Читаем без скачивания На поверхности (ЛП) - Акероид Серена

Я ненавидел то, что мой гребаный брат сделал из меня лжеца.

Однако чего я не мог ожидать, так это появления в бассейне в паре чертовски узких Speedo, врезавшихся в мою задницу, из-за того, что мой брат-мудак взломал мой шкафчик и забрал мои плавки. Поэтому я потратил добрых десять минут, роясь в так называемых «потеряшках» в попытке найти подходящие плавки, попутно вспоминая Тею и ее провидческую боязнь кражи ее вещей.

Отлично.

Одолженные плавки.

Не знаю, что может быть хуже этой ситуации, но, черт возьми, я был нужен Тее, поэтому, схватив, наконец, то, что попалось под руку, я натянул их и направился к бассейну.

Однако полный хаос, встретивший меня в бассейне, заставил остановиться и попытаться понять, что, черт подери, происходит. Но когда я оценил представшую передо мной картину, когда я, наконец, понял, что происходит, я все равно не мог собрать все воедино.

Каин лежал на полу, а на его спине сидел один из охранников. Парень скрутил Каину руки за спиной и уперся коленом в спину моего близнеца. Мария, девушка Каина, рыдала, сидя на одном из стульев, стоящих вдоль стены. Тренер Кайл стоял рядом с ней, положив руку на ее плечо, но не в утешительном жесте, а в жесте из разряда «теперь ты никуда не денешься».

Я перевел взгляд с тренера на охранника, а затем обратил внимание на небольшую толпу людей у подножия бассейна, обступившую кого-то. Окинув быстрым взглядом присутствующих и увидев, что Теи нигде нет, я бросился к толпе, и гребаные плавки едва не кастрировали меня, когда я бежал к ним так быстро, как только мог.

Когда я прорвался сквозь человеческую стену, мне захотелось умереть.

На полу в луже воды лежала Тея, мокрые волосы разметались вокруг головы, как змеи, а лицо было ярко-розовым со странными бело-синими полосами вокруг рта, как будто у нее было кислородное голодание.

Я сглотнул при виде этой картины и зажмурился, словно пытаясь очистить свой разум от этого образа, но когда я снова открыл глаза, Тея все еще лежала там, на полу. Все еще без сознания.

И так начался мой кошмар.

Я упал на колени, но чья-то рука схватила меня и подняла обратно.

— Пусть тренер делает свою работу.

Я невидящим взглядом уставился на учителя, даже не осознавая, что передо мной стоит заместитель директора.

— Где медики? Здесь нужна скорая помощь! — отрывисто сказал я ему.

— Все под контролем, — заявил он.

— Под контролем? — возмущенно выкрикнул я.

Я хотел быть рядом с Теей, хотел обнять ее и успокоить, но, судя по обстановке вокруг, я понимал, что что-то происходит.

Что-то, что мне не нравилось.

Вырвав свою руку из хватки учителя, я ушел, хотя это убивало меня. У меня просто не было выбора. Тренер Огден продолжал оказывать первую помощь, но это было не то, что нужно Тее.

Заместитель директора что-то закричал мне, но я проигнорировал его, проталкиваясь сквозь толпу, чтобы вернуться в раздевалку. Срочность подгоняла меня, но я каким-то образом знал, что должно произойти.

Тея не умрет.

Я знал это.

Академия не могла себе этого позволить.

Я был уверен, что в ближайшее время еще кто-нибудь появится для оказания первой помощи, но… этого было недостаточно.

Когда я бежал мимо Каина мой взгляд поймал его. Он лежал в неудобной позе, голова была повернута набок, но как только наши взгляды встретились, он улыбнулся.

Улыбнулся, нахрен.

Больной ублюдок.

Мне казалось, что мой мозг работает со сверхскоростью, однако регистрируя при этом события с предельной чёткостью.

Не нужно было быть гением, чтобы понять произошедшее.

Каин причинил вред Тее. И Мария в этом участвовала.

Это не стало для меня сюрпризом. Мария была такой же извращенной сукой, как Каин — извращенным мудаком. Они составляли милую гребаную парочку двух больных скучающих ублюдков, погрязших в своем равнодушии…

Они причинили ей вред. И как же я в свою очередь хотел причинить вред им.

