Мария не смогла сдержаться и немного его поддразнила:
— А я считаю, что ты просто хочешь наказать бабушку за коварство и лишить ее свадьбы.
— Может, и хочу немножко. Мальчишник с друзьями тоже приводит меня в ужас. Но если ты хочешь большую свадьбу, я потерплю. — Оливер остановился под раскидистым вязом. Его взгляд стал серьезным. — Я все могу стерпеть, только бы ты вышла за меня замуж и любила всю жизнь.
Мария заглянула в его торжественное лицо, приподнялась на цыпочки и легко коснулась губами его губ: Оливер притянул ее к себе и поцеловал горячим, яростным поцелуем.
— Ну, что ты решила? — чуть позже спросил он. — Будь я приличным человеком, я бы дал тебе время проконсультироваться с адвокатом насчет условий и гарантий, особенно теперь, когда ты стала богатой наследницей. Но…
— …но ты не желаешь вести себя как приличный человек. Или высоконравственный? Я что-то забыла, как ты говорил, — рассмеялась Мария.
— Смотри, девушка, — с притворной угрозой произнес Оливер. — Если ты собираешься всю жизнь вспоминать глупости, которые я успел наговорить тебе за эти две недели, то я, пожалуй, возьму пример с Роктона: запру тебя в неприступном замке и там буду делать с тобой все, что подскажет мне моя развращенная, натура.
— Ужасно! — с комическим страхом воскликнула Мария. — Когда мы начнем?
Глава 28
Со дня свадьбы Оливера и Марии прошел месяц. Их обвенчал настоятель саутгемптонского собора. Фредди и мистер Пинтер отправились в Холстед-Холл, чтобы оповестить семью, а новобрачные провели медовый месяц на побережье.
Хайатт вернулся в Америку, где его ждали поверенные Марии, уже получившие письмо от Оливера с подробным описанием мошеннических действий предприимчивого бизнесмена. Мария уверила мужа, что, имея на руках эти козыри, адвокаты сумеют получить достойную цену за ее долю в компании.
Оливер надеялся, что так и будет, но все же решил не рисковать. Они с Марией вскоре собирались в Америку, чтобы лично обсудить все с опекунами Марии и проследить за тем, чтобы ее тетка была хорошо обеспечена. Фредди и его невеста, мисс Кинсли, должны были сопровождать маркиза и его жену. Фредди хотел представить невесту своей матери. Визит предполагался недолгим, ибо Фредди решил обосноваться в Англии и работать у своего тестя, мистера Кинсли. Оливер втайне сочувствовал последнему.
Оливер и Мария уже неделю жили в Холстед-Холле. Перед отъездом у них оставалось еще одно дело, которое Оливер оттягивал.
— Ты готова? — спросил он, стоя с маркизой в коридоре у дверей библиотеки.
— Готова так, как всегда буду готова поддержать тебя, — ответила она с тревогой в голосе.
Оливер знал, что тревожится она за него. На мгновение ему захотелось уступить соблазну, забыть долг перед поместьем и семьей, вернуться в роскошную супружескую спальню и потратить оставшееся время на любовь. Но, пожалуй, Мария этого не одобрит. Оливер не ожидал, что его жена будет так строго блюсти обязанности хозяйки поместья. Как ни странно, ему это нравилось и даже возбуждало его.
— Они возненавидят нас обоих, — мрачно произнес он.
— Сомневаюсь, — успокоила она мужа. — А если и будет так, то это продлится недолго.
Оливер не был в этом уверен, но распахнул дверь и пропустил жену в библиотеку.
Его братья и сестры собрались вокруг стола почти так же, как в тот день, когда бабушка объявила свой ультиматум, но сегодня настроение было иным — радостным и беззаботным.
— Ну, Оливер, как ты думаешь, — начал Джаррет, как только маркиз показался в дверях, — теперь, когда ты в цепях Гименея, бабушка отступится?
— Иначе зачем бы она созвала всех нас вместе? — спросила Минерва. — Она получила то, что хотела: Оливер женат и управляет поместьем.
— Даже если она не отступится, — вмешался Гейб, — нам благодаря Марии не нужны ее деньги. Правда, Оливер? — Он одарил Марию лукавой усмешкой. — Мы вам очень благодарны за это. Отступать было некуда.
— Дело вот в чем, — начал Оливер. — Я и моя жена решили, что часть ее состояния пойдет на помощь ее семье: у Марии есть тетка и четверо кузенов. Остальная часть будет помещена в трастовый фонд для наших детей.
Усмешка Гейба померкла.
— И это я, а не бабушка, собрал вас вместе.
В этот момент дверь распахнулась и в библиотеку, постукивая тростью, вошла миссис Пламтри.
— Прошу прощения, я опоздала, но у меня были дела в пивоварне.
— Ничего. Мы только начали, — отозвался Оливер, отодвинул для нее стул и улыбнулся недоуменному выражению на лицах своих близких. — Так вот, — произнес маркиз, возвращаясь к своему креслу, — думаю, вы должны знать, что первоначальные требования бабушки остаются в силе. Вы четверо должны вступить в брак, иначе она лишит всех нас наследства. Я свою часть исполнил и предлагаю вам, пока мы с Марией будем в Америке, начать искать себе супругов.
Несколько секунд все молчали. Первой взорвалась Минерва:
— Бабушка! Это несправедливо. Я уверена, ты получишь наследника от Оливера и Марии! И очень скоро, если учесть, сколько времени они проводят в супружеской спальне. Боже мой! Зачем нужно продолжать этот фарс?
— Это я попросил бабушку продлить ультиматум, — вдруг признался Оливер. — Бабушка права, нам пора занять достойное место в обществе. Мы слишком долго жили как во сне. Нас держало прошлое, мешая жить плодотворной жизнью. Мария разбудила меня, а я хочу разбудить вас. Я хочу, чтобы вы перестали сражаться с призраками, перестали прятаться по углам из-за трагедии, в которой не виноваты. Хочу, чтобы вы тоже нашли любовь.
Он посмотрел на Марию, которая послала ему ободряющую улыбку.
— Говори за себя! — с досадой воскликнула Минерва. — Лично я абсолютно счастлива. Ты говоришь глупости и вместе с бабушкой хочешь из-за них испортить нам жизнь. — Она перевела взгляд на Марию: — И это твоя благодарность за то, что мы толкнули его в твои объятия?
— Толкнули меня в ее объятия? — эхом отозвался Оливер.
— А как же! — вступил Гейб. — Заставляли тебя ревновать, не пускали к Марии…
— А еще наврали про наследство, — добавил Джаррет. — Правда, это как раз не сработало.
Оливер расхохотался, но потом произнес с прежней серьезностью:
— Можете сердиться сколько хотите, но через десять месяцев вы все должны иметь супругов. — Он вдруг ухмыльнулся. — Дело это нелегкое, а потому я кое-кого нанял вам в помощь.
Маркиз обернулся к двери.
— Мистер Пинтер, прошу!
Сыщик с Боу-стрит вошел в библиотеку. Он явно испытывал неловкость перед лицом всей когорты скандально известных Шарпов.
