— Н-нет, — бормочу я, сбитая с толку. — Я бы не сказала.
— Это как… метафора. Ты думаешь, что волен идти куда заблагорассудится. Но на самом деле… — он проводит пальцем линию по столу, — ты под жестким контролем. Вверх-вниз. Налево-направо. Ничего между. Другого выбора нет.
— Правильно… Абсолютно. Люк, дело в том, что…
— Жизнь должна быть открытым пространством, Бекки. Человек должен иметь возможность идти туда, куда он сам выберет.
— Полагаю…
— Я прошел сегодня от одного конца острова до другого.
— Серьезно? — Я во все глаза смотрю на него. — А… зачем?
— И меня повсюду окружали деловые здания. Солнечный свет ударялся о зеркальные стекла окон. Отражался то туда, то обратно.
— Звучит красиво, — невпопад брякаю я.
— Понимаешь, о чем я? — Люк устремляет на меня пронизывающий взгляд, и вдруг я замечаю глубокие тени у него под глазами. До чего же он изможден! — Солнечный свет врывается на Манхэттен… и оказывается в западне. В западне в своем собственном мире, отбрасываемый туда-обратно, и для него нет избавления.
— Пожалуй, да… Только ведь… бывает же иногда дождь, разве нет?
— И с людьми точно так же.
— Правда?
— Таков тот мир, в котором мы живем сейчас. Самоотражающийся. Самопоглощенный. В конечном счете бесцельный. Возьми того парня в больнице. Тридцать три года — и сердечный приступ. А если бы он умер? Считалась бы его жизнь осмысленной?
— Гм…
— А есть ли смысл в моей жизни? Только честно, Бекки. Посмотри на меня и ответь.
— Ну… ясное дело, есть!
— Чушь собачья! — Люк хватает лежащий рядом пресс-релиз «Брендон Комьюникейшнс» и сверлит его взглядом. — Вот что такое моя жизнь. Бестолковые обрывки информации. — И, к моему потрясению, принимается рвать несчастный лист на части. — Бестолковые долбаные клочья бумаги!
Вдруг я замечаю, что заодно он уничтожает наше уведомление о совместном счете из банка.
— Люк! Это наше уведомление!
— Ну и что? На кой оно нужно? Кучка дурацких цифр! Кому они сдались!
— Но… но…
— Кому это все сдалось! — Люк швыряет обрывки на пол, и я усилием воли заставляю себя не нагнуться за ними. — Бекки, как ты права!
— Я права? — с тревогой спрашиваю я. Господи помилуй!
Что-то тут очень даже не так.
— Всеми нами руководит материализм. Мы помешаны на успехе. На деньгах. На том, чтобы произвести впечатление на людей, которым так и будем безразличны, что бы мы ни… — Люк прерывается, тяжело дыша. — Если что-то имеет значение, так это гуманность. Мы не знаем бездомных людей! Не знаем боливийских крестьян. А следовало бы!
— Крестьян… конечно, — бормочу я после паузы. — Но все-таки…
— Кое-что, что ты сказала однажды, целый день крутится у меня в голове. И я не могу этого забыть.
— Что именно? — нервно спрашиваю я.
— Ты сказала… — Люк умолкает, точно пытаясь припомнить точные слова. — Сказала, что мы слишком ненадолго на этой планете. А когда приблизится конец — что будет иметь большее значение? Знать, что сошлось несколько ничего не значащих цифр, — или знать, что ты был именно таким человеком, каким и хотел быть?
Я пялюсь на него, разинув рот.
— Но… но я же просто навыдумывала! Я же не серьезно…
— Я не тот человек, каким мне хотелось бы быть, Бекки. И не думаю, что когда-нибудь был таким человеком. У меня были шоры на глазах. Я был одержим не теми вещами…
— Да ладно тебе! — Я ободряюще стискиваю его руку. — Ты — Люк Брендон! Ты успешный, красивый, богатый…
— Я не тот, кем мне следовало стать. Беда в том, что я вообще не знаю, что это за человек. Не знаю, кем я хочу быть… что я хочу сделать с собственной жизнью… какую тропинку избрать… — Люк наклоняется вперед и обхватывает голову руками. — Бекки, мне нужно столько ответов!
С ума сойти! У Люка кризис среднего возраста.
Второй объединенный банк
Уолл-стрит, 300
Нью-Йорк
Миз Ребекке Блумвуд
Одиннадцатая Вест-стрит, 251,
апартаменты Б
Нью-Йорк
23 мая 2002 года.
Дорогая миз Блумвуд.
Спасибо за Ваше письмо от 23 мая. Я рад тому, что Вы начинаете воспринимать меня как хорошего друга, и, отвечая на Ваш вопрос, сообщаю, что день рождения у меня 31 октября.
Я также согласен с тем, что свадьбы — событие дорогостоящее. Однако, к сожалению, у меня нет возможности в настоящее время повысить ваш лимитный кредит с $ 5000 до $ 105 000.
Вместо этого я могу предложить повышение Вашего кредита до $ 6000 и надеюсь, что это Вам поможет.
Искренне Ваш Уолт Питман,начальник отдела по работе с клиентами.
ЗВЕЗДЫ КАК МЫ
Агентство двойников знаменитостей
24-я ВЕСТ-СТРИТ, 152
НЬЮ-ЙОРК
Мисс Ребекке Блумвуд
Одиннадцатая Вест-стрит, 251,
апартаменты Б
Нью-Йорк
28 мая 2002 года.
Дорогая Ребекка.
Спасибо за Ваше письмо и фотографии. К сожалению, вынуждена сообщить, что мы не смогли подыскать двойника ни Вам, ни Вашему жениху. Также должна сказать, что большинство наших клиентов не пожелало бы вступать в брак друг с другом, даже за «приличную плату», как Вы упомянули.
Впрочем, бывают исключения, и, если сделка состоится, наш двойник Ала Гора был бы готов жениться на двойнике Шарлин Тилтон.
Пожалуйста, сообщите, если это Вас устроит.
Искренне Ваша Кэнди Блуменкранц, директор.
Дрейкфорд-роуд, 49
Поттерз-бар Гертфордшир
27 мая 2002 года.
Мистер Малькольм Блумвуд от души благодарит миссис Элинор Шерман за ее любезное приглашение на свадьбу Бекки и Люка в отеле «Плаза» 22 июня. К сожалению, он вынужден отклонить его, так как сломал ногу.
«Дубы»
Элтон-роуд, 41
Оксшотт
Суррей
27 мая 2002 года.
Мистер и миссис Мартин Вебстер от души благодарят миссис Элинор Шерман за ее любезное приглашение на свадьбу Бекки и Люка в отеле «Плаза» 22 июня. К сожалению, они вынуждены отклонить его, так как оба подхватили ангину.
Фокстрот-уэй, 9
Рейгет Суррей
27 мая 2002 года.
Мистер и миссис Том Вебстер от души благодарят миссис Элинор Шерман за ее любезное приглашение на свадьбу Бекки и Люка в отеле «Плаза» 22 июня, К сожалению, они вынуждены отклонить его, так как у них умерла собака.
16
Это уже не шутки. Люк неделю не появляется на работе. И не бреется. Уходит из дома, шастает бог знает где, возвращается только под утро, и, как правило, поддатый. А вчера я обнаружила, что он раздал всю свою обувь бродягам.
