Например, взрослые мужчины с фиксацией на фаллической стадии стремятся добиваться успеха и постоянно пытаются доказать свою мужественность и половую зрелость. Они убеждают других в том, что они «настоящие мужчины». У женщин фиксация приводит к склонности флиртовать, обольщать, к беспорядочным половым связям, хотя они могут казаться наивными и невинными в сексуальном отношении. Некоторые женщины, наоборот, могут бороться за главенство над мужчинами, то есть быть чрезмерно настойчивыми, напористыми и самоуверенными.
Пройдя эдипов комплекс, мужчина подавляет свои сексуальные желания в отношении матери и начинает идентифицировать себя с отцом, что позволяет мальчику приобрести набор ценностей, моральных норм, установок, моделей полоролевого поведения, обрисовывающего для него, что это значит – быть мужчиной.
Прохождение комплекса Электры обеспечивает девочке, становящейся более похожей на мать, символический доступ к отцу, увеличивая таким образом шансы выйти замуж за мужчину, похожего на отца. Позднее некоторые женщины мечтают о первенце – мальчике, феномен, который ортодоксальные фрейдисты интерпретируют как выражение замещения пениса.
На генитальной стадии в раннем подростковом возрасте индивидуумы проходят через гомосексуальный период. Новый взрыв сексуальной энергии направлен на человека одного с ним пола. Хотя явно гомосексуальное поведение не является универсальным опытом этого периода, подростки предпочитают общество сверстников одного с ними пола. Человек, прошедший все стадии, приобретает генитальный характер – идеальный тип личности в психоаналитической теории, характеризующийся зрелостью и ответственностью в социально-сексуальных отношениях.
По Фрейду, биологическая природа предопределяет зависть к пенису у девочек к мальчикам. Из этого следует вывод, что более полноценным является мужчина, а у женщины всегда будет присутствовать, чаще в подсознательной сфере, некоторая враждебность к противоположному полу, что будет мешать ей реализовывать себя.
Социокультурная теория К. Хорни [244] . Хорни не соглашалась почти ни с одним положением Фрейда в отношении женщин. Она возражала против главного основания аналитической концепции в различиях между полами, заключающегося в строении гениталий, и выдвинула свою теорию, учитывающую другое важное биологическое отличие – различную роль мужчины и женщины с точки зрения репродуктивной функции и влияния социокультурных факторов. По Хорни, способность к материнству у женщины имеет физиологическое преимущество. Бессознательно это проявляется в мужской психике как сильнейшая зависть мальчика к материнству. Но зависть мужчины имеет большие возможности для успешной сублимации, чем зависть девочки к пенису. Невероятная сила импульса мужчины к творчеству в любой области, ощущение незначительности собственной роли в сотворении живого существа подталкивает его постоянно к сверхкомпенсации за счет других достижений.
Женщины часто чувствуют себя неполноценно по сравнению с мужчинами из-за того, что их жизнь основывается на экономической, политической и психосоциальной зависимости от мужчин. Исторически сложилось так, что к женщине относились как к существу второго сорта, не признавая равенство ее прав с правами мужчин и воспитывая так, чтобы она признавала мужское «превосходство». «Наша культура – это мужская культура, которая не способствует раскрытию женщины и ее индивидуальности. Как бы женщину ни превозносили в роли матери или возлюбленной, с точки зрения человеческих или духовных ценностей на первом месте всегда оказывается мужчина». К. Хорни доказывала, что многие женщины стремятся стать более маскулинными из-за стремления к власти и привилегиям. «В желании быть мужчиной могут выражаться желания обладать всеми теми качествами или привилегиями, которые наша культура считает маскулинными, такими как сила, смелость, независимость, успех, сексуальная свобода, право выбирать партнера».
Весь комплекс чувств и фантазий, содержанием которых является ощущение женщины своей дискриминации, ее зависть к мужчине, ее желание быть мужчиной и отвергнуть женскую роль, мешает женщине разглядеть свои достоинства. «Даже материнство воспринимается как лишняя обуза. Все оценивается с мужской, абсолютно чуждой, точки зрения, и поэтому женщине приходится признать свою несостоятельность». Но желание быть мужчиной «ослабляет чувство себя, а подавленная женственность в тех или иных переживаниях непременно напоминает ей о женской роли».
