Читаем без скачивания Звездный путь (сборник). Том 4 - Джеймс Блиш

— Сожалею, мистер Мэйхью, — расстроено сказал Гримс. — Сочувствую вам. Я зайду к вам попозже. Но мы сейчас пытаемся взять корабль на буксир, и я занят.

— Я… я понял, сэр.

Гримс устало откинулся в своем кресле и не без зависти наблюдал, как Уильямс осторожно расположил “Мамелют” перед чужим кораблем и погасил скорость. Выдвинулись выносные стойки, и буксир слегка вздрогнул, когда мощные тяжелые электромагниты были отстрелены в сторону “Эсминца”.

Электромагниты намертво прикрепились к его корпусу, и помощник начал осторожное маневрирование. Он запустил двигатели, но вместо того, чтобы развернуться на месте, сцепленные корабли стали описывать широкую дугу, по которой они и повернулись в сторону Лорна.

Гримс не удержался и спросил:

— К чему такой расход топлива и времени? Разве обязательно, чтобы буксируемый корабль летел все время носом вперед?

— Простая предосторожность, шеф. Всегда лучше, когда люди на буксируемом судне видят, куда летят.

— Но ведь там, похоже, нет ни одного человека — по крайней мере живого.

— Ну так мы можем туда кого-нибудь послать, шеф.

Гримс подумал о радиоактивности, но потом решил, что стоит рискнуть.

— Нужно же нам хоть что-нибудь узнать, — сказала ему Соня.

Глава VI

Теоретически любой человек в защитном от радиации обмундировании может заниматься тяжелым физическим трудом. Практически это может лишь хорошо натренированный человек. Пендин, второй инженер “Мамелюта”, был именно таким человеком. Естественно, был к этому готов и мистер Уильямс, но Гримс настоял на том, чтобы помощник остался на борту, в то время как он, Соня и второй инженер попытаются проникнуть внутрь брошенного корабля.

Вскоре, оказавшись на поверхности “Эсминца”, Гримс был вынужден приказать Уильямсу выключить двигатели из-за трудностей передвижения. К тому же они уже развили достаточную скорость и теперь не удалялись, а приближались к Лорну.

Но даже в невесомости двигаться было тяжело. Скафандр с противорадиационной защитой был настолько тяжелым, а соединения подвижных частей — тугими, что двигаться приходилось с большим трудом, постоянно преодолевая силу инерции. Гримсу приходилось тяжело вдвойне: он не мог выдать двум своим товарищам свое истинное состояние, и ему приходилось прилагать усилия, чтобы они не заметили по его голосу усталости.

С огромным облегчением он наконец заметил люк шлюзового отверстия. Найти его было не просто, поскольку отсутствовали какие-либо внешние детали, а сам люк представлял из себя тончайшую щель, описывавшую круг диаметром около семи футов. Щель была настолько узка, что не было никакой возможности просунуть туда какой-нибудь инструмент.

— Попросить, чтоб прислали колокол, сэр? — спросил Пендин. Его низкий голос заставил Гримса вздрогнуть от неожиданности.

— Колокол? Да, да, конечно. Займитесь этим, мистер Пендин.

— Эл Биллу, — услышал Гримс в своих наушниках. — Как слышишь меня? Прием.

— Билл Элу. Слышу отлично. Чем могу помочь?

— Мы нашли шлюзовую камеру. Но нам нужен колокол.

— Сейчас отправлю.

— Пришли еще режущий инструмент.

— Понял. Ждите.

— Когда-нибудь сталкивались с колоколами Лавертона, сэр? — голос Пендина был не таким почтительным, как это полагалось.

— Пока еще не приходилось.

— Я сталкивалась, — сказала Соня.

— Отлично. Значит, вы знаете, что нам нужно делать.

Взглянув на “Мамелют”, Гримс увидел, как что-то громоздкое стало медленно приближаться вдоль связывавшего корабли троса. Он направился за остальными к носу корабля, но остался стоять, пока они отцепляли связку приборов от провода. Подойдя к ним, он хотел помочь, но они не обращали на него внимания.

Вернувшись обратно к люку, Соня и Пендин быстро и ловко начали развязывать тросы и вскоре раскрыли сверток из жесткого пластика, в котором находились баллон с газом, лазерный нож и толстый тюбик с клеем. Соня, не дожидаясь инструкций, тут же взяла его и, сняв пробку, провела линию клеем вокруг люка. После этого все трое, встав в центр круга, развернули над собой пластик, который действительно по форме напоминал большой колокол. Затем Гримс и Пендин поддерживали тент, а Соня еще раз промазывала края клеем и присоединяла их к корпусу ракеты.

