Читаем без скачивания Убить демиурга! - Юлия Фирсанова

Пепел сделал несколько шагов по брусчатке, а потом просто оттолкнулся, расправил свои странные крылья и взмыл вверх. Терпения двигаться шагом у него не хватило. Инзор задрал голову и рявкнул в небо:

– Спускайся, я открою портал!

Сероглазый альсор действительно ринулся вниз коршуном, нацелившимся на добычу, но лишь затем, чтобы сомкнуть руку на запястье брата, не давая ему возможности раздавить кристалл.

– Фургон, расписанный золотыми цветами, стоит у забора на соседней улице, – объяснили причину даже не побелевшие, посеревшие в соответствии с общим колером губы Пепла.

Он вновь взметнулся в воздух, показывая дорогу стремительнее и вернее любого заклятия, а Инзор и Дарет сорвались с места на бег так отчаянно, будто от скорости их движения зависела жизнь Видящей.

Глава 27

Поиск: продолжение

Бочкообразный широкий фургон, изукрашенный золотыми цветами, стоял на тупиковой улочке, притершись боком к задней каменной стене одного из многочисленных складов. Конь-тяжеловоз неопределенной желто-серой масти меланхолично подремывал, пережевывая нечто, возможно привидевшееся ему во сне. Хвост животного мотался маятником туда-сюда, туда-сюда.

В фургоне царили полумрак и изрядная перегарная вонь. Среди скаток тканей, ковров и ящиков с неизвестным содержимым громогласно храпел большой серый кокон. Один рывок когтистой руки Пепла, и из-под ошметков плаща показалась опухшая от вина и здоровенного синяка небритая физиономия спящего мужика.

Не надо было родиться сыщиком, чтобы понять: пьяная харя, дрыхнущая в фургоне, никак не могла полчаса назад бодро таскать на плечах ковры, источая аромат шиамены. Обслюнявленный комок, похожий на смятый платок, валялся рядом со спящим.

Ни в коврах, ни среди тюков ткани не было ни следа Вероники. Кто бы ни разыграл эту партию, действовал преступник четко и продуманно, на несколько шагов опережая преследователей. А серый порошок, которым аккуратно присыпали содержимое фургона и его ступени со всей очевидностью, подсказывал: нос самой лучшей сыскной собаки не поможет в поиске злодея.

Мчаться на Лоскутную больше не было нужды. Мертвецки пьяный, спящий беспробудным сном лоан Биалин был лишь ширмой. И, что самое неприятное, след преступника потерялся окончательно.

Альсоры переглянулись. И без переговоров стало очевидно: для поиска Ники оставалось единственно верное средство, прибегать к которому не хотелось по ряду причин. Во-первых, тот, кого искали, испытывал не самые приятные ощущения, а во-вторых, для начала поиска требовалась помощь старшей в роду – Владычицы Гилианы.

– Что ж теперь делать-то?! – в сердцах воскликнул Дарет.

Наемник-то выхода не видел вовсе. Если только силами стражи планомерно прочесывать весь город? Да сколько времени на то надобно! Да какой визг столичные лоаны поднимут, коль в их особняки ломиться начнут!..

– Кровный поиск, – подытожил Инзор, давя в пальцах кристалл, чтобы перенестись во дворец.

Уходя в сияющее голубизной овальное окно, альсоры захватили Дарета с собой. В пустующем зале Инзор нашел лишь секунду, чтобы бросить наемнику:

– Теперь мы будем действовать лишь силой Владычицы, ты бессилен помочь.

– А она? Она точно сможет?! – в спину рыжему отчаянно выкрикнул мужчина.

– Надеюсь, – кивнул Инзор.

Пепел даже не обернулся. Он был слишком сосредоточен на цели.

Братья потревожили мать в час борьбы с личной перепиской. Не самое удачное, но и не самое скверное время. Не пришлось прерывать заседание или передавать информацию через посредников. Альсорам дозволялось вторгаться в кабинет Владычицы, но лишь по очень вескому поводу. Гилиана, не прерывая чтения какого-то многостраничного опуса, чуть приподняла бровь, показывая, что слышит нахалов-сыновей.

– Веронику похитили. Иными средствами, кроме кровной магии, отыскать невозможно. Мы просим дозволения Владычицы воспользоваться ритуальной чашей, – пытаясь быть деловитым и не выдать тревоги, доложил Инзор.

– Когда? – стрелой, вгоняемой в цель, свистнул первый вопрос.

– Около полудня.

– Где? – Вторая стрела вонзилась в мишень, расщепляя первую.

– Особняк на улице Медальонов.

– Вы мне расскажете, каким образом Видящая оказалась там, если не должна была покидать дворца. – На альсоров пахнуло арктическим холодом, грозовые глаза заледенели. – Потом, когда найдем мою девочку.

