Читаем без скачивания Война 2030. Пожар Метрополии - Федор Березин

136. Моря, которые нас выбирают

Итак, бывший президент цельной когда-то Бразилии мог гордиться умелой стрельбой своего линкора. Однако наличие этого железного выходца из прошлого сейчас, в этом времени, явно входило в противоречие с законами всемерного торжества энтропии. Как же это прошлое могло непосредственно соприкасаться с настоящим? Здесь явно попахивало «машиной времени». Законы Вселенной не могли позволить осуществиться такому изобретению. Вселенная всесильна, но испарять по данному поводу весь планетарный рой, обращая ближнюю звезду карликом, было как-то не с руки. Срочно снести всю локальную геополитическую архитектуру, породившую данное противоречие, получалось гораздо более рациональным и объяснимым логикой способом.

Комбинация задействованных в этом участке Карибского моря фигур, по большому счету, представляла собой расставленное в красивые, взаимосвязанные узоры домино. Нужно было только тронуть какую-то из неустойчивых костяшек, и в движение приходила вся размещенная на столе акваторий и территорий конструкция. Что с того, если она не создавалась по взаимному плану? Принципы построения узоров совпадали у всех. Это были правила ведения войны. Кто-то скажет, что войны в двадцать первом веке ведутся без правил. Он будет не прав. Ограничители существуют всегда. Хотя бы законы физики, распространяющиеся на данное поколение оружия.

Может быть, кому-то не нравится привлечение к делу законов физики и космологии? Пожалуйста, пусть это будет называться «божественная справедливость».

Так вот, божественная справедливость вершилась. А поскольку предначертанные замыслы производятся человеческими помыслами, то есть руками и головами существ исходно не идеальными, то весь замысел должен для надежности скрепляться по известным даже людям принципам — дублированием систем. И естественно, каждая из систем, для той же общей надежности, обязана абсолютно не ведать о дубляже.

Так происходило и сейчас. Следуя полученной загодя инструкции, венесуэльский коммандер Хавьер Буэн привел в готовность ракето-торпедную начинку носовых торпедных аппаратов. Начатая бразильским линейным кораблем стрельба сняла с его лодки «Сиприано Кастро» последние ограничители. До сего момента ведущиеся на территории суши страны Панамы боевые действия происходили как бы автономно, сами по себе, однако теперь, с началом артиллерийского обстрела, они скачком распространились на окружающую акваторию. И кто знает, может быть, достаточно широко. Ведь если дальнобойность орудий «Дон Кихота» была относительно небольшой — хотя для такой стиснутой океанами страны, как Панама, больше и не требовалось, — то в его арсенале наличествовали еще и крылатые ракеты. Последнее обстоятельство расширяло ареал войны экспоненциально. И если для Хавьера Буэна начало стрельбы просто снимало давно мешающий внешний барьер, то для тех штабистов, что поставили этот самый барьер, активация «последнего броненосца» давала сейчас возможность убрать с поля очень опасную, стратегически важную фигуру не только этой, а всех будущих разборок регионального уровня. Сейчас было даже неважно, по кому конкретно вели стрельбу строенные калибры «Дон Кихота». Вероятность того, что снаряды выпущены по небольшой группе венесуэльских коммандос, которые теперь тоже бродили по лесам и горам Панамы, как обязательный символ что-то значащих в местном раскладе стран, была столь малой, что даже не бралась во внимание. Вполне может случиться, снаряды линкора разметали кого-то из сухопутных конкурентов Венесуэлы. Однако они не состояли с Лесной Бразилией ни в каких союзнических отношениях, так что даже если сейчас случайным образом атаке подверглись невольные союзники по штурму «Купера», кто гарантирует, что в другую секунду фортуна не переменится?

В общем, начало стрельбы послужило сигналом. Однако Хавьер Буэн и его на редкость грамотный для уровня Латинской Америки экипаж не успели.

— Командир, — доложил ему офицер-гидроакустик, — смотрите! Что-то по азимуту пять!

— Вот черт! — прокомментировал наблюдаемое на мониторе коммандер Буэн. — С «пуском» пока подождем.

Менее чем в двух милях от них воду вспарывали чужие, выпущенные неизвестно кем торпеды. Из простейшего расчета, тут же произведенного компьютером, выходило, что их целью является бразильский линкор.

— Это может быть кто-то из наших? — спросил старший помощник Либорио. Имелись в виду другие лодки Венесуэлы, первоначально задействованные в общей «завесе».

— Что там по характеристикам «рыб»? — поинтересовался у акустиков командир.

— Не слишком совпадает с характером наших, — пожал плечами лейтенант. Однако он не был уверен. У всего экипажа не имелось никакого боевого опыта.

