Читаем без скачивания Шестая книга судьбы - Олег Курылев

— Поговорить с этим, что ли?

— Да нет. Этого везет майор, и мне до него нет дела. Нужно заехать ко мне в Хоккенхейм. Буквально на час. А потом я договорюсь с машиной, и тебя подбросят. Тебе куда вообще-то нужно?

— В Грабен.

— Отпуск?

— Нет, по службе.

— Тем более! Служба не убежит. Ну так как, лейтенант? Тебя как зовут?

— Вангер. — Мартин прикидывал в уме, принять ли предложение чиновника. — Оберлейтенант Мартин Вангер.

— Прости, Мартин, не разглядел твою звездочку. Понимаешь, свалилась на меня целая кипа бумаг. Наши захватили в Бельгии американский склад и вместе с барахлом ихнюю документацию. Целый чемодан! Какие-то списки, накладные, частные письма. Помоги разобраться, что в печку, а что отправить в штаб армии. А я уж тебя и накормлю, и транспорт раздобуду!

— У вас что, нет там переводчика?

Мартин решил немного покочевряжиться. Он снял кепи и полез в карман кителя за расческой. Шарф на его шее несколько сдвинулся в сторону, и под ним блеснул серебряной рамкой крест.

— О, да вы герой! — заметил «рыцаря» близорукий интендант и перешел на «вы». — Понимаете, нашего переводчика на днях забрали и увезли. Я съездил к соседям, но и там такая же история. У нас, конечно, найдется дара человек, чтобы кое-как допросить янки или англичанина, но в документах им и за месяц не разобраться.

— Ладно, — согласился наконец Мартин, — но машина за вами.

То, на что Ривель отводил час, заняло втрое больше времени. Когда они с интендантом разбирали бумаги, к ним подключился какой-то оберлейтенант из разведки. Он внимательно слушал переводы Мартина и все пытался выяснить, нет ли в этом хламе ссылок на конкретные войсковые соединения противника, имена командиров и тому подобное. Кое-что он откладывал в свою папку и делал пометки в планшете «Исполнительный служака, — отметил про себя Мартин, — а может, тут у них что-то готовится?»

Когда ближе к вечеру Мартин, уложив в рюкзак бутылку коньяка и несколько банок консервов — презент благодарного штабсоберинспектора, — уже забирался в обещанный кубельваген, к нему подошли два человека и попросили следовать за ними. Мартин пытался протестовать, но настойчивость одного из них была непоколебимой. Пришлось подчиниться. Уходя, он увидел стоявшего поодаль Ривеля, который только виновато развел руками. Они сели в другую машину и поехали в обратную сторону — туда, куда Мартину не было нужно.

Через полчаса тряской дороги его привели в помещение какого-то штаба на окраине маленького городка, изучили документы, проверили подорожную, после чего один из присутствовавших здесь же людей в форме какого-то гражданского чиновника обратился к Мартину по-английски. Он задал обычные вопросы: как зовут, где служит, откуда родом Затем попросил по-английски же и поподробнее рассказать, за что он получил свой Рыцарский крест. «Уж не собираются ли они записать меня в переводчики»? — раздосадованно подумал Мартин.

— Видите ли, в чем дело, оберлейтенант, — вдруг обратился к нему сидевший над бумагами за столом и молчавший до того времени старший офицер в полевой форме СС, — ваше возвращение в часть на некоторое время задержится.

— Но…

— Дайте договорить. — Эсэсовец с диагональным дубовым листом в каждой петлице встал из-за стола. — Вам предстоит небольшая работа в западной группе войск. После ее выполнения вы вернетесь в свою дивизию на восток.

— Но…

— С вашим командованием уже договариваются, так что об этом не беспокойтесь. — Штандартенфюрер прошелся по комнате, затем вплотную приблизился к Мартину. — Вы собирались возвращаться через Мюнхен, не так ли? — Эсэсовец смотрел Мартину прямо в глаза, и тому стало не по себе. — Вы оттуда родом, и у вас наверняка было в запасе несколько дней?

Он снова стал прохаживаться по комнате, и все присутствующие молча следили за ним.

— Обычное дело, — продолжил штандартенфюрер, — договорились с командиром. Так все теперь делают. Давно не были дома? — тихо, но резко спросил он.

— С января сорок третьего

Мартин уже понял, что спорить бесполезно и что его незаконный отпуск накрылся медным тазом.

— У вас будет такая возможность, но чуть позже, — продолжил эсэсовец. — И на вполне законных основаниях. А сейчас вы будете откомандированы в Графенвер в распоряжение штаба тамошней танковой бригады.

— Там что, тоже понадобился переводчик?

— Вот именно.

