что иди с нами!
А чтобы девушка не упрямилась, Вакрок с Нордом уговорили даже Фулберта пойти на лекцию, хотя он точно был только лишь артефактором.
– Какими войсками Хелен тогда вас называла? Обеспечительными? Так что раз вы разрабатываете для армии какие-то штуки, то тоже должны пойти послушать!
Да, Бальмануг пришлось придумать новое слово вместо "инженерных войск", как она однажды неудачно проболталась. И давно бы забылась та оговорка, но Фулберт, оказавшийся на артефакторском факультете, хотя изначально мечтал о боевом, зацепился за желаемое слово "войска" и был согласен на любую к нему приставку, лишь бы можно было себя к таким войскам отнести. Хоть условно, но быть в армии. Вроде это более почетно в народе, хотя артефактором, как парень сам признавал, быть всё же доходнее.
В итоге на ту лекцию отправилась не только Бальмануг с Гарратом, но и еще парочка ребят из их группы разработки. Студенты-боевики, конечно, заметили "чужаков" в аудитории, но выступать не стали. Потому что вокруг девицы со "стулодавилками" расселась целая ватага учеников мастера Дор'оэнес, которые были с разных курсов. А с ними нет дураков спорить.
И каким же шоком для Хелен было, когда заявился лектор! Вернее, два преподавателя, один из которых был... Лернаваем. И вроде бы ей ранее говорили, что Лернавай будет преподавать, но забылось за всей суетой.
Если быть точнее, то даже трое пришли – ректор Велинсор лично притащился, чтобы представить студентам старшего дознавателя Управления безопасности, соизволившего уделить внимание академии. Долго перечислял его боевые заслуги перед отечеством и раздувался от гордости так, словно лично обеспечил студентов таким отличным учителем. Однако Хелен во время длинной хвалебной речи ректора мечтала лишь спрятаться под парту, поскольку жених сразу нашел взглядом в ее исключительно мужской толпе студентов и теперь смотрел с непонятно каким посылом в глазах.
Притихшие студенты внимали благоговейно, не иначе как впечатлившись послужным списком нового лектора. Бхетер был отчасти прав, Хелен уже узнала много нового, но не о гевайн, а о своем женихе. Какой он у нее оказался "широко известный в узких военных кругах". Хоть завидуй самой себе, что девушка, конечно, не стала делать.
Лернавай в свою очередь, как только ректор смолк, пообещал, что будет "радовать воспитанников королевской академии и впредь своими лекциями" и, не откладывая дело в долгий ящик, сразу взялся рассказывать о "боевых особенностях разных рас на примере межрасовых столкновений последнего столетия". Студенты притихли, как никогда вслушиваясь в каждое слово. Хелен, хоть и жалела, что пришла сюда, вскоре тоже заслушалась. К сожалению, жених оказался хорошим рассказчиком. "Какой же он... ничего так, когда занят делом, а не ищет к чему у меня придраться" – скрипнула зубами девушка в тот момент, когда скользящий по рядам взгляд Лернавая опять чуть притормозил на ней.
Спустя некоторое время новый учитель решил опросить студентов, выясняя, как они усваивают материал. Вопросы задавал каверзные, ответ на которые нужно было самим додумать, исходя из сегодняшней лекции. Когда спросил о поведении голинов, то первыми стали уверенно отвечать именно ученики мастера Дор'оэнес, перекрикивая всех остальных. Что не удивительно – ведь когда-то мастер уже задавал им подобные вопросы, и Хелен тогда рассказала прочей группе о некоторых нюансах той расы.
Лернавай похвалил высказавшихся студентов, мазнув непонятным взглядом по притихшей девушке. Хотя именно сейчас она молчала, никому не подсказывала и в целом пыталась сделать вид, что ее здесь нет. Остальные молодые боевики ревностно косились в сторону их "дор'оэнеской" компании. И когда преподаватель стал распрашивать о повадках шитеров, то кто-то из студентов не выдержал.
– О шитерах пусть Бальмануг ответит! – раздался громкий выкрик откуда-то со стороны. – Она же их подружка, должна знать все их... выдающиеся особенности.
Пара человек еще в той же стороне робко поддержали грубияна, хохотнув над дурацкой шуткой.
– Студент?... Гиффорд, – второй лектор, пожилой худощавый мужчина быстро подсказал Лернаваю имя крикуна. – Судя по вашему высказыванию, вы ничего из моей лекции не усвоили. Повторю совсем коротко еще раз для особо глухих или глупых. Во-первых, шитеры не заводят себе "подружек" из числа людей, поскольку ценят силу даже, хм, не при дамах будет сказано, в близких отношениях. И с совсем физически слабыми... кхм, самками не связываются. Во-вторых, слабых они могут опекать, считая чем-то вроде члена семьи. Но на кого попало распространять защиту клана не будут, вам бы точно такое не грозило. В-третьих, они могут поддерживать дружеские отношения с представителями любой разумной расы, причем независимо от пола, поскольку в шитеровском обществе женщины более самостоятельны, нежели у людей. Но дружбу шитеров заслужить совсем уж сложно, особенно слабым, по их мнению, людям.
Все студенты опять притихли от такой резкой выволочки, боясь лишний раз шелохнуться.
– И поскольку я не уверен, что и этот повтор несомненно важной информации осядет в вашей голове, студент Гиффорд, то вам придется закрепить материал самостоятельно, – продолжал Лернавай, не сводя темного взгляда со студента, который вызвал его гнев. – До ближайших выходных вы должны сдать мне лично доклад на тему... "Взаимоотношения в кланах шитеров". Так и быть, после первого замечания даю вам очень легкую тему, можно в общих чертах, всего лишь... на двадцать листов, не меньше.
– О-о, – едва слышимым сквозняком пронеслось по рядам молодых боевиков.
Да уж, подстава, понимала Хелен: в человеческих библиотеках нет толковых книг о внутриклановских шитеровских порядках, и где Гиффорду брать информацию на целый доклад, непонятно. Но ей совсем не жаль этого высокомерного гада, который ни разу не был с ней учтив за всё время их знакомства.
– Если вы поняли мое задание, студент Гиффорд, и вопросов у вас нет, то теперь встаньте и извинитесь перед студенткой Бальмануг за свои сомнительные слова, – сделал широкий жест в ее сторону Лернавай. – Даже не потому, что она девушка, а поскольку, в отличии от вас, и опеку, и дружбу пары шитеровских кланов студентка Бальмануг смогла получить. Благодаря своему боевому характеру, раз его оценили даже такие сильные противники, как шитеры.
И это заявление было таким неожиданным, что аудитория окончательно стихла, даже не дышала, как казалось Хелен. Лично она, как громом пораженная, точно забыла дышать, с сомнением глядя на Лернавая. В королевской академии хоть и заявляют о равенстве студентов, пусть лишь на время учебы, но чтобы наследный сынок столичного графа извинился перед какой-то провинциальной баронессой, да из опальной семьи? Публично? Быть такого
