— Что мне очень интересно, — начал Крид, вытянув свои длинные ноги и скрестив их, — так это, почему ты не умер?
— Я мог бы задать тебе тот же вопрос, — ухмыльнувшись отпарировал Стилман. Он покопался в кармане рубашки и достал сигару. — Теперь не оборачивайся, потому что я чувствую, что девчонка вот-вот появится. Мне не хочется, чтобы она меня заметила, а ты меня прикроешь. Ты моя приманка, понимаешь?
— И что, ты предполагаешь, она подумает, увидев меня, сидящим вот так на солнцепеке, что я принимаю солнечные ванны? Я не из тех. Дай мне сесть на коня или…
— Никаких трюков, Браттон. Я это тоже продумал. Вот. — Он вставил незажженную сигару в рот Крида. — Ты же куришь. Я видел. Когда она почувствует дым сигары, она подумает, что ты сидишь здесь, куришь и наслаждаешься жизнью. — Довольный собой, Стилман добавил: — Я бы мог заставить ее думать, что кошка разодрала тебя, но она может испугаться. А если она увидит, что все в порядке, она обязательно подойдет.
Зная Ганну, Крид был уверен, что Стилман прав. Он пошевелил руками, проверяя прочность кожаной повязки вокруг его запястий. Она была тугой. Его пальцы нащупали узел. Стилман чиркнул спичкой и поджег длинную сигару во рту Крида.
— Нечего сказать, Браттон? Я польщен. Теперь, если ты вздумаешь не курить, я тебя убью и выслежу девчонку без твоей помощи. Не так, что ли? Может, ты надеешься, что сможешь изменить что-то? Ну ладно. Пойду-ка я вон в те кусты и подожду. Немного похоже на охоту пумы или бобра. Приманивать, выжидать и нападать, Браттон, приманивать и нападать.
Пот струился по лбу Крида, и он так жалел, что потерял где-то свою шляпу. Наверное, она там же, где и пистолеты. Он выругался. День был на редкость неудачным. Его рубашка была мокрой от пота и прилипла к спине. Ему было жарко в высоких до колен мокасинах, и он пошевелил пальцами ног и прикрыл глаза. В любое другое время он только получил бы удовольствие от сигары, но только не теперь. Его взгляд скользил, передвигаясь по поляне к тому месту, где стоял Стилман.
— Итак, скажи мне, почему же ты не умер? — спросил он с сигарой в зубах. — Тот выстрел должен был убить тебя.
— Ты промахнулся, Браттон. Знаешь, твой выстрел был всегда смертельным, пока ты не связался с этой распущенной шкурой. Это напоминает мне Библейскую историю, которую я слышал, когда был ребенком. О сильном мужчине и женщине…
— Самсон и Далила, — сказал Крид. — Тебе бы неплохо обратить внимание на мораль этой истории.
— Я это сделал, и никогда поэтому не связываюсь с женщинами. — Стилман почесал правую руку и оглянулся, осматриваясь вокруг. — Браттон, кури эту чертову сигару. Может быть, дым притянет ее сюда.
— Как ты выбрался? — Крид отвлекал его от постоянного наблюдения за поляной.
— Вылез. Я бы вас уже тогда пристрелил, если бы вы не забрали мое оружие, — мрачно сказал Стилман, и лицо его искривилось в злобной усмешке. — Единственное, что я тогда смог, это взять коня и ускакать. Никто из вас не заметил: ты крутился и вертелся в коме, а девчонка была так нежна, ухаживая за тобой. Если бы я не был слаб от потери крови, я нашел бы другой способ убить тебя. Но в тот момент я бы не справился даже с этой костлявой вертихвосткой. Ты попал мне в правый бок, видишь? И еще до сих пор торчит пуля в моей ноге, рядом с задницей. Доктор сказал, что операция очень рискованна, потому что когда он станет разрезать ткани, пуля может сдвинуться и парализовать меня, поэтому я теперь должен быть очень осторожным. Две пули, Браттон, ты всадил две пули в меня.
— Давай не будем считаться, — заметил Крид. Сквозь дым, застилавший ему глаза, он заметил, что мрачная фигура Стилмана стала еще темней.
— Нет уж я посчитаюсь! — прорычал Стилман. — Я приобрел новый пистолет и испробую его! В тот раз я промахнулся, но не сейчас, это факт!
— Уверен, что ты расстроишься, если я скажу тебе, что ты преувеличиваешь! — вежливо произнес Крид.
— Как смешно, Браттон! — Стилман сменил позицию, и кусты зашевелились. — Знаешь, ты единственный в мире такой упрямый. Все остальные отступались от нас через неделю-другую, а ты вот нет. Ты шел по нашему следу день и ночь, ночь и день, зависая над нами, как черная туча. Твое преследование очень портило настроение Роперу. Труэтт был очень скор на руку и не позволил бы тебе плестись за нами. В честном бою мальчишка убил бы тебя.
— Не сомневаюсь. Очень жаль, что он попал в дурную компанию. — Крид затянулся сигарой, разглядывая ее кончик с красным огоньком. — А какой интерес у Плюммера во всем этом? Полагаю, ты догадался, что эти акции для…
Пожав плечами, Стилман сказал:
— Да, естественно, они фальшивые, не настоящие. Это прекрасная подделка. Их специально для этого возили в Калифорнию.
— Муллэн?
Стилман кивнул.
— Муллэн. Но Плюммер сказал, что Муллэн стал очень жадным: он потребовал войти в долю, да еще получить свой гонорар.
— И поэтому тебе приказали убить его.
— А ты ко всему еще и не глуп. Только мы решили сделать это под видом ограбления, понимаешь, чтобы не было никаких подозрений. А потом распределили доли: Плюммер оторвал бы себе большой кусок компании, а мы бы забрали акции. И все были бы счастливы.
— Это никогда бы не сработало, — уверенно сказал Крид.
— Но это уже так и есть.
— У тебя нет ни доли, ни золота, Стилман.
— Скоро будут. О, погоди! Мне кажется, что маленькая кошечка поддалась на приманку. Браттон, не вздумай предостеречь ее! Я убью ее не раздумывая.
Медленно повернув голову, Крид увидел, как Ганна остановилась на гребне поросшего травой холма. Натянув вожжи, она оглядывала склон, решая, спуститься ей или нет. Ветер развевал ее волосы, прекрасные медные локоны, сейчас похожие на крылья. Подол ее голубого платья сбился у ног, и из-под него выглядывала кружевная нижняя юбка.
Генерал поднял голову, узнав Ганну, и ее лошадь зазывно тихо заржала. Казалось, это подтолкнуло ее на решение, она ударила каблуками в бока лошади и мелкой рысью стала спускаться со склона. Когда она приблизилась, Крид увидел, как она с легкостью держится в седле, одной рукой управляя лошадью. На ее лице играла улыбка. Его горло сжалось, и он в ярости задергал связанными руками.
Высокие травы расступились перед ней, как легендарные волны Красного моря, и она предстала перед Кридом.
— Все покуриваешь? — окликнула его Ганна, находясь в нескольких ярдах от него. — Ты старый бездельник, Крид Браттон, — весело добавила она.
Задыхаясь от страха за нее, Крид решил, что было бы лучше, если бы она рискнула убежать. Может быть, пуля и не достала бы ее. Он наблюдал, словно в жутком сне, как Стилман вышел из тени кустов, и Ганна увидела его. Бандит ухмылялся.