— Сохраняем режим «молчания». «Бразилец» никуда не денется, — распорядился коммандер Хавьер Буэн, хотя прекрасно знал, что это не так. Кто-то более коварный и опытный уже украл у него из-под носа самую доблестную в жизни победу.

137. Выполнение команд

Так что все должно было пойти как по маслу. Как там выразились штабисты? «Мы знаем, что у вас нет соответствующего оборудования, лейтенант Арриго, но может быть, вы сумеете изобрести что-то на месте?» Конечно, сумеем, тыловые крысы, как же иначе. Хотя мы ваших офицерских «вест-пойнтов» не заканчивали, получили звездочки несколько иным путем, но тем не менее кое-чему служба, а главное реальная война научила. Ну что же, придется несколько попотеть. Тем более за счет наличия дамочки, явно какого-нибудь сверхценного специалиста по связи, Третьему Интернету или еще каким-то премудростям, дело представляется даже интересным. Разумеется, кое-кому из группы более захватывающим представляется «работа» с мужским контингентом, но Давид Арриго все-таки выходец с достаточно провинциального штата, ему эта не новомодная специализация половых приоритетов непонятна. С мужским большинством разбираться можно разве что по поводу убитых и раненых товарищей. Кстати, неплохо бы это поручить легкораненым. Хотя опасно, собственная увечность и не полностью загашенная медикаментами боль может снять некие тормоза. Тогда вместо конструктивного допроса получится инвалид. А штаб что-то темнит с транспортом, вдруг до исконного места придется еще топать и топать. Инвалидов надо будет транспортировать, пусть даже с помощью остальных пленных. А ведь их силы тоже требуется несколько экономить. От утерянного груза они избавились в период дождика, вдруг землица уже подсохла и ее придется ковырять с усилием? Да еще если от страха, или по дурости, не сразу укажут нужное место? Разумеется, Вашингтон предупредил, что исконное добро реагирует на датчик радиоактивности. Но мало ли что теперь творится в здешних местах? Ведь «Фенимор Купер» подорван бомбой относительно недалеко и недавно.

Итак, что могут эти связанные русские? Ну разве тянуть резину. Естественно, если бы они не требовались для каких-то вышестоящих целей, получилось бы сразу стрельнуть одного — двух. Тогда бы у остальных точно развязались языки. Но ограничения существуют, впрочем, как везде и всюду.

Кстати, по-правильному, может, действительно стоило бы перестрелять всех наличествующих здесь славян? Естественно, после нахождения груза — никак не до. И вовсе не для того, чтобы не осталось свидетелей пыток или там еще чего. И дело даже не в жизненном опыте последних времен, приобретенном Арриго в недавно развернувшейся гражданской войне. Просто не нравится, когда с трудом и потерянными навсегда солдатами захваченные враги вдруг снова оказываются супротив тебя с новенькими «плазмобоями». Ведь сам свидетель, что в Южной Африке всех присутствующих лиц загрузили в «Оспрей». Их же не выпускать повезли? Ведь отправили, как предполагалось, в некую специальную тюрьму. Неужели и на иностранцев, тем более наемников, тоже работают какие-то адвокатские штучки? По всей видимости, работают, раз они снова на поле боя.

Эдакие шахматы: смели с доски, а теперь расставили для переигрывания.

138. Новая морская формация

Вначале командира облобызал офицер боевого управления гидроакустическим постом. Потом, а может быть параллельно, это сделал старший офицер связи. Но когда это же осуществил матрос-специалист восьмого класса, отвечающий за управление перископом, командир подводного крейсера не выдержал.

— Все, будя! — сказал Лоджи Хеллер, аккуратно отодвигая в сторону любовно высунувшего язык подчиненного и размышляя, что раньше такое с ним мог проделать только домашний эльдельтерьер Гарри Поттер.

Однако доблестный экипаж нельзя было обижать, потому он воздержался от брезгливого вытирания щеки. Тем не менее, даже несмотря на столь резвые проявления чувств у окружающих, приподнятое настроение командира корабля не улетучилось. Видимо, сказывалась привычка. К тому же, радоваться действительно было от чего. Вся шестерка выпущенных «Голубым китом» торпед угодила в цель. Причем две трети из этой четверки составляли торпеды калибра шестьсот пятьдесят миллиметров. Доработка лодок типа «Огайо» крупнокалиберными аппаратами явно оправдалась. Без таких монстров «Голубой кит» не смог бы поразить гигантскую жертву одним залпом. Пришлось бы выдавать себя снова, и может быть, даже не один раз. Ведь целью являлся не какой-нибудь худосочный фрегат, а последний в мире линейный динозавр «Дон Кихот». Сколько торпед и бомб требовалось почти девяносто лет назад на потопление родичей этого монстра?