Читаем без скачивания Хроника посещения (сборник) - Александр Золотько

«Скол» в воде преодолели без сюрпризов. Он был упругим, требовалось маленькое усилие, чтоб плыть дальше. Как всегда на границе миров, Алекса пробрала дрожь, и подумал он: интересно, что чувствуют другие, не забыть бы спросить на берегу, ведь каждый раз эта трясучка одолевает, а потом он вспомнил, что спрашивал уже, и ему даже что-то объясняли, но всё это было настолько неважно, настолько мелко в сравнении с самим фактом пересечения Черты, что он чуть не выронил загубник, сражаясь с истерическим смехом…

Здравствуй, Зона.

Подозреваю, я кажусь в этих рассказах старше, чем был тогда, старше, к примеру, чем Мелок. Это издержки моего нынешнего возраста и положения. Сделаем скидку и простим. О’кей, ребятки мои?

Короче, если поедете на юго-восток, то мили на пятой по Тихоокеанскому шоссе, по левую руку, увидите огромную примечательную яму, давно превратившуюся в грязевое болото. Видели? Отлично. Так вот, тридцать два года назад на этом месте стоял симпатичный особнячок, окружённый садом. Оказалось, и участок, и особняк принадлежат сэру Гадоту Холдену, магнату, да-да, тому самому. Куплена эта недвижимость, как я понял, была незадолго до наших событий, причём через подставных лиц, иначе всему городу было бы известно, что Холдены пришли в Хармонт.

Туда меня с Гутой и привезли.

Неохота вспоминать в деталях, чем ночь закончилась. Если коротко, уехал я один, а девочку оставили в заложниках. Таким макаром надутый «сэр» и получил моё согласие. Мне, правда, вкручивали, что семью надо обеспечивать, и что за такой куш можно сталкерство бросить да зажить на зависть будущей тёще. Только согласился я не из-за денег, и они это понимали, иначе зачем бы страховались по-гангстерски.

Ну, про Гуту – отдельная история.

А куш – это полмиллиона на двоих, на меня и Алекса Мелка. Если выживет один – всё достаётся одному. Стимулы для других членов команды оставались совершенно неясны, и это меня сильно беспокоило. Отправляясь в Зону, я должен знать, кто и зачем со мной идёт, не прощает Зона таких секретов. Но команду подбирал не я, поставили меня перед строем и сказали: командуй.

Цель экспедиции Холден сформулировал просто: вытащить и привести ребёнка.

Если кто не знает, один из городских интернатов для детей-сирот оказался в зоне Посещения. Это потом он стал Приютом, рассадником легенд и суеверий, а в тот момент был одним из многочисленных строений, откуда драпали все обитатели. Приют-интернат располагался в конце Седого квартала, как потом назвали этот район, а содержали в нём детей разных возрастов, от пятилетних малышей до чуть ли не пятнадцатилетних оболтусов. Вместе детей, конечно, не держали, обычно так не делают. У школьников был свой корпус, своя столовая, свои спальни, у дошкольников – тоже всё своё, отдельное. Когда грянуло, воспитатели, в чём были, сбежали наперегонки с воспитуемыми, и никто не подумал про младшие группы. Насколько я помню историю Посещения, старшие спаслись в полном составе. А вот мелкие… Жаль детишек, попали в суп, как цыплята… И вот, по прошествии тринадцати лет, Холден пожелал проверить, не выжил ли малолетний сынок какого-то его друга-приятеля, оставшийся тогда в приюте.

Идиотизм.

Допустим, у такого большого перца и впрямь есть друзья, чьи дети мыкаются по приютам. Я, кстати, спросил, как это ребёнок из их круга очутился вдруг в богоугодном заведении? Он ответил, что приятель с супругой погибли, а малолетний сын потерялся. Холден, оказывается, разыскивал ребёнка и до Посещения, а когда вышел на след, было уже поздно… Поверим на слово. Но всерьёз предполагать, будто пятилетний малыш пережил те жуткие сутки, а потом рос, как Маугли… В Зоне, ага.