И хотя эти извращенные твари определенно сделали нечто явно противозаконное, в таких академиях как наша, такие вещи редко выходили за пределы их стен.

Несмотря на то, что мой мозг работал с супер скоростью, мне казалось, что тело двигается в замедленном темпе. Обнаружив себя напротив своего открытого шкафчика, я моргнул и схватил телефон.

— Какого хрена ты делаешь? — зарычал Лиам, схватив мою руку за запястье и пытаясь выхватить из нее мой сотовый.

Это был первый раз, когда я понял, что за мной следят. Я оттолкнул его свободной рукой, а когда Лиам снова попытался забрать мой телефон, я зарядил ему кулаком в лицо. Кровь, мгновенно хлынувшая из его носа, забрызгала мою грудь.

— Отвали на хрен! — крикнул я, когда он взвыл от боли.

Лиам схватился обеими руками за свой нос, как будто тот отвалился, но перестал скулить.

— Куда ты звонишь? — запрокинув голову, пробормотал он.

— В скорую помощь. Копам.

— Ты не можешь этого сделать! Их посадят!

Я моргнул, и мир снова стал синхронизированным.

— Точно.

Каину самое место в тюремной камере, и я собирался добиться этого, чего бы мне это не стоило.

Когда приехали копы и медики я наблюдал, как моего брата и его девушку увозили в участок, и находился рядом с Теей, когда ее погрузили на каталку и повезли в машину скорой помощи.

Вокруг слышалось перешёптывание.

Но мне было все равно.

Я мог сосредоточиться только на Тее. Видеть только ее. Она дышала, и цвет ее лица стал лучше, но, по словам тренера Огдена, которому удалось ее реанимировать, она пришла в сознание всего на двадцать секунд, а затем снова отключилась.

Мое сердце билось в горле, когда я держал ее за руку. Все мое существо жаждало оказаться на этой каталке, занять место Теи, чтобы не она пострадала от рук Каина.

Я должен был это предвидеть.

Я не должен был приводить ее сюда.

Опустив голову, я ждал. Путь в больницу был быстрым, и я оказался в зале ожидания среди людей, которые ждали своей очереди в регистратуру, стоная от боли или просто сидели, выглядя такими же разбитыми, как я себя чувствовал.

Тея будет в порядке, правда?

Она не может быть не в порядке.

Я задавался вопросом, когда меня вырвет. Когда ощущения, пронизывающие мое тело — страх, беспокойство, испуг — начнут действовать, но этого не произошло. Меня не вырвало. Подошедший врач провел меня в отдельную палату, где Тея была подключена к капельницам и другому оборудованию, назначения которого я не понимал. Однако я заметил, какой маленькой она выглядела в постели. Она выглядела такой чертовски маленькой и хрупкой, что у меня заболело сердце.

Через мгновение я осознал, что в палате помимо меня находится еще кто-то.

Мужчина и женщина.

Они выглядели изможденными и бледными, и не потребовалось много времени, чтобы понять, что это приемные родители Теи.

— Привет, — поздоровался я немного безучастно, а затем, игнорируя их, схватил кресло, подтащил его к ее постели и сел. Осторожно, чтобы не потревожить капельницу, я взял ее за руку и стал ждать, когда она проснется.

Но этого не произошло.

Даже спустя часы.

Приемные родители — Мейеры — ушли, медсестры сновали туда-сюда, и я погрузился в темноту. Вдруг чья-то ладонь схватила мою руку, снова приводя меня в сознание.

Я дернулся, проснувшись, но чего не мог ожидать, так это пощечины.

Не словесной, а физической.

У меня зазвенело в голове, потому что я не подготовился к атаке, и моя голова срикошетила на спинку кресла, и, поскольку это был самый неудобный предмет мебели из когда-либо изобретенных, мой череп с глухим стуком столкнулся с деревянным каркасом.

Не зная, тереть мне голову или щеку, я посмотрел на нападавшего, и меня охватило напряжение. Я увидел папу, схватившего маму за руку и притянувшего ее к себе.

Она была рыдающей развалиной. Моя обычно невозмутимая мать оказалась совершенно потрясена тем…

Из меня вырвался смех.

Не тем, что сделал Каин.