в урну.
Он ему больше не понадобится.
Он направился на восток вдоль северной границы. Чувствовался запах свежескошенной травы. Трава пахла хорошо. Но как эти помешанные на солнце придурки выдерживают такую влажность, он не знал. Все парни были без рубашек, а женщины-в купальниках или бикини. Жаль, что не наоборот, но все равно там было много сисек. Он видел наушники, коляски, одеяла, летающие диски "Фрисби" и воздушных змеев. Ему показалось, что на одном из воздушных змеев написано его имя, но этого не могло быть. Он видел черных и белых детей, играющих вместе. Они бегали вокруг дерева и смеялись. Ему показалось, что кто-то из них окликнул его по имени, но этого не могло быть.
Место напротив минерального источника, обложенного красным кирпичом, показалось ему хорошим выбором. Невысокий пласт породы, окруженный дюжиной или около того высоких деревьев, и это было всего в нескольких минутах ходьбы от ворот, где можно было купить замороженный йогурт или коктейль, или рогалик, или крендель, или воду в бутылках, или лимонад, или хот-дог, или все, что вы, черт возьми, пожелаете. Он видел людей в тени перед каждым деревом, к которому подходил, десятки счастливых, сонных, веселящихся и тому подобное. Он увидел женщину, пускающую мыльные пузыри для крошечного ребенка с широко раскрытыми глазами в коляске. Один пузырь лопнул у него на носу. Мыльный плевок.
И тут он увидел Карлу. Они с Рэнди лежали на одеяле, прислонившись к дубу в нескольких ярдах от него. Карла кормила Рэнди чипсами. Они смеялись. Он вдруг понял, что рычит. Теперь уже не было смысла останавливаться, и он не стал этого делать. Он сунул руку в карман и шагнул к ним.
Они еще не заметили его, но он собирался радикально это изменить, как вдруг его взгляд упал на белокурого парнишку в куртке с нагрудным знаком в виде первой буквы названия колледжа, зеленой, соответствующей тридцать четвертому размеру, который стоял, прислонившись к дереву, футах в сорока от них, и Струп подумал: что, блядь, этот придурок делает в куртке в такую жару? он что, чокнутый? - когда парень оттолкнулся от дерева, расстегнул куртку и вытащил что-то короткое и черное, похожее на комбинацию пистолета и пулемета, и начал поливать огнем поле и деревья слева направо.
Струп рухнул на землю. Он увидел, как женщина с мыльными пузырями опускается вниз с красным цветком на плече, а парень с наушниками согнулся пополам, как будто кто-то пнул его в живот. Он увидел, как одному из мальчишек лет семи пуля попала прямо в лоб, и как его отец рванулся к нему, прежде чем его бедро разверзлось.
Люди кричали. Карабкались в укрытие.
Пистолет парня двигался в сторону Карлы. Они даже не опустились вниз. Держались друг за друга, широко открытые мишени, тупые лесбийские сучки.
Этот парень собрался сделать это за меня, - подумал Струп.
Этот парень собрался пристрелить их к чертовой матери.
Пошел он на хер.
У него же есть .38-й. Он снял револьвер с предохранителя, прицелился и нажал на спуск.
Парень взвизгнул и отшатнулся, чертовски удивленный, а затем посмотрел вниз на свой живот. Там было сплошное месиво. Струп этого и хотел. Парень закричал. Струп выстрелил еще раз, и у парня пропали яйца. Хорошие попадания, - подумал он, - но низко. А закончить надо повыше. Парень все еще выл, когда его челюсть ударилась о дерево.
Струп сунул оружие в карман и встал. Карла смотрела на него. Он подошел ближе.
- Я спас твою долбаную жизнь, Карла, - сказал он. - Разве не так?
Карла была бледна как полотно. И Рэнди тоже.
- Д-да, - сказала она. - Да, это так, Струп.
- Теперь ты забудешь об арендной плате?
- Э-э. Хо-хорошо, - oна кивнула.
- Спасибо, сука.
Он повернулся и пошел прочь.
* * *
Он смотрел канал "Нью-Йорк один", когда позвонил босс. Он смотрел репортаж о стрельбе уже в пятый раз. Пил виски. Было похоже, что чернокожий парнишка и его отец останутся в живых, и леди-мыльный пузырь тоже, но парню в наушниках пришел конец. Так же как и стрелявшему. Стрелка опознали как некоего Уилла Оби, родом из города Сентер Кат, штат Техас. Накануне он сказал друзьям, что он на шестом месяце беременности и ждет ребенка от чудища с Юггота. Они ему не поверили. До сих пор никто не упоминал имени Струпа, но этого не могло быть.
Он убавил громкость. Ему пришлось сделать это вручную. Черт возьми, придется купить новый пульт.
- Струп?
- Ты звонишь мне в субботу, Макс. Ты звонишь уже второй раз. Это странно.
- Я знаю.
- Ты не можешь меня уволить, Макс. Ты это уже сделал.
- Тебя сократили, Струп. Сократили.
- Мне все равно, как ты это называешь.
- Слушай, ты новости смотришь, Струп?
- Вообще-то, да.
- Мне позвонила Карла.
- Кто?
- Карла. Я знаю, что это был ты, Струп. Карла мне все рассказала. Ты же герой, Струп. Ты спас человеческие жизни.
- Я не понимаю, о чем ты говоришь.
- Думаю, мы можем заключить контракт на книгу.
- Что?
- Контракт на книгу. Это была идея Карлы, но я думаю, что она совершенно права.
- Права, как минимум.
- А?
- Не обращай внимания.
- Послушай, мы сделаем это анонимно, под псевдонимом. Никто никогда не узнает.
- Узнали ведь про Эда Макбейна[70], Макс. Узнали о Ричарде Бахмане[71]. А какой будет псевдоним у меня? Кетчам[72] или что-то в этом роде?
- Мы будем осторожны. А эти парни - нет. Эти парни были неуклюжи. Я знаю множество писателей, которых никогда не разоблачали. Ты неплохой писатель, Струп. Эта книга может стать для тебя началом новой карьеры.
- Карле тоже обломится, верно? И в этом все дело?