— Стойте где стоите, сэр, — сказал инженер Гримсу и присел на корточки возле баллона с газом. Он открутил вентиль, и струя вырвалась из баллона, исчезая в пустоте. Стены колокола стали надуваться под давлением. Наконец атмосфера под этим колпаком стала настолько плотной, что отчетливо доносилось шипение, с которым газ вырывался из баллона.

— Ладно, хватит, — сказал Пендин, глядя на манометр и решительно завернул ручку крана. — Как там с герметичностью, Соня?

— Все в порядке, Эл, — ответила она.

— Отлично.

Жирным карандашом он начертил в центре люка отверстие, достаточное по размеру, чтобы туда прошел человек в скафандре. Затем он взял лазерный нож, направил его вниз и нажал кнопку включения. Ярко вспыхнул фонтан жидкого и испаряющегося разрезаемого металла, осветив тесное пространство внутри колокола. Казалось, что жар был неимоверный — или это была только иллюзия? Пендин выключил свой огнережущий инструмент и встал на ноги. Оторвав магнитную подошву правой ноги от поверхности корабля, он с силой ударил по вырезанному кругу, оплавившиеся края которого еще светились тусклым красноватым светом. Со звоном круг вылетел внутрь и ударился о вторую дверь шлюзовой камеры. Перед ними было большое зияющее черное отверстие с неровными краями…

Гримс первый вошел внутрь чужого корабля. За ним пролезли сквозь отверстие Соня и Пендин. Возле внутренней двери виднелся запирающий маховик. Повернуть его не удавалось, пока Гримс не попробовал крутить в другую сторону — оказалось, что на нем левая резьба. За внутренней дверью был коридор, а в нем стоял человек.

Гримс выхватил пистолет из кобуры со скоростью, которую трудно было ожидать от человека, одетого в костюм радиационной защиты. Но тот был мертв. Гримс медленно опустил свое орудие на место.

На лице и теле человека были явно видны следы разложения. Радиация убила его, но не смогла уничтожить находившихся в его теле микроорганизмов. Его магнитные ботинки прочно удерживали его на полу, и даже во время маневров, когда корабль был взят на буксир, он не сдвинулся с места.

Он был мертв, и его голое по пояс, распухшее багрово-красное тело производило устрашающее впечатление… И Гримс вдруг стал благодарен своему тяжелому, неудобному, но такому надежному скафандру, который он недавно проклинал и который защищал его теперь от всех напастей.

Осторожно, даже с нежностью, он поднял тело за талию и переставил в сторону от прохода.

— Мы должны быть неподалеку от машинного отсека, — наконец прервала молчание Соня.

— Да, — согласился Гримс. — Надеюсь, здесь есть продольная осевая шахта. По крайней мере, по ней мы легко доберемся до контрольной рубки.

— Начать расследование действительно лучше всего оттуда, — сказала она.

Они отправились вдоль коридора, для экономии движений предпочитая лететь, отталкиваясь руками от стен. Чутье безошибочно вело их в нужную сторону. Несколько раз им встречались на пути трупы мужчин и женщин, застывшие в самых неожиданных позах, и похожие на чудовищных водяных или утопленников. Стараясь не смотреть на них, так же, как и на встречавшихся мертвых детей, они наконец попали в радиальный тоннель, который вывел их прямо к осевой шахте. Они направились в сторону носа корабля, отталкиваясь от центрального стержня внутри спирали винтовой лестницы, предусмотренной на случай ускорения при включенных двигателях. Конец тоннеля расширился, там находилось несколько люков, но все они были заперты. Пендин включил свой лазерный нож и вскрыл центральный из них. Они попали прямо в контрольную рубку.

Глава VII

В контрольной рубке также были тела. Три мертвых мужчины и три мертвых женщины, которые находились пристегнутые в своих креслах. Как и остальные, они были уже слишком тронуты разложением.

Гримс пытался игнорировать эти ужасные, багровые распухшие фигуры. Он ничем не мог им помочь. Вернуть их к жизни было невозможно.

Он стал изучать приборные панели, за которыми сидели погибшие члены экипажа. На первый взгляд все было похоже на типичные приборы управления межзвездного корабля — белые деления возле ручек и циферблатов, расчерченные и пронумерованные арабскими цифрами квадраты на экранах, красные, зеленые и белые контрольные лампы, которые, казалось, должны были ожить, стоило пустить ток… На первый взгляд, все было похоже, но с небольшими странными изменениями в местоположениях приборов — нормальному человеку это показалось бы очень неудобным. В одном месте он обнаружил надпись: “МИНСХИНН СИСТИМИ”. Но кто, спрашивал он про себя, какая людская раса построила этот корабль, который вполне мог летать в составе Флота Патрульной Службы или Конфедерации Приграничных Планет? Кто заменил все гласные в своем алфавите на эту вездесущую “И”?