Читаем без скачивания Кондор принимает вызов - Соболев Викторович

  - Спасибо, Елена Владимировна, дальше сами управимся.

  Голос принадлежал молодому плечистому мужчине, примерно такого же возраста и комплекции, что и Бушмин. Очевидно, один из подчиненных Станислава Романыча.

  - Посветите себе фонариком, - произнес женский голос. - Над верстаком стенд с инструментами... Нашли? Он прикреплен к пробкам в стене шурупами, нужно их вывернуть. А в стену вмурован сейф, надо только обшивку снять...

  Бушмин обозвал себя в душе кретином. Мог бы и сам допереть, что в доме оборудован тайник. Хотя, по правде говоря, у него уже голова трещит от всех этих разом свалившихся на него чужих секретов. Как будто специально для него раз за разом срывают покровы со зловещих тайн. Вот только зачем? Какую, интересно знать, миссию ему предстоит выполнить в будущем?

  - Сергей Михалыч и ты, Леонид, вы пока займитесь сейфом... Пойдем, Лена, покалякаем с тобой наедине.

  Ориентируясь на голоса, Бушмин сместился чуть вправо. Распластался на полу. Слух у него в последнее время обострился, став поистине сверхчеловеческим. И пусть ему не удалось подслушать весь разговор целиком, обрывки прозвучавших фраз позволили составить представление о цели приезда этих людей.

  - Лена, ты в курсе, чем занимался твой отец... последние год полтора своей жизни?

  - Только в общих чертах. До середины девяносто четвертого года он работал в Комиссии по поискам музейных ценностей... Экспедиции и приборная разведка в районе Ланге Райе, на Штайндамм и на территории бывшей пивоварни "Понартер"...

  - Эти версии проверяли, наверное, уже по десятому разу...

  - Да, отец тоже был недоволен. Говорил, что это заколдованный круг... С конца восьмидесятых ощущается сильнейшее давление извне, часть материалов комиссии вначале засекретили, затем и вовсе изъяли и отправили в московские архивы...

  - ...исчезли с концами.

  - Да, я слышала об этом. Короче говоря, отец вышел из состава комиссии и предпринял собственное расследование...

  - И с тех пор он стал плотно контачить с некоторыми чинами из военной разведки... Почему, кстати, ты так долго держала у себя отцов архив? И почему не передала его людям из ГРУ?

  - Большую часть архива отец сам перевез в Москву, здесь хранился лишь мизер... Из военной разведки я знала троих, через отца, естественно... Они поочередно приезжали из Москвы, гостили у нас по нескольку суток и о чем то наедине переговаривались с отцом... Но после смерти папы никто из них здесь не появлялся. Мало того, один из них, в самых высоких чинах, через несколько дней погиб в странной автокатастрофе...

  - Я знаю, о ком ты говоришь... А остальные двое?

  - Одному из них я позвонила недели через две после смерти отца. Он заявил, что не знает никакого Розанова, и попросил его больше не беспокоить. А второго я разыскать так и не смогла, поскольку он больше не работает в этом ведомстве...

  - И ты решила довериться мне?

  - Отец часто вас вспоминал... Говорил, жаль, что Станислава Романыча в Москву перевели. Вы были единственный, кому он доверял из местных работников органов... К тому же после нашей беседы о местных янтарных промыслах я подумала, что будет лучше всего, если я передам остаток отцовского архива именно вам...

  - Спасибо за доверие, Лена... Ты сама хоть смотрела эти бумаги?

  - ...три общие тетради, а в них квинтэссенция исследовательских работ, которыми отец занимался на протяжении последних двух десятилетий. Первую тему я бы назвала исторической... Отслеживая судьбу вывезенных нацистами с территории СССР и Восточной Европы ценностей, отец выявил три основных "грузопотока": пограничье Австрии и Южной Германии, собственно материнская Германия и район Восточной Пруссии. Причем последний маршрут был преобладающим, в чем прослеживается личный интерес таких "супернаци", как Геринг и Эрих Кох... Из того, что было вывезено в район Кенигсберга, до сих пор не найдено почти ничего... И еще интересный факт. Какое то время в Кенигсберге дислоцировалось узкоспециализированное строительное подразделение, находившееся под опекой "черных" СС. Именно эти строители возводили в свое время подземные ставки под Смоленском, Винницей и знаменитую "Вольфшанце"...

  - Я слышу об этом впервые.

