— Неправдоподобных?
— Представь себе, что сегодняшнего дня не было. Ничего не было, ты ничего не видел, включая этот наш зал славы и позора. Это вот все мы, кого заморозили, — майор ткнул в одну фотографию, затем в ту, что с серой штукой, — а это мы на фоне Сверхмозга перед его убийством, если тебе интересно.
Роман открыл рот и закрыл, лязгнув зубами. Собственно, одного наличия Льва на фотографиях уже было бы достаточно, хотя вот этот параноидальный шепоток в голове тут же выдвинул версию, мол, с инопланетной техникой можно подделать и Льва на изображении. Еще ему было интересно, что и как на других фотографиях и картинах, но спрашивать было как-то неуместно.
— И услышь ты историю о том, что мы делали сегодня, что, поверил бы?
— Нет, — честно ответил Роман.
— Вот именно, никто не поверил бы и я в том числе, хоть и восхитился бы красиво закрученной байкой, люблю, знаешь ли, хорошие выдумки.
Роман кивнул.
— Твои подозрения и неверие пройдут, когда Лев восстанет из камеры, уж Льву-то ты доверяешь?
— Да я!!!
Роман чуть не задохнулся воплем, в котором мешались разные слова, включая такие, что если Льву не доверять, то кому вообще доверять можно?
— Ну вот, — усмехнулся Андрей и чуть повернул голову. — Уже скоро, вряд ли командир будет тянуть с извлечением Льва.
Глава 13
Роман все же спросил про фотографии и картины, а Андрей уже начал объяснять, когда прозвучал сигнал. Минуту спустя внутри подземной базы появились мужчина и женщина, причем, если судить по фотографиям, первый был из группы «Буревестник», а вторая — нет.
— Виталь, добрался! — раздался радостный возглас. — Елка, ну елки-палки!
— Однажды тебя прибьют, Спартак, за старые шутки, — тихий голосок.
Казалось, его обладательница и мухи не обидит. Выглядела она соответствующе, этаким невысоким, скромным и тихим смугловатым цветочком. Раненым цветочком, похоже, готовым свалиться.
— Услышал, что вы прорвались и рванул, пока новые не налетели, — ответил Виталь.
Он слегка сутулился, поводил плечами, словно там что-то кололо между лопаток. Роман ощутил на себе взгляды.
— А, это Дюша притащил, — бесцеремонно и нагло пояснил Спартак, от чего у Романа снова зачесались кулаки.
— Остальные?
— Остальные уже в дороге, — голос Алины. — Наша разведка будет здесь с минуты на минуту, остальных придется еще подождать.
— Я бы сказал, остальным придется подождать, так вернее, — донесся хриплый, отрывистый голос.
Все подобрались, а Роман так просто вытянулся, пожирая взглядом вошедшего в комнату генерала Льва Слуцкого. Лысина и лицо генерала влажно блестели, словно он только что купался, под выцветшей формой угадывались повязки, да что там, по новой расплывались кровавые пятна. Роман не сразу заметил, что генерала придерживает полковник Имангалиев, почтительно, твердо, почти незаметно, но все же поддерживает.
— А я говорил, — начал было Спартак.
— Тихо, — бросил Лев и майор Десновский замолчал. — Нет времени и сил. Готовьтесь драться.
Роман ничего не понял и, с некоторым злорадством, увидел, что часть группы «Буревестник», этих суперлюдей, тоже ничего не поняла.
— Да мы и так готовы, как подлетят поближе, — заговорила Алина.
— Нет, — оборвал ее Лев.
Он не говорил, а словно каркал, внутри генерала что-то хрипело и булькало. Романа раздирало изнутри, желанием броситься и отдать свою жизнь за Льва, и желанием отвести его обратно в неведомую камеру, лечиться, лечиться и лечиться до полного выздоровления. В то же время ноги не слушались его, не давали сделать шаг в сторону Льва, язык словно пересох и распух одновременно, ворочался толстой сосиской во рту.
— Готовьтесь к трансляции и попыткам ее заглушить, — продолжил Лев. — Вражеский флагман раскроет себя, это пригодится, когда будете улетать!
Улетать?
— Всем, кто не здесь — сигнал, не приближаться к Острову! Будет налет, отобьете его и возникнет окно, во время которого вам надо будет сесть в корабль и улетать с Земли.
