с нужной штукой в руках, у меня ощутимо кружилась голова. Подташнивало, но совсем слегка, а может, эту тошноту я себе придумал сам в ожидании очередной дозы дезактивата. В любом случае ощущения были малоприятными. Положил конструкцию на предложенный мраморный столик — и опёрся об него рукой. Вот так хотелось постоять хоть какое-то время, никуда не бежать, ничего не делать. Потом бы поспать… Но ладно уж, на подобную роскошь губу раскатывать не стоит.
Маг подошёл, оглядел контролирующий узел, утвердительно покивал, мол, да, вытащено то, что требуется. Потом посмотрел на меня. За руку отвёл от столика (вот вражина!), внимательно осмотрел и ощупал сперва мои запястья и пальцы, потом почему-то мочки ушей.
— Боюсь, это было последнее путешествие командира в область магической насыщенности.
— Что такое? Дезактиват больше нельзя?
— Нет. Как понимаю, поле начало действовать на господина офицера. Это ещё надо исследовать, но, кажется, командир перестаёт быть чистым.
— М-да, новость, — промычал я, в действительности очень мало задетый известием. — Можно я пойду передохну? Как-то мне не по себе.
— Разумеется. Обязательно! Пусть командир не волнуется — если появится новая информация, или понадобится участие, господина немедленно разбудят.
Меня проводили в какую-то неумеренно-пышную комнату, уже готовую к приёму до полусмерти уставшего офицера. Но только лишь завалившись в постель, я задумался, уж не на той ли кровати лежу, на которой вот только этой ночью был зарезан сын Хрустального лорда, а танцовщица напугана до полусмерти? Может, и на той. Но сейчас не встану даже из гроба самого Дракулы, что вы со мной ни делайте. Может, маг прав? Жаль… Аштия потеряла изрядный козырь. Да и я тоже.
Это был даже не сон, а бездна, в которую я нырял и так уставал от этого, что и намёка на отдых не получал. Просто, чуть-чуть вынырнув, понимал, что очнулся таким же усталым, каким был, поэтому только мне и остаётся — отправиться обратно в надежде, что следующий нырок получится более продуктивным.
В конечном итоге меня разбудил маг. Пробуждение получилось не самое приятное. Открыв глаза, я обнаружил, что мне в грудь и подмышку втыкают булавки с искристыми головками — жутковатое зрелище, что уж там. Сперва дёрнулся, был настойчиво уложен обратно, и только тогда вспомнил, что подобный угрожающий вид имеют многие местные медикаменты. Как работают и зачем оформлять и использовать их именно таким образом, я знал столь же мало, как о механизме действия антибиотиков у себя на родине. Просто — действует, и будь этим доволен.
— Я опасался, что командир не проснётся, — сказал чародей.
— Всё настолько серьёзно?
— Нет. Но иногда случаются подобные приступы… У командира они уже были?
— Были. Я же предлагал, давай на «ты».
— Обычно жду второго предложения. Первое могло не запомниться.
— Кхм… Давай на «ты».
— Давай. Такое уже было?
— В самом начале. Когда я выходил из «гармошки».
— Ну, там-то понятно.
— Сколько времени прошло? Что случилось?
— Прошли сутки. Белый распадок взят войсками госпожи Солор. Господин Аканш привёл в Хрустальную крепь тысячу сто шестьдесят восемь бойцов. Некоторые из них легко ранены, но чародеи-медики её светлости быстро решат эту проблему.
— Чёрт, всё самое интересное проспал!
— Теперь-то вскакивать бессмысленно, интересного уже не вернёшь, — усмехнулся маг.
— М-да… А что… Как? Как всё прошло?
— Можно поднять господина Аканша, он подробно расскажет.
— Нет, пусть спит. Кого-нибудь бодрствующего мне. Кто в курсе.
— Слушаю.
У меня было такое состояние, будто меня на целые сутки засунули в грязный мешок и потом ещё долго чем-то травили. Чем-то очень ядрёным. Время от времени пространство перед глазами принималось как-то весьма своеобразно скручиваться и смазываться, плыть, словно сплёснутое водой свежее акварельное изображение. Плыл и звук, поэтому младшему офицеру, представленному перед мои светлые очи, многое пришлось повторять по два раза.
Однако в конечном итоге я всё-таки сумел уяснить, что, когда мои ребята добрались до ущелья, в другом его конце уже вовсю кипел и даже отчасти клонился к концу бой за первую линию укреплений. Едва смолкли магические пушки, Аштия немедленно скомандовала вперёд, и её армия обрушилась на Белый распадок со всей решительностью, всей мощью, какую только в тот момент могла собрать в кулак.
Первый же отряд вершних сумел высадить десант за линией бастионов — ведь орудия молчали. Следующий — добавил. После долгого и очень кровавого ночного сражения первые ворота всё-таки были открыты. Тут-то настало самое время для защитников Хрустальной провинции вводить в бой подкрепление, чтоб превратить в железный заслон вторую линию обороны — оставшиеся стены и башни…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
