Пока я говорила, Джозеф прошел через кухню и без приглашения объявился в холле. Он был одет в лучшее воскресное платье и сохранял на лице самую что ни на есть торжественную и кислую мину. Держа шляпу в руке, он тщательно вытирал ноги о коврик.
– Добрый вечер, Джозеф, – холодно произнесла я. – Какое дело привело тебя к нам этой ночью?
– Мне с мистером Линтоном поговорить надобно, – заявил он, нагло отстраняя меня.
– Мистер Линтон готовится отойти ко сну. Уверена, он не захочет с тобой разговаривать, если только ты не намерен сообщить нечто действительно важное, – продолжала я. – Лучше сядь и изложи свое дело мне.
– И какая тут его комната будет? – словно не слыша меня, спросил Джозеф, оглядывая ряд закрытых дверей.
Я поняла, что он не расположен действовать через меня, и крайне неохотно поднялась в библиотеку, где доложила хозяину о неурочном посетителе и посоветовала отослать его обратно до завтра. Но не успел мистер Линтон дать мне соответствующие указания, как Джозеф, следуя за мной по пятам, буквально ввалился в библиотеку, без приглашения уселся у дальнего конца стола, сложил руки на набалдашнике своей трости и заговорил воинственным тоном, как будто ожидая, что ему будут возражать:
– Хитклиф послал меня за своим мальцом и наказал без него не возвращаться.
Эдгар Линтон с минуту хранил молчание, лицо его все сильнее заволакивала тень печали. Ему и так было жалко сироту, но, памятуя надежды и страхи Изабеллы, прямо высказанное ею желание, чтобы мальчик всегда оставался на его попечении, он еще пуще страдал от того, что должен будет отступиться от племянника, и ломал голову над тем, как бы оставить ребенка при себе. Но ничего путного придумать не удавалось: если бы Эдгар проявил хоть малейшее стремление не отпускать юного Линтона, отец, заявивший на мальчика свои права, поставил бы еще более жесткие условия. Ничего не оставалось, как только подчиниться. Однако в любом случае мой хозяин не собирался будить ребенка посреди ночи.
– Передай мистеру Хитклифу, – спокойно проговорил он, – что его сына доставят на Грозовой Перевал завтра. Он уже в постели и не в силах вновь пуститься в путь после долгого путешествия. И еще скажи своему хозяину, что мать Линтона хотела оставить его под моей опекой и что сейчас здоровье ребенка остается очень хрупким.
– Ну, не-ет! – протянул Джозеф, стуча тростью в пол и напуская на себя властный вид. – И не рассчитывайте! Хитклифу ни его мамаша покойная, ни вы – не указ! Ему нужен его парнишка, и я его должен к нему доставить, а больше вам и знать ничего не требуется.
– Сегодня он мальчика не получит! – твердо отвечал Линтон. – Ступай вниз по лестнице и не останавливайся, пока не доберешься до своего хозяина и не передашь ему мои слова. Эллен, проводи посетителя!
И, подхватив возмущенного старика под руку, он выпроводил его из комнаты и захлопнул за ним дверь.
– Вот так славненько! – слышались крики Джозефа, пока он медленно выбирался из нашего дома. – Завтрева хозяин самолично сюда явится, а вы выгоняйте его, если хватит духу!
Глава 20
Дабы обезопасить нас от этой угрозы, мистер Линтон велел мне рано утром отвезти мальчика на Грозовой Перевал на пони мисс Кэти. Он сказал:
– Поскольку нам больше не суждено оказывать никакого влияния на его судьбу – ни хорошего, ни дурного, – ты не должна говорить моей дочери, куда он уехал. Отныне ей не следует общаться с ним, посему пусть пребывает в неведении о том, что он будет жить по соседству, иначе Кэти потеряет покой и будет рваться на Грозовой Перевал. Просто скажи ей, что отец Линтона неожиданно прислал за ним и мальчику пришлось от нас уехать.
Маленькому Линтону совсем не хотелось вставать, когда его подняли с постели в пять утра, и он удивился, узнав, что его ждет еще одно путешествие. Чтобы немного сгладить впечатление от столь поспешного отъезда, я сказала, что ему предстоит провести какое-то время со своим отцом – мистером Хитклифом, – который жить не может без сына, равно как и ждать, пока мальчик отдохнет после дальней дороги.
– С отцом? – в странном недоумении воскликнул он. – Но мама никогда не говорила мне, что у меня есть отец. Где он живет? Я не хочу к нему ехать, хочу остаться с дядей.
– Он живет недалеко отсюда, – ответила я, – сразу за теми горами. Когда окрепнете, сможете приходить к нам в гости, тут пешком добраться можно. И вы должны радоваться, что отправляетесь в свой дом и увидите отца. Постарайтесь полюбить его, как любили вашу мать, и тогда он вас тоже полюбит.
– Но почему я раньше ничего о нем не слыхал? – спросил Линтон. – Почему он не жил вместе с мамой, как живут другие родители?
– У него были дела на севере, которые его здесь держали, – ответила я, – а здоровье вашей матушки требовало, чтобы она постоянно жила на юге.
– Почему же мама мне ничего о нем не рассказывала? – настаивал ребенок. – Она часто говорила о дяде, да так хорошо, что я полюбил его уже давно. Как же мне полюбить папу? Я его совсем не знаю.
– Все дети любят своих родителей, – наставительно сказала я. – Должно быть, ваша мама боялась, что вы будете проситься к отцу, если она будет много о нем говорить. Однако вам пора вставать. Проехаться верхом таким чудесным утром куда лучше, чем проспать лишний час.
– А она с нами поедет? – спросил он. – Та девочка, с которой я вчера познакомился?
– Не сегодня, – ответила я.
– А дядя? – продолжал мальчик свои расспросы.
– Нет. В этой поездке вас буду сопровождать я.
Линтон откинулся на подушки и впал в глубокое раздумье.
– Я без дяди не поеду, – заявил он наконец. – Мало ли куда ты меня завезешь!
Я попыталась убедить его в том, что негоже увиливать от встречи с отцом, но мальчик упорно не желал одеваться. Мне пришлось призвать на помощь хозяина, чтобы тот выманил племянника из постели. Бедняжка встал, только наслушавшись наших лживых уверений, что он покидает усадьбу лишь на время и что мистер Эрншо и Кэти будут навещать его. Каюсь, что надавала ему еще целый ворох разных пустых обещаний, которые я придумывала на ходу, пока одевала его и сопровождала по дороге на Перевал. Понемногу чистый воздух, напоенный ароматами вереска, яркое солнышко и ровный бег Минни развеяли тоску мальчика. Он начал расспрашивать о своем новом доме и его обитателях с растущим интересом и живостью.
– Скажи мне, Грозовой Перевал – такое же приятное место, как усадьба «Скворцы»? – спросил он, бросив прощальный взгляд на долину, откуда поднимался легкий туман, затягивавший голубую линию горизонта.
– Там нет такого парка, как в усадьбе, – ответила я, – и дом гораздо меньше, но, как сами видите, места здесь сказочные. Да и воздух лучше вам подходит – он чище и суше. Может, сначала дом вам покажется старым и мрачным, но он считается вторым в округе после нашей усадьбы и к нему относятся с почтением. Представьте себе, какие вас ждут приятные прогулки по вересковым пустошам. Гэртон Эрншо – а он тоже приходится двоюродным братом мисс Кэти, значит и вам родственник – покажет вам чудесные уголки. В хорошую погоду сможете посидеть с книгой на зеленом лугу или еще чем заняться, а время от времени будете гулять с дядей, он любит побродить в горах.
