Она отвлеклась от своих мыслей и посмотрела на нас. Пухлые губы раздвинулись в улыбке. Легкий наклон головы и небрежный реверанс.
— Мое почтение, герцог. Дралан…
От ее голоса по моей спине пробежали холодные мурашки. В тюрьме Хозяина было темно, и я не мог разглядеть узницу Посланника. Но вот голос ее я узнал, пусть говорила она не так много, как покойная Лета.
Леди Йена и Лафреса — одна и та же женщина.
— Что с вами, дралан? — участливо спросила меня Лафреса, видимо заметив, как я вздрогнул.
— Не волнуйтесь, миледи. Ничего страшного. Я не привык находиться на таких замечательных приемах, вот и все.
Мне очень хотелось как можно быстрее уйти из этого дома. Помнится, Посланник обещал ей, что она окажется в Ранненге через неделю. Времени прошло гораздо меньше, чем неделя, а она уже здесь.
Неприятности! У нас оч-чень большие неприятности!
— Все ли вам по душе, миледи? — между тем спросил граф.
— Да, благодарю. Я просто устала с дороги, прошу простить меня. Герцог. Граф. Дралан.
Она покинула нас и стала подниматься по лестнице на балкон второго этажа.
Все это время Кли-кли, стоявший в отдалении, строил мне страшные рожи и отчаянно тыкал пальцем то на белую скатерть небольшого столика с напитками, то на свою физиономию. Я едва заметно покачал головой. Не понимаю. Вновь тычок на белую скатерть, затем себе на лицо, а затем многообещающий жест ребром ладони по шее. Что он мне хочет сказать?
Кли-кли разочарованно оскалился и поспешил к нам.
— Милорд, я, конечно, понимаю, что вечер удался, а ваш дралан даже порозовел от выпивки, но господам Милле и Эралье, к глубокому прискорбию и величайшему сожалению, придется покинуть прием. У них засвербило в одном месте, если вам будет угодно об этом узнать. Они интересуются, вы поедете с ними или прибудете позже?
Глаза шута кричали, что нам лучше поехать с ними. Да что там у них стряслось?
Угорь скучающе зевнул, небрежно прикрывая рот перчаткой, и кивнул
— Увы, граф. Я вынужден покинуть ваш замечательный дом, пора отправляться. Вы же знаете, какой народ эти эльфы.
— Что ж, будете в Ранненге, непременно посетите меня и мой дом.
— Обязательно, и при первой возможности. — Угорь простился с графом.
Думаю, Балистан Паргайд даже не представляет, как скоро мы вновь нанесем визит в его владения.
Кли-кли скакал впереди нас, звеня колокольчиками и размахивая позаимствованным со стола бубликом.
— Дорогу самому талантливому шуту герцога Ганета Шадора! Дорогу!
Так он орал до тех пор, пока мы не вышли из зала.
— В чем дело, Кли-кли?
— Бледный вернулся.
Я заставил себя продолжать путь и не оглядываться по сторонам.
— Ты уверен?
— Еще как! Он и та дама в красном, от которой ты чуть слюни не пустил, полчаса назад приехали.
Так вот куда уезжал Ролио! Он встречал Лафресу.
— Тогда мы очень вовремя покинули празднество.
— Ты нашел ключ?
— Да.
— Слава богам!
Наша карета стояла у входа, Миралисса и Эграсса уже сидели внутри. Дикие на лошадях составляли почетный кортеж.
Старуха-усталость, как всегда, пришла неожиданно. Я понял, насколько опасным было то, что я сделал, только когда уселся в карету.
— Гаррет, ты нашел ключ? — спросила Миралисса.
— Да, — ответил за меня Кли-кли. — Разве не видите, что он спит?
Я провалился в омут сна, прежде чем карета успела покинуть поместье графа Балистана Паргайда.
Глава 10
…И ключ решит, кому помочь
— Даже не думай, ты не пойдешь со мной! — прошипел я Кли-кли.
— Ничего подобного! Еще как пойду! — возразил мне шут.
— Я сказал, оставайся здесь!
— Гаррет, ты можешь меня оставить тут, но я все равно пойду за тобой! К тому же мой любимый медальон теперь на твоей шее. Будешь упрямиться, расстроюсь и отберу назад.
Я заскрежетал зубами и в который раз за последние пять минут посмотрел на стену, окружающую поместье Валистана Паргайда. Ночь. Тишина. Месяц и звезды скрылись за облаками, лишь два больших фонаря, висящие возле ворот, давали хоть какой-то обзор. Самый удобный расклад для таких, как я. Чем темнее, тем проще работать. Хотя когда рядом Кли-кли, про слова вроде «проще» следует забыть напрочь.
После того как мы побывали на приеме у графа в том самом поместье, возле стены которого я сейчас лежу на брюхе, прошли почти сутки. Самое время, чтобы проникнуть в особняк и забрать то, что нам принадлежит. Если честно, я хотел рискнуть и проникнуть во владения графа в ночь приема, но Миралисса настояла на том, что не стоит сгоряча совать руку в осиное гнездо. Даже мой довод о появлении Лафресы не помог. Эльфийка лишь усмехнулась и сказала, что узы порвать не так-то просто и посланнице Хозяина придется дожидаться благоприятного положения звезд.
Пока я вел светские разговоры с дворянами, остальные времени даром не теряли. Миралисса проверила дом на предмет магических сюрпризов и обнаружила, что на всех окнах второго этажа наложены защитные заклинания. Эграсса (как это ему удалось, не представляю!) достал подробный план дома, а Дикие, протащившие в поместье парочку бутылок хорошего вина из запасов мастера Квилда, разговорили пяток стражников и выведали не только расписание, но и маршруты патрулей. Так что сейчас я был во всеоружии. Осталось только залезть, взять ключ и уйти, пока его не хватились. Всего ничего, правда?
Итак, когда все было готово и я уже намеревался заняться делом, мне в попутчики навязались Элл, Эграсса, Маркауз, Угорь и Арнх. Конечно же я самым горячим образом возмутился против такой идеи. Мне еще не хватало таскать за собой такой груз!
— А если тебя заметят? Кто тебя прикроет, Гаррет?
— Меня не заметят, — упрямо талдычил я им, но все было бесполезно, и эта пятерка отправилась вместе со мной, в то время как остальные спешно собирали вещи, чтобы если что, сразу же покинуть город.
Эльфы обрядились в свою походную темно-зеленую одежку, вымазали и без того смуглые физиономии темной дрянью и, перебросив за спину с’каши, взялись за луки. Алистан отложил в сторону меч из поющей стали, вооружился боевым топором, ранее принадлежащим Коту, облачился во все черное и вместе с Угрем и Арнхом, который напялил поверх своей любимой и неснимаемой кольчуги черную куртку, отправился защищать бедолагу Гаррета. Его милость как-то не заботил тот факт, что он по сути дела будет являться соучастником ограбления, что должно было опозорить порядочного дворянина на десять поколений вперед. (А вообще-то если задуматься, то позорить-то и не за что. Всем и так ясно, что дворяне воруют куда в больших размерах, чем обычные простолюдины.)
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
