но тут же взял себя в руки и продолжил перевод.
— Что ж, я первый готов признать, что вовсе не являюсь лапочкой, — развел руками Генеральный секретарь. — Я пережил Гражданскую войну, которая в чем-то была и пострашнее этой новой Мировой, и если задачи обязательно должны быть решены, то я привык к методам их решения, которые для вашего гуманного времени и вашей пацифистской страны могут показаться слишком жесткими и даже жестокими. Но если в ваших учебниках истории (вы не рассказывали об этом, но я кое о чем догадываюсь и сам) меня изобразили, как дурака, самодура или сумасшедшего, казнящего своих подчиненных только из прихоти, любви к власти или просто, потому что они слишком умные, то могу вас заверить, что я вовсе не из таких фигур. Лишь спасение и счастье нашей советской страны и советского народа — всегда были моей главной задачей и ею остаются. Лишь ради этого — все. Разумеется, и мне случалось совершать ошибки и иногда ошибки крупные, но я всегда старался сам же их и исправить, если это было возможно. И то печальное будущее СССР, о котором вы рассказали… Вы не знаете, какая именно цепь событий к нему привела, но если в этом есть моя вина, то я постараюсь понять, где именно, и исправить эту ошибку тоже.
— Ой, а сколько раз я-то ошибалась… — невпопад ляпнула Сэйлормун и ойкнула, когда Марс наступила ей на ногу.
После этого Рэй Хино молча подошла к Сталину и пожала ему руку.
"В конце концов, он может быть и не таким уж плохим… Хоть и политик", — решила она.
* * *
Декабрь 1942, город Михайлов Рязанской области
В конце концов, было решено, что наилучшим местом для отправления в путешествие обратно в 1992 год станет то же место, куда год назад и прибыли попаданки в матросках.
Здесь воительницы встали в кружок, в центре которого расположилась Сэйлормун, поднявшая вверх Лунный жезл с Серебряным кристаллом, после чего четверо остальных воинов направили на него свои ручки-жезлы…
— Поразительно, такой маленький кристалл, а содержит в себе такую огромную энергию, — пробормотал Эйнштейн, вглядываясь в таинственное мерцание Серебряного кристалла.
— Счастливого пути! — крикнул Васильков, крутящий ручку кинокамеры (отправление сэйлоров домой было решено заснять для истории).
— Ну, вы все знаете, что делать. Если мы точно отрегулируем объем сил, посылаемых в Серебряный кристалл, то это вызовет ответное выделение энергии как раз нужного объема и направления и перенесет нас назад, — сообщила Меркури.
— М-м-м, а что будет, если мы отрегулируем их неточно? — спросила вдруг Сэйлормун.
— Ничего страшного не будет, — соврала Меркури. — Ну, раз, два, три!
— Сила Луны!
— Сила Меркурия!
— Сила Марса!
— Сила Юпитера!
— Сила Венеры!
Бесшумно полыхнуло алое зарево — и воины в матросках исчезли.
* * *
Где-то в подземной пещере, 1992 год
Здесь, и правда, прошло всего несколько минут. Разъяренный Кунцит, так и не сумевший добыть Серебряный кристалл, сейчас занимался тем, что отыгрывался на беспомощных лунных кошках, ожесточенно пиная их и швыряя об стену…
— Как ты посмел!! — внезапно раздался позади него разъяренный голос Сэйлормун.
— Сэйлормун?! — обернулся демонический лорд. — Не может быть! Я ведь отправил вас в многомерный хаос! Как вы смогли вернуться?!
— Это смешно, но я не помню, — развела руками та. — Как видишь, не все и не всегда бывает по-твоему, вот! И мы вернулись! На чем мы остановились?.. Ах да, сейчас мы будем карать тебя во имя Луны!!
Эпилог
1947 год. СССР, Москва, Кремль
— Заходи, Никита Сергеевич, присаживайся, — пригласил Сталин Хрущева, вошедшего в его кабинет.
Тот присел, однако почему-то почувствовал себя неуютно. Как-то так сказал это Генеральный секретарь, что… в общем, Председателю Совета министров УССР, у которого на такие оттенки тона руководства давно развился слух, стало вдруг не по себе.
— Вот какое дело, Никита Сергеевич, — не спеша, продолжил Сталин. — Мы тут всё украинских националистов по лесам выслеживали… Выслеживали-выслеживали — и следы к тебе привели.
— А?! — замер Хрущев. — Ч-что?! Да это же… клевета! Поклеп! Да кто…
— Нет, гражданин Хрущев, не клевета, сведения верные, — из голоса Сталина вмиг исчезла вся показная приветливость. — И чего ж тебе, Никитка, не хватало?
— И-иос-сиф В-виссарионович! Товарищ Сталин! — Хрущев вдруг бухнулся на колени. — Не губи! Я ж как лучше хотел!
— Для себя ты "как лучше" хотел, — мрачно ответил Сталин. — И нашим, и вашим думал, да? И тех, и других к своей выгоде использовать? В общем, решай теперь, сразу все скажешь или сначала помучаешься?
— С-сразу! — застонал тот. — Все расскажу, все! Только… Не надо…
— А это уж как суд решит, гражданин Хрущев.
"Ну вот, а Лаврентий предлагал сразу ликвидировать, — подумал Генсек. — Но если бы так сделали вместо долгого наблюдения — тогда столько всего интересного не узнали бы!"
Вот так попаданки в матросках, хотя и уже ушли, но все же выполнили то, что обязаны сделать любые классические попаданцы в СССР времен войны…
* * *
1992 год, Япония, Токио. После всеобщей потери памяти в финале первого сезона…
— А-а-а!! Я опаздываю!! — новое утро буднего дня в доме семьи Цукино началось привычным воплем проспавшей Усаги. — Мама, почему ты меня не разбудила?!
— Я будила несколько раз, и ты даже что-то мне отвечала…
— Не помню!
И пока девочка металась по дому, собираясь в школу, краем уха она успевала услышать голос из работающего телевизора:
"…укрепления дружеских связей Советского Союза и Содружества Азиатских Государств… С ответным визитом Токио посетит Председатель Совета министров СССР Григорий Романов… Продолжаются совместные космоархеологические исследования Луны с целью обнаружить местонахождение легендарных руин Лунного Королевства…"
— Вшем пока! — наконец, крикнула Усаги, выбегая за дверь и при этом держа в одной руке портфель, в другой — школьный завтрак, а в зубах — недоеденный тост.
* * *
Из школьного доклада Ами Мидзуно на тему послевоенной истории
…Все попытки Соединенных Штатов Америки опустить на Азию и Тихий океан так называемый "бамбуковый занавес" привели лишь к большему упрочению союза Содружества и СССР, к которому вскоре присоединились Китай и Индия. Опираясь на свои "европейские бастионы" в лице ГДР и ИНР, Советский Союз мог держать под "дружественным контролем" обстановку в неспокойной послевоенной Европе, а недолгое обострение Холодной войны постепенно привело все европейские страны, кроме Великобритании, к выводу, что и им самим более выгодна политика полного нейтралитета и скрытого торгового посредничества между социалистическими странами и "Западным альянсом". Взвешенные и осторожные реформы, проводимые в Японии правительством императора Хирохито, в