— Невозможно!
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Неслыханно!
— Мы можем драться!
— Тихо! Вы можете и будете драться! — Лев чуть вскинул палец, но тут же опустил руку.
Несмотря на общую слабость и раны, голос его звучал энергично, убедительно, омывал Романа изнутри и словно возносил к небесам, укреплял боевой дух. Драться! Побить всех! Теперь, когда Лев с ними, они победят!
— Вы, группа «Буревестник», удерете от друньдау, вам это по силам и там, в космосе, наберете оружия, сил, союзников и вернетесь, чтобы освободить людей. Изнутри, своими силами это сделать невозможно! Но борьба продолжится! Асыл, ты возглавишь ее, вместе с теми, кто не в группе!
Роман увидел, что некоторые оборачиваются и смотрят на раненую Елану. Та не спешила возмущаться, да вообще никуда не спешила, сидела с видом смертельно уставшего и измученного человека.
— Это…
— Единственный выход! — оборвал Лев полковника Майтиева. — Все! Нет времени тратить его на споры!
Группа, похоже, была не согласна.
— А что будет с вами? — тихо спросила Алина за всех.
— Вы тут поглупели, похоже, за несколько часов, инопланетяне там излучатели на орбите не установили? — саркастично вопросил Лев. — Я останусь и дам бой, прикрывая вас, обе группы. Продолжая вещать в эфир, стягивая на себя врагов.
— Вы должны возглавлять Сопротивление!
— Да, — кивнул Асыл, — я останусь, а потом просто смоюсь, буквально.
— Во мне жизни на два часа и ту вы тратите зазря своими спорами! Бунт?!
Молчание и упрямая пауза, повисшее в зале настроение, которое Роман разделял. Оставить Льва на смерть? Что за бред?! Он должен жить и возглавить Сопротивление, потом майор Мумашев с группой вернутся, навалятся и перебьют всех инопланетных тварей, ну и просто тварей заодно, раз уж силы будут и все! Но без Льва?
— Для лечения нужны сутки, через два часа здесь будут друньдау и от острова останется только кусок расплавленной земли, — бросил Лев.
— Есть еще Катя! Просто больницы!
Да, пси-целительница, чудо-целительница, да, это выход, подумал Роман, ощущая, как внутри вспыхивает надежда.
— Есть, — согласился Лев, — но мы к ним просто не успеем. Нам всем дали второй шанс, и я свой потратил, когда проморгал этот заговор. Тихо. Я допустил ошибку и допущу еще в будущем и опять подведу, в этот раз уже Сопротивление.
Опять упрямая пауза и переглядывания. Майор Мумашев, наверняка, мог напасть и скрутить Льва, Роман прямо ощущал эти мысли в воздухе, как группа мысленно сговаривается о действиях. В этом всем опять было что-то выше грубой силы, что-то чего Роман до конца не понимал, только ощущал в глубине души. Словно решение вопроса силой было ошибочным.
— Если собрались бить — бейте, — бросил Лев, — или уступайте, время не ждет!
Да, инопланетяне все ближе, подумал Роман, завороженный происходящим. Он верил в Льва, всегда верил и восхищался им, и теперь все сомнения и подозрения в адрес майора Мумашева разлетелись и исчезли. Но все же Роман не мог принять идею того, что Лев, генерал Лев Слуцкий останется и погибнет. В этом было что-то настолько фундаментально неправильное, что мозг отказывался воспринимать подобные мысли.
— Необязательно жертвовать собой, — все же сказал полковник Майтиев.
— А кем тогда? — спросил Лев, хмуря брови, и глядя снизу вверх на полковника. — Полковником Имангалиевым? Майором Ивановой? Других тут нет и не должно быть, нечего гибнуть зазря!
— Вот именно!
— Так кого оставить? Выбирай? Хотя нет, не выбирай, — зло сказал Лев, — Асыл мне как сын, дороже сына, вы все мне как дети, что, жертвовать кем-то из вас?!
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Я могу! — шагнул вперед Роман. — Возьмите мою жизнь!
Все взгляды скрестились на нем, но Роман сейчас ощущал на себе только взгляд Льва. Несмотря на взгляды и такую обстановку и добровольный шаг навстречу смерти, внутри Романа что-то пело, взмывало к небесам, откуда тоже доносилась хриплая и суровая музыка.