Холден ведь и до нас посылал туда смертников. Сам же и рассказал, как на протяжении всех этих тринадцати лет нанимал сталкеров – и поодиночке, и группами. Никто не вернулся… Да вот хотя бы два месяца назад снарядил друзей-неразлучников с кликухами Винни-Пух и Жгучий Пух. Двум воякам-ветеранам показалось мало Вьетнама, теперь в Зону ходят. И где они теперь?

Ну, про то, что вернувшихся нет, я и без него знал, многие чудаки повелись на сказки о Приюте и сгинули. Э-э, да что там говорить, я и сам, был момент… ладно, замнём. Короче, нормальному, со здоровыми мозгами человеку достаточно задаться вопросом: если вернувшихся нет, откуда взялись сказки? А суровый нефтяной магнат почему-то допускал, что малыш может быть жив, показывал мне старое фото мальчика. Он вообще верил буквально во всё, смешивая мистику и науку, страшная каша была у него в башке, хуже, чем у сталкеров, ей-богу.

Может ли так быть, думал я, что ссылка на приятеля – это маскировка, а на самом деле пропавший сынок – его? Не приспичило ли старику искупить грешок? И отвечал сам себе: дурная мелодрама! Достаточно один раз поговорить с сэром Гадотом, чтобы понять, где и в чём он видал эти ваши «искупления грешков».

Аванс заплатил, сто двадцать пять грандов перевёл на мой счёт без вопросов. Я тут же написал у нотариуса завещание на Гуту, подстраховался по-своему. И пошла работа.

Готовились всего неделю, но обстоятельно. Холденовский пёс по кличке Барри учил нас погружениям. Омерзительная тварь, даром что янки, но инструктор дельный. Кроме того – медосмотр, спортзал, тесты. А вот с чем я никогда не сталкивался, это с тренажёрами для сталкеров. Оборудованием заведовала Миледи. Говорит, в Институте целая лаборатория этим же занимается. Не знаю, даже не слышал о таком, хоть и сам лаборантствовал. Тренажёр – интересная штука, проверяет чувство опасности, сейчас перед Зоной через неё всех пропускают в обязательном порядке, а тогда – экзотика. Нужно каждую секунду угадывать правильный вариант спасения: бьют тебя то слева, то справа, то ещё как-то. Лучший результат выдал, как ни странно, Шланг. Мальчишка, а вот так. «Шланг», потому что длинный, худой и при том гибкий, как гимнаст. Настоящее имя упрямо не называл. Молчаливый, с характером. Я спросил, сколько ему лет, – восемнадцать, если не наврал. Но, судя по изуродованному лицу, по шрамам, которые у него по всему телу, мальчик давно повзрослел. Если несмотря на травмы ты в такой хорошей форме, значит – живучий ты, дружок, на зависть. По мне – это и есть главное в Зоне, живучесть. После везучести, конечно.

К слову, второе месте в испытаниях на тренажёре занял я. Чуть-чуть отстал.

Знакомились мы в процессе. Кроме мальчишки, в опекуемые мне дали Мелка и Миледи. С Мелком более-менее ясно: умник и пижон, освобождён условно-досрочно, ведает им Служба по надзору, куда он обязан ходить и отмечаться. Фамилия – Ванин. Опытный малый, и тоже живучий (раз целеньким выбрался из окружной), плюс охочий до денег. Волосы у него седые, потому что выходец из Седого квартала. Выбеженец. Драпал в своё время вместе со взрослыми. Квартал потому так назвали, что все, кто оттуда, после Посещения поседели, даже дети. А Мелку на тот момент было десять лет. И жил он, кстати, в том самом интернате для сирот, куда мы направлялись, вот почему Холден и привлёк его к делу.