  - Я и сама не знаю, откуда папа раздобыл эти сведения, возможно, через свои контакты в спецслужбах и архивах Минобороны... В остальных двух тетрадях он комментирует основные версии комиссии о возможном местонахождении царскосельской Янтарной комнаты и излагает собственную версию, объясняющую бесплодность многолетних поисков похищенных нацистами ценностей... Записи сделаны при помощи стенографии, а фамилии некоторых известных людей зашифрованы. Если потребуется нужда в комментариях, я всегда к вашим услугам... И если вам понадобится внештатный эксперт, я готова к сотрудничеству. Не хочу бахвалиться, Станислав Романыч, но лучше меня вы все равно никого не найдете...

  - О хо хо... Ну и задала ты мне загадку, Лена Розанова... Во первых, я не говорил, что мы собираемся разматывать этот чертов клубок. И если я задал тебе несколько вопросов как специалисту по янтарным промыслам, то это еще ровным счетом ничего не значит...

  - Я все понимаю... Вас сковывает служебный долг. Ноя ведь не прошу, чтобы вы раскрыли мне свои ведомственные тайны. Я предлагаю вам свою добровольную помощь. И это мое предложение вас абсолютно ни к чему не обязывает...

  - Приятно иметь дело с умным человеком. Лена, мне вскоре предстоит небольшая служебная командировка в столицу. Если не возражаешь, более предметно поговорим на следующей неделе...

  * * *

  Визитеры долго здесь не задержались. Опустошили тайник, уложив его содержимое в обычный кейс, и отбыли восвояси, заперев после себя все замки и запоры.

  Какое то время после их отъезда Бушмин пребывал в глубокой задумчивости. Он по прежнему не верил официальным властям. Он не верил в то, что правоохранительные органы способны выявить в ходе следствия истинных виновников гибели Ивана Демченко и Александра Прохорова. В этом вопросе он не питал никаких иллюзий. Он предпочитал оставаться реалистом и именно по этой причине в этой ситуации мог надеяться только на себя, да еще на тех людей, в ком был уверен как в самом себе.

  Список таких личностей сегодня значительно пополнился. Если еще несколькими часами ранее Бушмин колебался, стоит ли ему в будущем сотрудничать с Белицким и его людьми, то теперь его сомнения развеялись. У него даже пропало чувство одиночества, преследовавшее все последние дни.

  И еще у него возникло стойкое предчувствие, что в недалеком будущем ему предстоит более тесно познакомиться с этой удивительной молодой женщиной. Кажется, у них немало общего. Когда нибудь их пути обязательно должны пересечься. И тогда, возможно, у него появится шанс избавиться от "черного человека", глазами которого нынче он смотрит на окружающий мир.

  Проследив при помощи оптики за процедурой пересменки вначале на предприятии водозабора, а затем и на "точке", Бушмин уже в густых сумерках выбрался в соседний микрорайон.

  Сунул в прорезь таксофона магнитную карточку. Пробежался пальцем по кнопкам. И сделал короткое сообщение:

  - Готовность - двадцать четыре часа.

  Глава 3

  К двум часам пополудни часть личного состава отдела спецопераций была спешно переброшена на базу управления в Больших Прудах, известную в обиходе как Пятый форт. Дюжина сотрудников подразделения, доставленных на территорию базы двумя микроавтобусами, вначале сменила цивильную одежду на экипировку бойцов "антитеррора", а затем под присмотром инструктора занялась проверкой и подгонкой спецснаряжения.

  Спустя короткое время из информационного центра фирмы поступил лаконичный приказ: начальнику подразделения срочно явиться к Первому. Оставив за себя старшим Лупарева и прихватив с собой "на всякий пожарный" Круглова, Долматов тотчас выехал в управление.

  * * *

  - Разрешите, товарищ генерал?

  Как Долматов и предполагал, в кабинете начальника оказался и его первый зам. Вид у них был озабоченный. Как у опытных хирургов, которым предстоит провести сложнейшую операцию.

  - Присаживайтесь, Алексей Николаевич. - Тихомиров кивнул на ближайший к нему стул. - Есть сдельная работа. Как раз по вашему профилю.

  Долматов уселся напротив Кульчего, выложив на зеленое сукно стола сцепленные кисти рук. Пал Семеныч даже не поднял на него глаз - кажется, он всецело погружен в какие то тревожные мысли.

  В повисшей тишине отчетливо слышался ход маятника напольных часов. Неприятно зудел глубокий шрам на лице - отметина четырехлетней давности. Он тогда лично "зачистил" двух местных спецов, приложивших руку к безвременной кончине предшественника Тихомирова. Чтобы не оставалось никаких концов. Пришил их на конспиративной квартире, когда делили общий гонорар. Один, правда, успел огрызнуться огнем - пуля оставила сабельный след после себя. Но на этом все и закончилось, в том числе и дележка, - весь гонорар, с разрешения Кульчего, Долматов оставил себе.