и зачем они инструменту Смерти?
— А я-то думал, что мы обойдёмся без депрессии, — Хиросэ всплеснул руками.
— Я не думал, что мои слова тебя опечалят, — Вещий Дух сделал очередной бросок, — а ты более чувствителен, чем я думал.
— Я не чувствителен! — возразил Мицуки, — Просто… Вам что, вообще не обидно?
— А что мне даст обида? — хмыкнул мужчина, — Какой-то бесценный опыт? Новые возможности?
Юноша поджал губы и отступил назад. В словах господина была большая доля истины. И это… Так раздражало.
— Я вспомнил про одно заклинание, — вдруг, снова заговорил Хиросэ, будто не намеревался сдаваться без боя, — сначала я нашёл его странным, но… Оно, вроде как, предназначалось для жнецов особого назначения.
— Продолжай.
— Суть его состояла в том, чтобы видеть всё глазами жертвы… — Мицуки хотел продолжить, но мужчина его перебил, мотая головой, — Я не стану этого делать.
— Всего один раз, испытайте его на мне, — юноша прижал ладонь к сердцу.
— Ты не жертва… — начал мужчина, но, Мицуки, как бы отвечая на резкость повелителя, не позволил ему договорить, — Тогда думайте обо мне как о вашем слуге… Как о друге или ещё о ком-то.
— К чему такое упрямство? — поражался Вещий Дух.
— Я просто хочу, чтобы вы это увидели, — Хиросэ убрал телефон в карман, чувствуя, что тот больше не понадобится, — других помыслов у меня нет.
— Хорошо, — сдался мужчина, — если ты так этого хочешь и у нас всё обоюдно… Протяни руку. Я коснусь тебя.
Мицуки кивнул, послушно выполняя просьбу господина. Старший обхватил его ладонь пальцами. По руке юноши пробежал лёгкий разряд тока. Как только он добрался до глаза Хиросэ, тот резко отстранился, накрыв его рукой. Парень судорожно потирал покрасневшее веко:
— Вы не говорили, что это будет так неприятно!
— Это бы тебя не остановило, — господин стоял на месте, не рискнув подходить ещё ближе к слуге, — убери руку. Так я совсем ничего не вижу.
— Ой, — Мицуки выпрямился и осторожно приоткрыл глаз. Замыленный взгляд постепенно прояснился, — ну как?
— Так вот как я выгляжу со стороны, — мужчина задумчиво кивнул, — а ведь всё не так уж и плохо…
— А разве могло быть иначе? — юноша медленно повернулся к рассветной заре.
Взгляд пал на приятное розовое небо, ласкаемое яркими золотыми лучами солнца. Зефирные облака медленно плыли по небу, отражаясь в чистой воде и пропуская через себя солнечный свет.
В этот момент сердце мужчины дрогнуло, однако сам он стоял смирно, боясь лишний раз пошевелиться. Давно забытые ощущения затрепетали где-то внутри тысячами бабочек, проснувшихся от столетнего сна.
Прежде Вещий Дух не хотел пользоваться этой силой; Не хотел искушаться. Он убеждал себя, что не будет скучать по миру, наполненному всевозможными красками. Но, повелитель действительно соскучился. И только в это мгновение господин в полной мере ощутил, насколько сильно.
Сожаления о том, что Вещий Дух не потратил время прогулки на сон, быстро рассеялись пеплом по ветру.
Хэллоуин
Придя с одушевляющей прогулки, Мицуки вернулся к поиску оставшихся книг. Юноша, параллельно с этим, пережёвывал шоколадный сырок, которым его угостил Вещий Дух. Да уж, засовывать сладость в рот полностью было его ошибкой.
Жаль, они гуляли так мало — всего час. Это ничто, когда ты беседуешь с мудрейшим существом.
Во время нудных поисков Мицуки случайно столкнулся с Коллином, что прибирал соседний стеллаж. Они, несмотря на лёгкую неловкость вначале, смогли разговориться.
Беседовали жнецы о повседневных вещах. Коллин невзначай интересовался успехами бывшего ученика, но ничего внятного не услышал. Это натолкнуло его на некоторые выводы.
Хиросэ всё ещё не мог оправиться от «свидания». Ментально он всё ещё оставался там, на берегу, слушая мирный шум волн.
Невольно Мицуки начинал задумываться о том, чтобы возвращаться туда время от времени. Он хорошо запомнил то место и сделал несколько фотографий на память, так что, с перемещением проблем возникнуть не должно.
Сердце чуть вздрогнуло, как только Хиросэ приблизился к воспоминаниям о полёте над озером. Те смешанные чувства нахлынули на юношу с новой силой. Уши заметно покраснели, как только в них эхом раздался успокаивающий голос Вещего Духа. Волна мурашек не заставила себя долго ждать.
— Всё в порядке? — поинтересовался Коллин, замечая изменения в поведении ученика, — У тебя что-то с лицом.
— Д-да? — Мицуки помахал рукой у своей шеи. И почему вдруг его пробил жар? Юноша старался сохранять спокойствие, насколько это возможно, — Что с ним?
— Щёки непривычно розовые, — подметил мужчина, потерев пальцем собственное ухо. Он находил состояние бывшего ученика довольно странным, если учитывать тот факт, что жнецы никогда не болеют, — ах и… Кончики твоих ушей тоже… Ты думаешь о каких-то порочных вещах?
— Чт-… — вопрос Коллина на мгновение сбил младшего с толку. Хотя, тут нечему было удивляться. Порой, тот был прямее, чем рельсы, — Вовсе нет. Я думал о господине.
— Оу… — мертвец замолк и тактично отвёл взгляд, — Я думал, у тебя уже прошла фаза романтизации.
— Я вовсе его не романтизирую, — румянец постепенно пропал с щёк Мицуки.
— Ты считаешь себя единственным, кто может его понять? — тон Коллина остыл, приобретя некоторую колкость, — Что, с тобой он ведёт себя по-особенному? Именно с тобой он обретает покой?
Хиросэ оцепенел и медленно, чуть ли не со скрипом, повернул голову к жнецу. Почему он говорит так, будто пробрался в его голову? Словно нашёл там эти мимолётные мысли… А сейчас Коллин нарочно зачитывал их, чтобы пристыдить юношу. Однако, вместе с лёгким стыдом, Мицуки посетила ещё одна вещь.
Яд вновь пропитал его острый язык.
— Коллин, ты что… — уголки губ предательски расплылись в саркастично сочувствующей улыбке, — Ревнуешь?
— Хах? — возмутился мужчина, — Как тебе это вообще в голову пришло?
— Да так, просто создалось такое ощущение… — Хиросэ глубоко вздохнул, понимая, что точного ответа старший не даст. Больно правда глаза режет, — Что ты вообще знаешь о господине? Помимо того, что у него Смерть в голове сидит.
— А это ещё что за вопрос? — Коллин продолжил составлять книги в ряд.
— Ну, ты же старый и довольно долго служил ему, — бессовестно аргументировал Мицуки, — хоть какая-то информация должна у тебя быть.
— Кхм-… — жнец тактично промолчал и взглянул на одну из книг, задержавшуюся в руках, — Я предполагаю, что это существо, созданное из чистой тьмы. Ему просто придали человеческое обличие. У него нет чувств, эмоций и прочих человеческих черт… Он может только копировать их.
Хиросэ всё не мог отделаться от разговора с господином на пляже, что повторялся в голове независимо от желания. В тот момент юноше казалось, что повелитель живее всех живых в