Гилиана взметнулась с рабочего кресла и устремилась из кабинета, не тратя более ни секунды на разговоры. Открывающаяся дверь приложила по лбу не успевшего отскочить Глеану. Явившийся к матери альсор возмущенно приоткрыл рот, потирая свободной от папки рукой пострадавший лоб.

– За мной, – приказала Владычица, даже не остановившись, чтобы уточнить, каково самочувствие наследника, чело которого украсило ярко-розовое, наливающееся фиолетовым пятно. В сочетании с живым цветком мэальны за ухом молодой альсор смотрелся весьма декоративно!

Понимая, что Пепел нынче не расположен к диалогу, Инзор на ходу коротко рассказал брату о беде и том единственном способе, каковой еще оставался, чтобы отыскать Нику и вырвать ее из лап похитителя.

– Но ей же будет больно! – встревоженно воскликнул Глеану.

– Если мы ее не найдем, кто знает, насколько больнее Видящей сделают другие, – мрачно рыкнул Эльсор.

Остальной путь до лестницы на крышу, в скрытый от чужих глаз родовой храм семья Владычицы проделала в полном молчании. Не то чтобы таковое вкупе с постом и молитвами было потребно для подготовки к ритуалу, просто строить предположения о том, где, как, с кем и почему сейчас Видящая с Террона, ставшая членом их семьи, было слишком горько. Доверившаяся им девушка попала в беду из-за того, что они, мужчины, оказались слишком самоуверенны и слишком полагались на магию Владычицы, которой ничто и никто не может противостоять в пределах сердца Альрахана – Лартилана. Ныне каждый из четверых в сердце своем, поднимаясь по ступеням на крышу, молился о том, чтобы просчет не оказался роковым для Ники.

Ярчайший солнечный свет дня, на миг ослепивший привыкшие к полумраку скрытого перехода глаза, показался еще одной насмешкой над нависшей бедой. Или то была вовсе не насмешка, а обещание? Обещание того, что, какие бы тучи ни сгущались над семьей Владычицы, они не устоят перед светом? Пепел чуть скривил губы – как бы он хотел в это верить! Хотелось снова прийти в привычное спокойно-насмешливое состояние, оседлать волну вероятностей, выбирая наилучшую, но не получалось.

Они собирались у семейного алтаря недавно втроем, теперь на плитах стояли четверо. Гилиана по праву старшей простерла руку над алтарем, призывая клинок. Костяная рукоять легла в ладонь Владычицы. Три ладони – одна поверх другой – зависли над ритуальной чашей, четвертой Ана положила свою, левую, а правой резко, без замаха пронзила всю стопку живой плоти, шепча одно слово-просьбу:

– Найди!

Боль физическая почти не ощущалась, слишком велико было психическое напряжение взыскующей помощи четверки правящего семейства. Когда с острия, как из клепсидры, закапали первые капли, Гилиана вытащила клинок, отведавший общей крови, и кинула его в чашу. Над поверхностью священного сосуда начала вскипать кровавая пена, истончаясь, разглаживаясь до состояния тонкой пленки-зеркала, в котором искателям была бы явлена их потеря.

Не успели стремительно затягивающиеся раны на ладонях, пронзенных ритуальным клинком, исчезнуть окончательно, а пленка-зеркало явить искомое сокровище, как каждый из присутствующих ощутил странный хлопок и рывок. Словно нечто связующее их всех тонкой нитью с той, которой здесь не было, оборвалось, хлестнув по обнаженным сердцам. Эта боль была во сто крат сильнее физической, но никто даже не вскрикнул. Мужчины и Гилиана были слишком шокированы неудачей, чтобы обращать внимание на страдания плоти.

– Что это было, матушка? – нарушил звенящую тишину Инзор.

– Ее больше нет в Альрахане, – шепнула расстроенная Владычица.

– Она умерла?! – горестно, почти не соображая от отчаяния, какие слова слетают с уст, взвыл Лед и тут же получил жесткий удар по губам от Пепла. Такой силы, что Глеану отлетел к дальней стене, впечатался в нее спиной и едва устоял на ногах.

– Нет! Нет! Мэальна в волосах Глеану по-прежнему свежа, если бы что-то очень плохое случилось с Никой, мы бы увидели по цветку! Ведь так, мама? – с надеждой воскликнул рыжий альсор.

– Думаю, ты прав. Разрыв нити ритуального поиска означает одно – девушку увезли из Альрахана. Настолько быстро… – Ана покачала головой и решительно озвучила догадку: – Это был телепорт.

– Что ж, тогда стоит задать несколько вопросов у портальных врат, – озвучил план действий Пепел, глянул на брата, отирающего кровь с разбитых губ, и проронил: – Извини.