Нельзя умалить и роль в отмене смертной казни адвоката Донована. Не могу сказать, что бывший американский разведчик встал на сторону Абеля. Просто он проникся уважением к своему коллеге по ремеслу и честно выполнил обязанности адвоката. Он показал на суде, что Абель работал в интересах своего государства и не был предателем. Говорил защитник и о возможности обмена подсудимого на сотрудников разведки США, которые могли быть арестованы в Советском Союзе. Как бы там ни было, но определенное положительное влияние на общественное мнение оказали и зачитанные в суде письма жены и дочери разведчика. Ну и, конечно, сам Вильям Генрихович, спокойное поведение которого в ходе судебных слушаний контрастировало с действиями Хэйханена. Отвечая на вопросы, Вик потел, краснел, а в итого ушел с низко опущенной головой, оставив о себе, сам того не желая, впечатление предателя, развратника, пьяницы и негодяя.
— Почему американцы, в своей стране, где властвует закон, допустили так много ошибок процессуального характера во время ареста и следствия но делу Абеля?
— Уже в день ареста Рудольфа Ивановича перед Минюстом США стояла непростая задача: арестовать разведчика и предать суду как уголовного преступника или задержать как иностранца, незаконно въехавшего и проживающего в США. Судя по всему, они рассчитывали склонить Абеля к сотрудничеству, то есть к предательству, и огласка дела, тем более судебная перспектива, им была не нужна. Поэтому они и пошли на второй вариант, чем лишили себя законного юридического права использовать добытые в ходе ареста и обыска разведчика предметы в качестве доказательств, поскольку изъяли их с нарушением закона. Рассмотрением этой коллизии суд занимался три дня. В итоге судья Байерс все же отклонил ходатайство защиты. Тем самым он противопоставил закону политические интересы и, по существу, ушел от решения вопроса о процессуальных нарушениях при изъятии вещественных доказательств.
— Где, в каких тюрьмах и в каких условиях отбывал наказание Фишер, вернее — Абель?
— Сначала он сидел в Нью-Йоркской окружной тюрьме, затем в федеральной исправительной тюрьме города Атланта, недолго в камере техасской тюрьмы и других застенках. Практически всегда его помещали в блок для особо опасных преступников рядом с отъявленными негодяями. Условия были тяжелыми, среди заключенных — отпетые уголовники с огромным тюремным стажем, в том числе такие «уникальные» личности преступного мира, как главари итальянской мафии Фрэнк Костелло, Вито Дженовезе. Был среди уголовников и Робинсон — первый в истории США преступник, осужденный за киднеппинг. Он похитил дочку известного богача и требовал выкуп за ее возвращение. Преступника дважды осуждали на смертную казнь и оба раза меняли этот приговор на пожизненное заключение.
Нашего разведчика помещали и в одиночку, и в двухместную камеру, и в блок на восемь человек, но он всегда умел находить для себя интересное занятие и ладил с соседями. Попав в тюрьму Атланты, он работал уборщиком помещений, при тюремной администрации, выдавал бумагу, анкеты и другие стандартные бланки. После карантина работал художником в тюремной школе прикладного искусства. Помогали коротать время запятая математикой, живописью и шелкографией. Кстати, его рождественские открытки, исполненные в этой технике, неизменно пользовались спросом среди заключенных. Хотя у Абеля была язва желудка, он ни разу не пожаловался па плохое содержание, по иногда отказывался от пищи, когда продукты были совсем уж негодными. Так прошло более четырех лет.
«РУССКУЮ АКУЛУ МЫ ПОМЕНЯЛИ НА АМЕРИКАНСКУЮ САРДИНКУ»
Реальный шанс обмена Абеля появился после 1 мая 1960 года, когда в небе Свердловска наши ракетчики сбили американский самолет-разведчик У-2, а его пилот Фрэнсис Гарри Пауэрс был захвачен советскими спецслужбами. Вскоре в Москве состоялся открытый суд, который в США произвел эффект разорвавшейся бомбы. Рядовые американцы не могли поверить в то, что их страна, оплот демократии, так беззастенчиво и нагло проводит шпионские акции по сбору секретной информации в других государствах. Да еще и делает это с ведома президента!!! (Подробнее об этом—в очерке «Смерть его, как у Кощея Бессмертного, была на конце иглы». —Авт.)
Об уничтожении самолета-разведчика Абель узнал 7 мая из газеты, которую ему кто-то подбросил в камеру тюрьмы Люисберга, штат Пенсильвания. Уже вскоре узник почувствовал, что в его жизни наступают некоторые перемены к лучшему. После того как Фрэнсису Пауэрсу — летчику сбитого самолета — разрешили переписку с семьей, был спят запрет и на получение почтовой корреспонденции для нашего разведчика. И хоть письма шли около месяца, для Абеля каждая весть от жены и дочери была настоящим праздником.
«Милая Елена,—писал он жене,—наконец-то мне представилась первая возможность написать тебе и нашей дочери Лидии (так дома звали дочь Эвелину. — Авт.). Я искрение верю, что ты получишь это письмо и ответишь мне... Я сижу в тюрьме, осужден па 30 лет за шпионаж, пока нахожусь в федеральной тюрьме в городе Атланта, штат Джорджия... Пожалуйста, не переживай слишком о том, что произошло, подумай лучше о себе и надейся на скорую встречу... Передай от меня привет всем нашим друзьям. Еще раз прошу подумать о своем здоровье. Остаюсь с любовью к Вам Ваш муж и отец Рудольф».
Сложившаяся ситуация была использована и советской стороной. Вскоре на имя адвоката Донована пришло письмо от жены Рудольфа Ивановича, в котором опа интересовалось возможностью получить для своего мужа помилование или по крайней мере смягчение наказания. Благодаря своим личным связям и высокому авторитету Донован сумел показать письмо министру юстиции Роберту Кеннеди—младшему брату недавно избранного президента США Джона Кеннеди. Официальный ответ был категоричен—шансов на снижение срока осуждения нет. Однако на неофициальном уровне переписка продолжалась, поскольку советская сторона тоже предпринимала конкретные шаги к решению проблемы.
Вскоре в переписку с адвокатом вступил и двоюродный брат Абеля — мелкий служащий из ГДР Юрген Дривс. Вот когда еще раз сработала легенда, придуманная Вильямом Генриховичем Фишером в отношении его репатриации в Германию. Через свои оперативные возможности ЦРУ осуществило негласную проверку и убедилось: все верно, Юрген Дривс действительно проживает в Германской Демократической Республике и является родственником Абеля. И лишь совсем недавно выяснилось, что никакого Дривса не было и в помине. Просто его роль великолепно сыграл будущий руководитель нелегальной разведки КГБ СССР генерал Юрий Дроздов.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
