class="p1">— Хочешь сказать, сила пришла ко мне именно тогда, когда в ней острая нужда возникла? — сощурился Тамир.
— Мудрость тоже с годами приобретается, — Лодой улыбнулся и посмотрел за его плечо.
Тамир качнул головой, а затем спохватился. Пора представить его членам своей стаи. Повернувшись, Алдаров подождал пока подойдут дядя, Егор и Марк. Виктор тем временем уже обменялся с Лодоем крепким рукопожатием.
— Лодой, хочу представить тебе моего дядю Карима Мансурова, и старожил нашей стаи Егора Стражева и Марка Белычева. А это — Лодой. Он тоже наполовину оборотень.
— Я наслышан о тебе, шаман, — уголки губ Карима дрогнули в искренней улыбке. — Мы рады видеть тебя.
Лодой протянул им сразу обе свои руки с чувством пожимая ладони двоих уважаемых старцев. И судя по выражениям их лиц, они, успев пообщаться о чем-то своем на каком-то ментальном уровне, уже прониклись к шаману симпатией уже с первых секунд знакомства. Тамиру даже почудилось, как лица Марка и Егора озарились неким светом и воодушевленные, они ловили каждое слово Лодоя. И думалось Тамиру, будто после долгой вынужденной разлуки встретились родственные души.
— Но что привело тебя сюда? — спросил Виктор.
— Наша общая беда, — просто отозвался тот. Заметив удивленные взгляды, коротко пояснил: — На горизонте замаячил скрытый да не забытый враг семьи. Так ведь?
— Откуда ты знаешь?… — Карим разинул было рот и замолчал, почувствовав себя неопытным юнцом перед этим Лодоем. Складывалось впечатление, будто ему ведомы многие тайны мирозданья и невозможно скрыть свои мысли и душу.
— А как ты охрану прошел? — потирая подбородок, поинтересовался Тамир, мысленно костеря толпу безопасников.
— Ты, верно, забыл, мальчик. Я — потомственный шаман. Помнишь, сколько я скрывал сущность Евы? А как мне удалось упрятать от твоего чутья Иру? — озорной огонек вспыхнул в карих глазах.
— Разве такое возможно? — зашептались Марк с Егором, перехватив озадаченный взор Карима. Тот только руками развел.
Тамир хмыкнул и двинулся в сторону большой беседки с высокой крышей и ажурными стенами. Оборотни расположились по кругу, усевшись на плетеных диванах. И выжидательно посмотрели на Лодоя. Тот скрестил руки на груди, вмиг став серьезным.
— Что ты можешь сказать про… моих девочек? — глухо спросил Тамир, опасаясь услышать ответ.
— Они живы. Обе долго были без сознания, пока их куда-то везли, — уклончиво ответил шаман.
— Знаю. Чувствую, они далеко и времени мало. Но мы не тратим его зря — наша служба охраны отрабатывает записи с камер наблюдения по городу и на его выезде, ища любую подозрительную машину. Как ищем и любое здание, которое можно было бы использовать и оборудовать под лабораторию, — сказал Тамир и поджал губы, заметив, как шаман сузил глаза и желваки на его щеках пошли в пляс. И почему Алдарову показалось, словно Лодой остался недоволен его словами.
— Мы не сидим на месте, — поспешил подтвердить Карим, увидев реакцию гостя. — ужасно волнуемся и переживаем, но не позволяем эмоциям помешать нам.
Лодой медленно кивнул.
— Не вини себя, Карим, не нужно, — неожиданно сказал он.
Мансуров вздрогнул под пронзительным взором шамана и едва не поперхнулся воздухом. Лодой легко прочел в его душе терзания и, что удивительно, не осудил.
— Не могу себя простить до конца, — сдавленно пробормотал он.
— Должен. Тебе еще не одно поколение волчат воспитывать. А сейчас всем нужно быть готовыми, — дернул бровями Лодой.
— Да-да. Мы готовимся встретиться с врагом, как только обнаружится его логово, — Виктор воинственно сжал кулаки.
— У него много последователей, — задумчиво сказал шаман. — Таких же отверженных, как и он сам. Тех, кто не хочет мирного сосуществования с людьми, а желает их порабощения. Не понимая однако, одной важной истины — в нашем подлунном мире всё создано так, как должно быть, всё продумано и сбалансировано. Наше предназначение — попытаться сделать этот мир лучше, а не погрузить его в хаос.
— Но уже столько совершено ошибок, — Марк невесело качнул головой.
— Сколько истинных пар мы проглядели? И погубили…, — Егор опустил плечи.
— Всегда есть возможность исправить эти ошибки, — отозвался шаман.
— Но что произошло с нами, если мы их допустили?! — воскликнул в сердцах Тамир.
Лодой обвел внимательным взглядом оборотней, которые поддались вперед в надежде услышать нечто важное. Шаман же читал в их сердцах ответ, который каждый из давно живущих знал и без него, просто боялся озвучить это при всех, чтобы не показаться дремучим. Ведь прогрессивная молодежь отвергала всё старое, стремясь к новому. И тем самым забывала свои истоки.
— Некоторые из вас еще помнят легенды своих дедов и прадедов, — начал Лодой. — В крови оборотней, как известно, было нашим предкам, тоже течет магия. Но о ней постепенно забыли, хотя шаманы или ведьмы — как ни назови — являлись неотъемлемой частью жизни двуликих. Судьбы их тесно переплетались на всем протяжении существования тех и других. В какой-то определенный момент оборотни решили, что магия — это пережиток прошлого. Решили обойтись без советов особенных людей, знающих природу, живущих в гармонии с ней и приобщавших к ней двуликих. Магия, равно как и знания о мироустройстве, о законах природы, ушла на второй план и с течением времени ее вытеснили полностью. Мы, шаманы, помогали оборотням, оберегали их обычаи и хранили историю. И наши совместные знания были обширны, а возможности — огромны. Вместе мы черпали силу от природы, уважая ее законы. Теперь же вами руководит прогресс, однако вы всё так же остро ощущаете влияние Луны на свою вторую сущность. Потоки магии несмотря ни на что текут в ваших венах. И от этого никуда вам не деться. А вырви эту вашу способность — вы станете обычными людьми, которых так или иначе презираете, — заметив возмущенный ропот, Лодой вытянул вперед ладонь и продолжил: — Так что ваши предки очень давно и вполне сознательно отлучили себя от того дивного мира, где источники силы и знаний были безграничны. Теперь же вам всё труднее и труднее восстанавливать энергию. Не зря же с истинными парами у вас так стало напряженно. Вы как бы есть, но вас уже скоро может и не быть.
Слова Лодоя заставили оборотней призадуматься, разволновали старожил, насторожили Карима. Повисла непродолжительная пауза. Каждый погрузился в свои невеселые размышления, и казалось мысли, отражавшиеся на лицах присутствующих, были схожи.
— М-да, — промычал Егор неопределенно, — если Роману удастся его чудовищный замысел, то нас не будет. Останется только он и армия его цепных одурманенных полукровок.
— Насколько я понимаю, Тамир, ты уже явил свой особенный дар отдельным представителям своей стаи? — спросил Лодой.
— Да.
— И? — он вопросительно приподнял бровь.
— Всё по-другому ощущается, — отозвался он, чуть нахмурившись.
