вдохнуть. Дейл отходит на шаг:
— Что ещё ты можешь сказать? Только умолять, чтобы я тебя пощадил. Но ты подохнешь здесь.
— Нет, дебил! — сквозь кашель выдавливает Пит. — Я пытаюсь тебя остановить, потому что борцов за свободу больше. Они положат вас всех. Шейн никогда не победит их. И если ты останешься на его стороне, то тебя убьют. А я не хочу, чтобы погиб мой единственный настоящий друг!
Он снова плюётся кровью. Дейл разводит руками:
— Что?
По коридору летят пара десятков южных. Кто-то кричит: «Отвали от них, предатель!». Толпа сносит Дейла. Пит опускает лицо. Сет видит, как больше десятка ног впечатывают тело Дейла в пол. Кровь брызжет в разные стороны. Заливает светлые пряди.
* * *
Ник открыл глаза. Во рту оставался сладкий привкус. Горло напрочь пересохло. Голова гудела. Ник медленно поднялся на ноги. Всё тело трясло.
Помещение пятого офиса заполнилось народом. Человек пятнадцать южных. Несколько поддерживали Сета с Питом. Те еле стояли на ногах. Изрядно побитые, в грязной порванной одежде, поникшими взглядами сверлили пол.
Ник осмотрел помещение. Куча поваленной разломанной мебели, Скотт с ножкой от стола в груди. На стенах — красные подтёки. Там, где лежал Шейн — лишь кровавое пятно. Ник окинул взглядом южных:
— Где Шейн⁈ Кто-нибудь видел его⁈
— Нет, — Пит поднял глаза. — Скрылся.
— Чёрт…
— Эй! — один из южных подошёл к телу Скотта. — Мы что, победили? Всё кончено?
— Да, — ответил Пит.
Он оттолкнул парня, что его поддерживал. Качаясь, Пит подошёл к столешнице, валявшейся на полу. Обхватил двумя руками и поднял над головой.
— Победили! — крикнул Пит. — Поздравляю!
Он швырнул столешницу в стекло. Та пробила дыру, раскидывая осколки. Через пару мгновений, с улицы донёсся громкий хлопок.
24
Ник потягивал стим в южном штабе. За несколько дней, с помощью Эдди, организм удалось вернуть в норму. Правда, от смеси отказаться так и не удалось.
Все эти дни, по южной половине бегал радостный народ. С восторгом встречали гостей из Десятки, из Семёрки. Обнимались и воспевали великий свободный народ бывшего Периметра. Торжество захватило и Пита, что до этого несколько суток провёл в полном отчаянии. Кобб вдохновлённо работал с Полом Уотчем над новой автоматизацией. Сет тусовался с инженерами и рабочими разных юнионов. Продумывали планы развития. Только Ник молча потягивал стим в штабе.
Кобб пришёл под вечер. Развалившись на стуле, с улыбкой заявил:
— Всё готово.
— Что именно? — Ник таращился в стену.
— Мы подписали все договоры. Успели. Представители Терастопии уже едут. Подписание — завтра.
— Ты же сказал, что уже подписали?
— Да, вся основная часть готова. Завтра — торжественная церемония. Но уже сейчас, я могу смело поздравить вас! Мистер Стоук, поздравляю с получением гражданства великого государства Элефер!
Кобб наигранно зааплодировал. Сверля Ника глазами, осторожно произнёс:
— Отметим?
— Не хочу, — буркнул Ник. — Чёрт, Кобб, вы слишком торопитесь.
— Ты офигел⁈ — Кобб развёл руками. — Люди полвека этого ждали. Мать твою, Ник! А как ты хочешь? Разве ты не этого добивался?
— Этого, Кобб, — Ник повернулся к нему. — Но ничего не выйдет. Шейн всё ещё где-то здесь, на этих территориях. Он не отступит! И все ваши сказки — просто иллюзия, которая скоро разрушится.
— Опять эта телега! Я надеялся, ты успокоишься.
— Я не могу успокоиться.
— Ну послушай, — Кобб замотал головой. — Что Шейн может сделать? У него ничего не осталось. Никаких рычагов, никакой власти. Он потерял свою легитимность. Он больше никто. Тогда, после штурма, Шейн ещё мог подпортить нам жизнь. Но не стал. Он никого не убил, никого не похитил. Шейн не убил тебя или Сета. Хоть поднялся на ноги. И такому спецу, как он, ничего не стоило загасить парочку полуживых южных. И знаешь, почему он этого не сделал?
— Просвети.
— Потому что сдался! Оставил эти территории, оставил нас. Выдохни ты уже, наконец! Ник, это паранойя. Ты просто помешан на мысли, что Шейн что-то готовит.
— Ты недооцениваешь его.
— Чтоб тебя…
Кобб вскочил со стула и подошёл к окну. Ник продолжал:
— Шейн не стал никого убивать, чтобы мы потеряли бдительность. Решили, что он отказался от своих планов. Это не самый хитрых ход, но сейчас, люди здесь слепы как никогда. Они в таком предвкушении…
Он остановился. Все эти несколько дней, Ник не мог уснуть, представляя, как узники Периметра, за шаг до свободы, теряют всякую надежду. Он не знал, как именно всё произойдёт. Не знал, что именно придумал Шейн. Но хорошо видел печальный исход. Только сейчас, Ника осенило.
— Твою мать! — вскрикнул он и подошёл к Коббу. — Я понял! Я всё понял, Кобб! Шейн специально скрылся, чтобы мы расслабились. Смерть любого из нас ничего бы уже не решила. Подписание всё равно произойдёт, а идеи Сета, с его гибелью, только обретут новую мощь. Шейн хотел, чтобы всё дошло до точки невозврата. Он сорвёт церемонию подписания. Люди уже не могут ждать, и не станут предупреждать Терастопию о возможной угрозе. Шейн подставит всех. Это навсегда закроет отношения Элефера с любым другим государством. Кроме нового Заказчика, с которым у Шейна договор.
— Да это чушь, — Кобб ухмыльнулся. — У нас целая толпа людей с оружием. Вся территория будет охраняться.
— Но кем? Теперь, оружие есть и у Шейна. Он немало крови попил огромной корпорации, которая была готова к противостоянию. Люди, охраняющие церемонию — слепы. Они видят только скорую свободу, и их легко застать врасплох.
— Чёрт, — Кобб пнул стену. — Даже если ты несёшь бред, мы не можем просто забить.
— Именно.
— И что ты предлагаешь?
— Биться с Шейном лицом к лицу — бессмысленно. Надо зайти с другой стороны. С той, которую Шейн хотел скрыть ото всех. Больше, чем что-либо. Церемония — завтра днём. Сколько ехать до Двойки?
— Блин, не знаю. Часов семь, или больше. Плюс пара остановок.
— Если выдвинемся сейчас — успеем.
— Стоп-стоп. Ты думаешь, что жена Шейна станет его переубеждать?
— Это наш единственный рычаг. Здесь нам оставаться нет смысла. Ещё пара чуваков погоды не сделают. Даже с оружием. Но проникнуть в Двойку можно только по-тихому. Нам с тобой. Кто знает, сколько ещё людей поддерживают Шейна.
