Читаем без скачивания Кентерберийские рассказы. Переложение поэмы Джеффри Чосера - Питер Акройд

Первым заговорил самый подлый из них.

«Братья, – сказал он, – послушайте меня внимательно. Я хоть и люблю позабавиться и подурачиться, но голова на плечах у меня есть. Я знаю, о чем говорю. Фортуна подарила нам этот клад. Он теперь наш, мы можем истратить эти деньги как пожелаем, можем веселиться и кутить всю жизнь. Как нажито, так и прожито. Господи, кто бы мог подумать, что нам сегодня так повезет! Теперь мы должны придумать, как перенести все это золото ко мне домой – или к вам, да, конечно, мы ведь поделим все это поровну. Только тогда мы можем быть спокойны. Но днем клад переносить нельзя. Нас обвинят в краже и немедленно повесят на ближайшем дереве. Нет! Это надо делать ночью. Нам нужно тихо и незаметно перенести золото, так, чтобы не вызвать ни у кого подозрений. Вот что я предлагаю. Мы сейчас будем тянуть жребий. Кто вытянет самую длинную жердочку, тот сейчас побежит обратно в город и купит нам вина и хлеба. А остальные двое останутся тут стеречь клад. Когда он, не мешкая, возвратится с провизией – и никому в городе лишнего слова не скажет, – то мы успеем до утра отнести золото к себе и придумаем, где лучше всего его спрятать. Согласны?»

Потом он взял три палочки и, крепко зажав их в кулаке, велел товарищам тянуть по очереди. Самая длинная палочка досталась самому молодому из гуляк, и тот, как было условлено, бегом побежал в город. Но, стоило ему скрыться из виду, как тот бражник, который все это придумал, тихонько сказал приятелю:

«Ты помнишь, что ты – мой названый брат? Ну, так вот, сейчас я скажу тебе кое-что к твоей выгоде. Мы теперь одни. Третий из нас ушел в город. Ты сам видел. Тут полно золота, его хватит на всех. Можно не сомневаться. Но что, если поделить его между мной и тобой? Что, приятель, если нам так все устроить?»

Второй гуляка опешил:

«А как ты это сделаешь? Он ведь знает, что мы тут сторожим золото до его возвращения. Как же быть? Что ты ему скажешь?»

«Если ты поклянешься хранить тайну, – прошептал первый, – то я тебе расскажу, что нужно делать».

«Клянусь. Я никогда тебя не выдам».

«Ну, тогда слушай. Двое ведь сильнее одного – верно я говорю? Когда он вернется, ты встань, как будто хочешь позабавиться. Сделай вид, будто в шутку борешься с ним, а я тем временем нанесу удар ему в спину. Ты тоже всадишь в него нож. Тогда мы поделим все золото на двоих: тебе половина, дружище, и мне половина. Каждому больше перепадет! Можно ни в чем себе не отказывать, играть в кости дни напролет!»

Вот так двое мерзавцев сговорились между собой убить своего друга и новонареченного брата.

Тем временем самый младший юнец, который отправился в город, тоже смекнул, как быть. У него перед глазами были только кучки блестящих монет – ни о чем другом и думать он не мог. «О Господи! – сказал он самому себе. – Если бы мне одному завладеть этими богатствами! Тогда бы я стал самым счастливым человеком на свете». И тут Сатана, этот враг рода человеческого, нашептал ему на ушко, что нужно раздобыть яд и отравить обоих товарищей. Когда человек так глубоко погряз в грехе, как этот гуляка, то дьяволу куда легче искушать его. И вот он решился тотчас купить яд и без промедлений и сожалений совершить убийство. Он отправился к аптекарю и сказал ему, что хочет купить яду от крыс; а еще он сказал, что ему нужно избавиться от ласки, которая передушила у него во дворе цыплят, и от прочих домашних паразитов, шуршащих по ночам.

«Что ж, сударь, – отвечал ему аптекарь, – у меня найдется подходящий яд. Клянусь Богом, этот мышьяк убивает все живое. Стоит только проглотить крошечный кусочек, величиной с пшеничное зернышко, как наступает смерть. Яд начинает действовать через несколько минут. После агонии – конец. Я уже сказал, это средство – смертельное».

«Отлично. Беру».

И аптекарь отмерил ему порцию мышьяка. А юнец вышел на улицу и пошел в харчевню. Там он заказал три бутылки вина. В две из них он подмешал яд, а третью приберег для себя. Он ведь думал, что всю ночь будет таскать золото из леса к себе в дом. Закупорив бутылки с отравленным вином, он вернулся к друзьям, ждавшим его под дубом.

Нужно ли рассказывать то, что и так очевидно? Те двое, как и замыслили, зарезали третьего. Покончив с ним, они расхохотались.

«Давай-ка сядем и выпьем вина, – предложил один. – Мы заслужили отдых. А потом, когда выпьем, закопаем его. – Он откупорил одну бутылку и поднес ко рту. – Ну, твое здоровье! Открывай вторую».

Так они подкрепили свои силы – вернее, думали их подкрепить. На самом-то деле они выпили яд – и, разумеется, вскоре отдали концы.