Особенностью мужской психики является подсознательное недоверие к женщинам. К. Хорни считала, что это порождено обидой и тревогой, во все времена мешавшими отношениям между полами. Тревога заключается в страхе перед женщиной, который «глубоко укоренен в сексуальности… Например: мужчина боится только сексуально привлекательных женщин, которых, как бы страстно он ни желал, пытается держать в повиновении. Пожилым женщинам, напротив, оказывается величайшее уважение, даже в тех культурах, где молодых женщин боятся и поэтому подавляют». К. Хорни приводит пример целого ряда табу, существующих в первобытных племенах и связанных с менструацией, беременностью и родами, культа Девы наряду со сжиганием ведьм. Этот страх скрывается как в чрезмерном превозношении женщин, так и презрительном отношении к ним. То есть мужчина в большей степени сексуально зависит от женщины, так как у женщины часть сексуальной энергии передана продуктивным детородным процессам. Поэтому мужчины жизненно заинтересованы в том, чтобы держать женщин в зависимости. Эти факторы, имеющие психогенную природу и относящиеся к мужчине, по-видимому, лежат в основе великой борьбы за власть между мужчиной и женщиной.
Таким образом, К. Хорни обрисовывает отношения полов как недоверительные, что проистекает из социально-культурных условий, которые можно проследить, анализируя исторические факты и письменные источники. Она по-своему объясняет причину недоверия и отвечает на вопрос, почему вообще возникает эта борьба между полами: «Во все времена более сильная сторона будет создавать идеологию, помогающую ей удержать свою позицию и сделать эту позицию приемлемой для более слабой. В этой идеологии особенности слабой стороны будут трактоваться как неполноценность и будет доказываться, что эти отличия неизменные, фундаментальные, Богом данные».
Близок к К. Хорни во взглядах на отношения природы половых различий А. Адлер, объясняющий их сначала стремлением к власти, а затем стремлением к превосходству и полагавший, что заблуждения относительно неполноценности женщин и превосходства мужчин постоянно разрушают гармонию между полами. Адлер связывает неудовлетворенность женщин своим положением с очевидными преимуществами мужчин, которые привели к таким нарушениям в психическом развитии женщин, что в настоящее время наличествует почти «всеобщая неудовлетворенность женской ролью». Он считал, что «различию между мужественными и женственными чертами нельзя найти оправданий». По его мнению, важность мужского начала усилилась разделением труда. «Доминирующее мужское начало направляет деятельность женщины таким образом, что мужчины, как кажется, получают от жизни максимум удовольствия, в то время как женщинам поручают те дела, которых мужчины предпочитают избегать», но само разделение возникло стихийно, в идеале, чтобы заниматься тем, для чего люди лучше приспособлены [245] .
Согласно эпигенетической теории Э. Эриксона поиск идентичности может быть трудным процессом для определенных групп людей, и все зависит от окружения человека. Например, молодым женщинам нелегко достичь ясного ощущения идентичности в обществе, которое рассматривает женщин как людей второго сорта. С точки зрения Эриксона, феминистское движение получило большую поддержку из-за того, что общество до недавнего времени препятствовало усилиям женщины достичь позитивной идентичности, то есть неохотно предоставляло женщинам новые социальные роли и новые позиции в сфере занятости. Подобные трудности можно наблюдать у групп социальных и сексуальных меньшинств [246] .
В исследовании М. Кана проверялось предположение о том, что чувство идентичности облегчает созревающей личности развитие способности к интимности. Он выявил, что у мужчин достижение интимности тесно связано с решением жениться или не жениться. В этом плане достижение идентичности, основанное на традиционно мужских ролевых особенностях американской культуры, является решающим. Женщины могут быть тесно связаны с социальными предписаниями необходимости выйти замуж, поэтому достижение идентичности имеет мало общего с замужеством. В то же время достижение идентичности у замужних женщин больше влияет на стабильность супружеских отношений. Идентичность, основанная на умении справляться с тревогой и выражать чувства открыто, способствует стабильности брака [247] .