Через три дня Мартин Вангер шел по Графенверу, который и городом-то можно было назвать с большой натяжкой. Так, городок, не особенно тронутый цивилизацией, в окружении припорошенных первым снегом полей и рощиц. Тихое место, куда еще не успели провести автобан, да где он и не особенно был нужен. Неужели через него тоже стальным катком прокатится фронт, близкое присутствие которого уже различало чуткое ухо горца?

Огромная центральная площадь представляла собой поляну, поросшую травой, размером в несколько футбольных полей. Она называлась Труппенюбунгсплац — площадь войсковых учений. До войны, еще со времен рейхсвера, здесь тренировались парашютисты и планеристы из местных летно-спортивных клубов.

Проходя мимо гауптвахты — одноэтажного домика с причудливой башенкой, часами и флюгером, — Мартин сверил время. Особенно спешить ему было некуда, и он просто гулял, прислушиваясь к едва уловимым вздохам далекой канонады.

Достопримечательностью Графенвера была огромная водонапорная башня, стоявшая на краю площади. Она была сложена из камня и походила на мощный замок-донжон раннего Средневековья. Башня господствовала здесь над всей местностью. Особняк военного форстмайстера — главного лесничего вермахта в здешних местах, пара церквушек, белые одноэтажные домики с красной черепицей — все казалось игрушечным возле ее подножия. Мартин поневоле остановился. «Шестьдесят — шестьдесят пять метров, — привычно „снял“ он высоту по коньку крыши, — отличный наблюдательный пункт. Мелким калибром такие стены не возьмешь. Да и стопятидесяткам пришлось бы изрядно потрудиться».

Уже не первый год гору, опушку леса, овраг или строение он оценивал с точки зрения их полезности для войны. Даже если в этом не было совершенно никакой необходимости.

Второй день Мартин жил здесь в казарме на окраине. Его таки зачислили в спешно формируемую танковую бригаду, получившую номер «150». Любой из прибывающих сюда, так же как и он, быстро понимал, что бригада эта очень непроста. Здесь гораздо больше ценилось знание английского языка, нежели умение владеть танком. Да и самих танков было уж очень мало. И люди, и техника собирались сюда по крохам со всех закоулков Западного фронта.

«Угораздило же меня заговорить тогда с этим негром, — в который раз сокрушался Мартин, выходя на проселочную дорогу в направлении своей части. — Как там его звали? Джефри Льюис? Лучше бы ты утонул вместе со своим пароходом в этой вашей Миссисипи, Джефри. Эх, быть бы мне теперь уже дома»!

Тайна с исчезновением переводчиков понемногу прояснялась. Похоже, их свозили сюда. Сюда же стаскивали всякий трофейный хлам: американское стрелковое оружие, «Студебеккеры», джипы, «Виллисы» и даже пару раздолбанных «Шерманов». Ни для кого уже не было большим секретом, для чего в одном месте собирают тех, кто владеет английским, и трофейное оружие западных союзников. Последние сомнения отпали, когда стало известно, что командует, а вернее, еще только собирает бригаду не кто иной, как Отто Скорцени. Вот только что конкретно задумал на этот раз удачливый похититель Муссолини и Хорти?

— Мартин!

Мартин обернулся и увидел направлявшегося к нему унтер-офицера в грязной, обрезанной до колен шинели. Погоны этого штабсфельдфебеля были до того измызганы наплечными ремнями рюкзака или солдатской портупеи, что Мартин с трудом различил на них три потускневшие звезды и зеленую выпушку. Галун местами вовсе оторвался.

Унтер подошел ближе. Борода, усы, обветренное лицо. На голове пилотка с опущенными на уши отворотами. На животе автомат. Поясной ремень провис под тяжестью навешанных на него подсумков и амуниции.

— Не узнаешь?

— Вы из 3-й дивизии?

— Черт возьми, Мартин! Я Вальтер Бюрен. — Он снял пилотку и тряхнул головой.

— Вальтер?

Действительно, это был Вальтер. Подойди он просто и попроси прикурить, Мартин ни за что не узнал бы старого друга.

— Вальтер!

Хлюпая грязью и сдвинув на бок кобуру, он сделал шаг навстречу. Они обхватили друг друга руками.

— Не может быть! Вот это встреча! Как ты сюда попал?

— Сам не пойму. Последние три месяца я работал инструктором в горном лагере. Кому-то пришла в голову мысль скоренько переделать несколько пехотных дивизий в горные. Слыхал о «Горной крепости»? Ну так вот. Собрали нескольких человек вроде меня… Я ведь одно время до войны уже поработал инструктором. Потом расскажу подробнее. Сколько же мы не виделись?