этих наглецов, не подозревая, какую громадную услугу оказывает им своим посещением, преступники были почти уверены в удаче своего неслыханного предприятия, и только одно тревожило их: управляющий Шенфельд, который отправился в Европу и мог прибыть в Монте-Веро прежде, чем они успеют скрыться со своей добычей.
Прошло уже более четырех недель с тех пор, как они поселились в Монте-Веро, а судебная комиссия все еще медлила с формальной передачей владений. Шенфельд, как узнал Фукс, на лучшем пароходе выехал из Бразилии и, по его расчетам, давно прибыл в Гамбург, так что, возможно, Эбергард уже был на пути в. Рио. Если он прибудет прежде, чем им удастся завладеть его богатствами, то дело проиграно и они обречены на гибель! Поэтому надо было во что бы то ни стало не только ускорить отъезд, но и сделать так, чтобы Эбергарда уже никогда больше не видели в Монте-Веро, а для этого было только одно средство – убить его и тем самым исключить всякое серьезное преследование.
С этой целью Фукс и отправился в Рио. Опытный преступник, он сам превосходно владел всяким оружием, но тут должен был быть предельно осторожен, так как Эбергард знал его в лицо, а потому, услышав в городе о Марцеллино, он тотчас увидел в нем исполнителя своих планов. Читатель уже знает о разговоре Фукса с Марцеллино. Черный убийца пришелся Фуксу по вкусу, и белый убийца уже втайне радовался, что графу Эбергарду не избегнуть руки негра.
Прошло несколько дней с того вечера, когда Фукс вручил Марцеллино обещанный задаток.
Ночная тишина стояла над замком Монте-Веро; его высокие окна и река, что протекала неподалеку от парка, серебром блестели в лунном свете.
Почти неслышно раздвигая ветки кустов, через парк пробиралась женская фигура.
– Ты ли это, Маранга, – послышался низкий голос из кустов, что отделяли клумбы от высокой стены неподалеку от широких ворот.
Девушка в испуге остановилась. В эту минуту луна осветила ее лицо – это была одна из тех светлых удивительной красоты мулаток, за которых в Бразилии платили бешеные деньги. Особенно хороши были ее большие блестящие глаза. Роскошные густые волосы девушки прикрывала фантастически повязанная яркая косынка. Ее шея и плечи были открыты, корсаж стягивал тонкую талию, пестрая юбка спускалась до колен, оставляя обнаженными прекрасные ноги шестнадцатилетней мулатки.
Граф Эбергард купил Марангу на рынке невольников в Рио-де-Жанейро, и она исполняла с малолетства обязанности садовницы.
– Маранга, ты ли это? – повторил голос.
– Антонио? – спросила мулатка по-португальски.
– Ты узнала мой голос, прекрасная парда[9],– проговорил знакомый нам погонщик мулов, раздвигая ветви и подходя к Маранге. – Ты не испугалась?
– Немного испугалась, я не знала, что ты уже здесь.
– Да, на этот раз я поспешил вернуться назад, но все же меня кое-что задержало.
– Ты говоришь загадками.
– Господин Ренар в замке?
– Нет, его ожидают ночью.
– Значит, он в Рио?
– Не знаю, Антонио, но ты говоришь так взволнованно.
– Да, бьюсь об заклад, с негром Марцеллино говорил Ренар. Я предчувствую недоброе. Этот человек мне не нравится, следовало бы предостеречь молодого сеньора Конде.
– Не делай этого, Антонио, молодой сеньор Конде…
– Ну, говори, говори…
– Я слышала голоса и шелест платья вон в тех кустах, наверху, – отвечала Маранга шепотом.
– Нас здесь не видно. Что ты хотела сказать мне о графе Эдуарде?
– Он не тень нашего графа, – прошептала мулатка. – Он мне кажется таким странным и…
Маранга, которая обладала весьма чутким слухом, опять, не кончив фразы, схватила Антонио за руку и указала в сторону гротов. Антонио взглянул туда и увидел возле одного из живописных гротов две фигуры.
– Донна Корнелия и император! – прошептал он.
Мулатка приложила палец к губам и подала Антонио знак следовать за ней. Она раздвинула ветки кустов, росших у стены, и стала в их тени.
– Иди, Антонио, – прошептала она. – Завтра вечером встретимся на берегу. Так будет лучше!
– Мне бы хотелось остаться с тобой, Маранга, – тихо проговорил погонщик мулов, прижимая к груди юную мулатку. – Мне все кажется, что тебя могут похитить у меня.
– Будь спокоен, Маранга любит тебя и никого другого.
– Ты хотела рассказать мне о молодом сеньоре Конде.
– Завтра расскажу!
– Нет, я должен узнать о молодом графе! Он ухаживает за тобой?
– Я предостерегла его, Антонио! Маранга сказала ему, что если он еще прикоснется руками к ее телу, она убьет его. Но иди, дорогой Антонио, Маранга любит только тебя!
Молодой погонщик мулов сжал кулаки, но при последних словах девушки порывисто обнял ее и, скользнув в тень высокой стены, вышел через открытые ворота.
Мулатка взглянула в сторону грота. Император и Корнелия исчезли, но нет – в бледном свете луны еще белела ее мантилья у входа в грот.
Прекрасная Корнелия и дон Педру с наступлением вечера взошли на бельведер, чтобы полюбоваться на закат. Адъютант императора напрасно искал молодого графа Монте-Веро, который должен был сопровождать их, и императору пришлось одному прогуливаться с невестой хозяина.
В эту ночь в замок вернулся Ренар, и молодой граф вышел из своих комнат, чтобы встретить его.
Черная Эсфирь, видя, что передача богатства затягивается, стала сомневаться в удаче опасного предприятия и потому всегда была готова к бегству. Никем не замеченная, она прошмыгнула в свою комнату, как только карета подкатила к подъезду.
Эдуард, накинув элегантное неглиже, встретил вернувшегося Ренара в портале вместе со сбежавшейся прислугой.
Они любезно обменялись приветствиями и последовали за лакеем, который шел впереди с тяжелым канделябром. Дойдя до своих покоев в левом флигеле, Эдуард приказал лакею зажечь лампу и оставить их одних.
Зала, куда вошли эти двое, отличалась особой роскошью. Лампа распространяла приятный матовый свет, в открытые окна доносился аромат цветов.
Фукс снял с себя легкое длинное пальто и широкополую шляпу, Эдуард приказал принести вина. Не проронив ни слова, выждали они, пока лакей подал вино На серебряном подносе и удалился. Когда уже никто не мог помешать им, Эдуард приблизился к Фуксу, который наливал себе стакан превосходной мадеры.
– Мы должны спешить, – быстро проговорил он. – Тебя видели в Рио!
– Откуда ты знаешь?
– Сейчас узнаешь, расскажи сперва, что ты устроил! Ты говорил с негром…
– Черт возьми, откуда ты это знаешь? Ну, и что из того, что меня видели? Я нанимал негра для Эбергарда, он служит гребцом на одной из таможенных лодок и имеет такой сильный кулак, что можно быть спокойным! Что делают судебные чиновники?
– Они еще переписывают все. Теперь они в гавани Рио-Веро.
– А проклятый управляющий Виллейро?
– Час назад ему тайно сообщил какой-то погонщик
