- Да. - Я оглянулась в сторону гостиной, очень надеясь, что на Габриеле все еще были штаны, потому что иначе могло получиться очень неловко. – Вообще-то, здесь кое-кто, с кем я хотела бы, чтоб ты встретился и потом смог его вспомнить.
- Лады, тут уж не приходится говорить о какой-то таинственности, - сказал Зеб, пронося с собой вещевой мешок и несколько пакетов с едой «на вынос» из «Смоуки Бонс Барбекю»[18].
- Вы ведь собираетесь переодеться прежде, чем приступите к барбекю, правда? - поинтересовалась я. - В противном случае, она может поцеловать свой залог за костюм на прощание. - Мне уже доводилось видеть Джолин за поеданием ребрышек.
- Я все слышала! – крикнула она, входя в кухню за тарелками.
Догадываясь, что Время Полуголых Забав и Веселья пришло к концу, Габриель - при застегнутых штанах - вышел из гостиной как раз в тот момент, когда Джолин возвратилась за своей порцией ребрышек.
- Привет! Я Джолин. Очень приятно познакомиться, – она подошла и пожала ему руку.
- Габриель Найтингейл, - представился он, сверкнув зубами. - Клан Макклэйнов?
- Очень хорошо, - сказала она с ухмылкой. - Не многие могут определить характерные волчьи черты.
- По манере поведения? – спросила я.
- Нет, вообще-то как раз по характерным особенностям строения ее клыков, - пояснил Габриель. – Оборотни обладают сильными и довольно специфическими генетическими маркерами, даже в чем-то столь простом и естественном, как расположение зубов. У разных кланов разные оттиски зубных рядов. У Джолин классические Макклэйновские черты: слегка неправильный прикус с изящно расположенными нижними резцами.
- Ты обладаешь тревожным количеством информации о зубных особенностях местного населения, - сказала я ему.
Джолин хихикнула - звук, за которым последовала длинная диалоговая пауза.
- Ладно. - Зеб потер руки. – Это уже становится действительно неловким.
Зеб и Джолин занялись распаковкой достаточно внушительного количества жареных ребрышек, картофельного салата, и салата из сырой капусты, чтобы накормить компанию из десяти человек.
- Так много еды, - поразился Габриель, глядя на журнальный столики, ломящийся под тяжестью принесенных яств.
- Гм, вам ведь известно, что мы не едим, не так ли? – спросила я.
Джолин издала хрипловатый смешок, прозвучавший полурыком-полухихиканьем и стерла пятнышко соуса с подбородка.
- О, это – всего лишь перекус, – закатив глаза пояснила она. – Вероятно, мне придется съесть свиную лопатку или еще что-нибудь перед сном.
- На нашем первом свидании она съела целую лазанью, и у нее все еще оставалось место для тирамису. Кто мой проглотик? Кто мой маленький проглотик? – горделиво ворковал Зеб, тычась носом ей за ухо.
- Спокойно, мальчик, - хихикнула Джолин. – Хотя о вас мы тоже не забыли. Мы принесли бутилированную кровь и захватили вина. Земляничного.
Она продемонстрировала пошло-красного цвета бутылку с танцующими ягодами на этикетке.
Габриель вздрогнул - неуловимое движение, пойманное лишь моим вампирским взором.
- Я не пью … вино.
Я стрельнула в Габриеля взглядом, надеясь дать ему понять содержание моих мыслей: «Я знаю, что ты слямзил эти замашки из «Дракулы»!
Нисколько не испугавшись, Джолин протянула мне бутылку.
- Джейн?
- Нет, спасибо.
Вручая нам с Габриелем по теплой бутылке импортной, высококачественной синтезированной крови под названием «Сангрия»[19], Зеб стрельнул в меня хитрым взглядом.
- Джейн в любом случае никогда не пьет. С того самого инцидента на втором курсе колледжа.
- Зеб, - предупреждающе прорычала я.
- Уже имев возможность наблюдать Джейн в подпитии, я думаю, что хотел бы услышать эту историю, - сказал Габриель, с готовностью подливая вино Зебу.
- Как будто я единственный человек, которого когда-либо тошнило по-пьяни, - буркнула я.
Зеб усмехнулся.
- Но ты была единственным известным мне человеком, который сделал это на сидении патрульной машине.
Я впилась в него взглядом.
- Если хочешь начать обмениваться историями, можешь приступать. Но как бывший член Фан-клуба Ричарда Маркса[20], ты не захочешь начинать эту гонку вооружений.
Зеб кротко улыбнулся с ребрышком во рту.
- Согласен.
- Ричард Маркс? – спросила Джолин.
- Он прошел через до отвращения буйную стадию музыкального поклонения. Не спрашивай.
По ходу вечера у меня появилась возможность лишний раз убедиться, до какой степени Джолин была влюблена в Зеба и наоборот. Он ловил каждое слово, слетающее с ее прекрасных пухлых губ. Если бы только они перестали обниматься и обслюнавливать друг друга, возможно, я даже смогла бы оставаться с ними в одном округе.
Как и предполагалось, Джолин с Зебом тут же навалились на еду. Я воспользовалась любимыми бокалами тети Джетти, чтобы разлить вино и восхитительную десертную вариацию синтетической крови из «Трансильванской» линейки кафешек «Дженерал Фудс Интернешнл Кофе»[21]. Был один неудобный момент, когда еда и напитки подошли к концу, а нам оставалось лишь смотреть на друга, не имея на примете ни единой темы для разговора. Ну, Джолин-то все еще была занята поглощением своего барбекю, однако мы с Зебом и Габриелем оказались в неловком диалоговом тупике.
К счастью, у Габриеля имелся бесценный вековой опыт обращения с неловкими социальными ситуациями, так что ему удалось сломать лед.
- Зеб, Джейн утверждает, что ты - воспитатель детского сада.
- Да, - ответил Зеб, напрягшийся в ожидании неизбежного. – Не правда ли, странное занятие для взрослого мужчины – сидеть с маленькими детьми? – упредил он неизменно возникающий вопрос. Едва успев войти в классную комнату, Зеб обнаружил, что в то время, как учителей мужского пола приветствовали в классах средней школы, мужчин, предпочитающих тратить свое время на маленьких детей, немедленно заподазривали в лености или жутких наклонностях.
- Я восхищаюсь людьми, которые способны работать с маленькими детьми, - признался Габриель. – Они всегда казались мне … беспокойными маленькими существами.
Зеб усмехнулся.
- Ну, так и есть, однако я с бóльшим удовольствием предпочел бы их общество, чем общество большинства из их родителей. Вчера мне пришлось общаться с матерью, которая пыталась убедить меня в том, что то, что ее сын спихивал другого ребенка с верхушки «джунглей»[22], было формой его творческого самовыражения, а затем она начала читать мне нотацию о том, почему я должен подавать им на полдник печенье из несодержащей глютен муки плодов рожкового дерева. Наглядевшись на «родителей-вертолетчиков» и родителей, высаживающих своих чад из машины со словами, что теперь их дети – «моя забота», я безо всяких яких предпочту «вариться» среди сопливых носов и драк за игрушки. Кроме того, мне действительно нравится ежедневный послеобеденный сон