Наверное, ни один опытный врач не сумел бы описать во всех подробностях их предсмертные мучения. Они были невыносимы, они были ужасны. Так Смерть настигла всех троих – двух головорезов и одного отравителя.

О, проклятые грешники, исполненные злобы и коварства! Вы лоснитесь от чревоугодия, вы захлебываетесь в роскоши. Вы в последний раз мечете кости. Богохульники, ваша мерзостная божба обратилась против вас же самих! Ваши лживые клятвы, ваша гордыня и глупость погубили вас. Отчего род человеческий предает своего Создателя, который искупил его грехи ценой собственной крови?

А теперь, добрые паломники и паломницы, послушайте меня все! «Берегитесь греха алчности. Прости нам наши прегрешения: вот как нужно молиться. А я пришел сюда, чтобы дать вам отпущение. Давайте мне ваши монетки, ваши украшения и ваши серебряные ложки. Вот папская булла об отпущении грехов. Жены, что вы мне дадите за это? Тюки с тканями? Глядите. Я могу вписать сюда ваши имена – и тогда вы без труда попадете в рай и сподобитесь блаженства. Силой высшей власти, которой я облечен, и за определенную плату я отпущу вам все грехи. Вы снова станете невинны, как в день своего появления на свет. Вы не пожалеете о потраченных деньгах. Раскошеливайтесь. И да поможет вам Христос милостивый снискать Его прощение! Да спасет Он ваши души!» И так далее. И тому подобное.

Вот так, собратья паломники, я проповедую. Да, я забыл еще кое-что сказать. У меня в мешке множество чудотворных мощей, а также индульгенций, выданных мне лично Папой. Если кто-нибудь из вас желает воспользоваться этими святыми письменами, пожертвуйте мне немного денег и становитесь передо мной на колени. За ваше благочестие я отпущу вам грехи. Я могу продать вам отпущение прямо сейчас или позже, в любое время, пока мы вместе путешествуем. Мои индульгенции всегда свежие и новехонькие – пока вы можете платить за них, разумеется. Ну, не благодать ли это, что среди вас есть я? Я в любое время могу очистить вас от грехов – и днем, и ночью. Я к вашим услугам. Возможно даже, что кто-нибудь из вас свалится с лошади и сломает шею. А я – ваша страховка: я ведь могу отпустить вам грехи до того, как ваша душа покинет тело.

Давайте же начнем с Трактирщика. Готов поклясться, что он среди нас – самый отъявленный грешник. Я прав? Выходите же, Гарри Бейли, и отсыпьте мне деньжат. Тогда я разрешу вам перецеловать все мощи, какие у меня есть. Развязывайте кошелек, сэр.

– Как бы не так! – отозвался наш Хозяин. – Да проклянет меня Христос, если я тебе хоть грош пожертвую! А ты мне, значит, велишь поцеловать свои грязные подштанники, да еще поклянешься, что их обгадил святой! Клянусь святыми щепками животворящего креста, да я бы лучше сжал в кулаке твои жирные причиндалы, чем эти фальшивые папские буллы. Я отрезал бы их и поместил в достойную раку – свиной помет! Там им самое место.

У Продавца индульгенций от злости даже слова в горле застряли. Он только молчал да сердито пучил глаза.

– Ну, с тобой и ругаться-то не смешно, – сказал наш Трактирщик. – С таким надутым гусаком каши не сваришь!

Тогда Рыцарь, увидев, что все смеются над Продавцом индульгенций, выехал вперед и встал во главе процессии.

– Довольно ссориться, – сказал он. – Хватит вам. Вы, сэр Продавец индульгенций, перестаньте кипятиться. Улыбнитесь. А вы, сэр Трактирщик, извинитесь перед нашим другом. Расцелуйте его в щеки – в знак дружбы. И вы, сэр Продавец, возвратите ему поцелуй в знак примирения. Пускай этот день будет днем любви. И продолжим путь, как прежде, с весельем и добрым смехом.

Так помирились Трактирщик с Продавцом индульгенций. И пилигримы поехали дальше, продолжая веселиться.

Рассказ Шкипера

– Жил когда-то купец в Сен-Дени – городе к северу от Парижа; он был достаточно богат, чтобы слыть в свете умным человеком. У него была жена-красавица, которой нравилось хорошее общество. Она была весела и беззаботна. Обычно такие женщины дорого обходятся мужьям. Ему приходилось тратить на нее больше, чем она зарабатывала комплиментами и восхищенными взглядами. Она посещала все праздники, все танцы, наслаждаясь всеми теми удовольствиями, которые испаряются так же быстро, как мелькают тени на стене. Мне искренне жаль мужчину, который должен за все это расплачиваться. Бедняга-муж обязан одевать жену, кутать ее в меха, украшать драгоценностями – и все это ради собственного доброго имени! А жена тем временем танцует под собственную музыку. Если муж вдруг решит, что счета ему не по карману, что все это – пустая трата денег, тогда жена может и другого найти, кто пожелает для нее раскошелиться. Или у кого-нибудь займет. Это тоже опасно.