не климатило. Так что, чтобы не слышать больше обвинений в свой адрес, я нанес третий и самый решительный удар по печени, голове и по самому внутреннему голосу – прямо в морду его, гада, после чего мы оба сломались совсем, до утра.
Спал я крепко, можно сказать, сном праведника. Снов никаких не видел. Проснулся поздно. Правда, когда проснулся, тут же в моей голове пронеслась картинка вчерашнего вечера и ссора с Аней. Тут же, как прилив, накатило моральное похмелье. Как бы я себя там вчера не убеждал, но с Аней получилось нехорошо. Надо бы поговорить и постараться помириться. Для этого я встал, хотя желание еще поваляться присутствовало. Сходил в душ, привел свое тело и физиономию в порядок – побрился, причесался, накинул на себя что поприличнее. Посмотрев на остатки вчерашнего ужина, есть не стал, уж больно неаппетитно все это как-то выглядело. Лучше перекушу вместе с Аней. Завтрак вдвоем вполне может послужить актом примирения. Вот даже крутые политики, которые на дух друг друга не переносят, на завтраке встречаются и обсуждают насущные вопросы и проблемы, а иногда даже приходят к консенсусу. Совместное поедание бутеров за одним столом, как ни крути, сближает.
Я спустился на этаж, где снимала апартаменты Аня, и постучал в ее номер. Тишина. Тогда я постучал настойчивее и достаточно громко.
– Вы к госпоже Цереи Ко? – спросил служитель, проходящий мимо.
– Именно, – ответил я.
– Госпожа сегодня уехала ни свет ни заря.
– Куда?
– Что, простите? – недоуменный взгляд вместо ответа.
Ну да, глупый вопрос. Откуда служитель гостиницы мог знать, куда уехала столичная красавица-журналистка, он же не ее пресс-секретарь. Вот характерец у девушки. Могла бы вчера хотя бы намекнуть куда, и самое главное зачем ее понесло спозаранку. Я протянул купюру молодому человеку.
– Как только госпожа Церея Ко появится в гостинице, дайте мне знать. Я живу в президентском номере.
Купюра, перекочивавшая из моих рук в его, моментально исчезла в глубоком кармане.
Очень низкий поклон, благодарность и заверения, что господин Суаре Эна при появлении госпожи Цереи всенепременно будет сразу же извещен. Знают, сучьи дети, даже обслуга в курсе, кто живет в президентском номере. Придется завтракать в одиночестве. А кому сейчас легко?
На этом же этаже в самом конце соты коридора находилась дорогая, но уютная, а самое главное, чистая кафешка. Ожидая заказ из легких горячих закусок и обжигающего, тонизирующего напитка, которой можно получить только утром, уселся за столик с видом на золотую статую генерал-фельдмаршала. Чтобы не пялиться на каменного истукана, покопался в браслете и проложил путь до точки сбора. Оказалось, не так далеко, можно и пешочком прогуляться. Время сбора означено на два ноль-ноль. Еще четыре часа. Ну и чем заняться мертвецу в Салантае? – перефразировал я название известного голливудского фильма.
Приятно, когда не надо никуда торопиться. От этого появлялось обманчивое, сонное впечатление, что ты дома и у тебя сегодня воскресенье – выходной день, когда ты волен распоряжаться своим свободным временем. Ел не торопясь, тщательно, как мама учила, пережевывая каждый кусочек и тут же запивая его бодрящим напитком. Все шло хорошо, я совсем расслабился.
И тут, как укол шпаги, опять это дурацкое чувство, как будто за тобой кто-то очень внимательно наблюдает. Стало очень неуютно. Встряхнуло будь здоров, полудремную расслабуху как рукой сняло. Приложив кружку к губам, делая вид, что пью медленно, сантиметр за сантиметром отсканировал пространство по кругу. Никого и ничего подозрительного. В зале ни единого постороннего лица, кроме двух служителей споро собирающих посуду с соседнего стола и уносящих ее на кухню после четырех позавтракавших посетителей: трех солидных мужчин и вертлявой, уже хорошо потасканной на излете женщины. Служители не в счет – они слишком погружены в работу и, исполняя свои обязанности, ни к кому более интереса не проявляют, им хочется побыстрее закончить. Посетители тоже отпадают, потому что, когда я заходил внутрь, они выходили, их уже давно и след простыл. Что за хрень? Откуда же такое гадкое чувство? Ни единого подозрительного лица, которое могло проявлять к моей персоне нездоровый интерес, но я был готов голову отдать на отсечение, что это не так.
Есть сразу же перехотелось. Я расплатился наличными из кошелька, переданного мне Еномой, и вышел. Прохаживаясь по коридору мимо ярких витрин, дорогих брендовых бутиков, старясь в начищенных до блеска стеклах разглядеть того, кого я так сильно мог заинтересовать, заодно прислушивался к себе, вроде бы все норм, никого следящего за мной не вижу и никому вроде бы не нужен, и беспокоиться как бы нечего. Но где-то внизу живота зарождалось поганое, мерзкое до тошноты чувство тревоги, сопоставимое с той тварью, которая намедни выползла из трупа зверушки на месте нашей высадки на Грелиосс. Для меня это верный признак – жди, парень, скоро случится какая-то хрень. Неприятности я чувствовал заранее, как некоторые могут по состоянию своего организма предсказывать дождь или, наоборот, прекрасную солнечную погоду. Я же интуитивно сам себе предсказывал кучу дерьма, которое вот-вот должно обильно просыпаться на мою голову. Иметь такую интуицию, конечно, неплохо, но есть маленький нюанс: ты не знаешь, откуда прилетит, и поэтому невозможно подготовиться. Обычно ты только констатируешь: «Ну вот, случилось. Я же говорил».
Взглянул на свой браслет. Может, это как-то связано с ним? Помню, у нас говорили, что отследить человека по мобиле в любом уголке Земли как два пальца об асфальт, а еще за ним и подсмотреть можно, подкараулить его в самый пикантный момент. Но кто-то чужой отследить тебя и твои передвижения по этому браслету, собранному на Земле учеными из будущего, не может, – так утверждала Гелла. Потому что, настолько далеко висбуки пока не продвинулись в своем техническом прогрессе. В общем, не доросли еще. Ладно, будем смотреть, а еще постараемся быть максимум осторожным.
На встречу я вышел заранее. Во-первых, надо было проверить, нет ли за мной хвоста, и если что, отсечь его, а во-вторых, хотелось просто погулять по городу, поглазеть на него не из окна Еноминого «членовоза», а самому, что называется, пощупать. Потоптаться всегда же интересно, посмотреть на чужой город незамыленными глазами постороннего, что на Земле, что на другой планете. И хотя очень многие знания об устройстве городищ висбуков, их внешнем виде, а также быте жителей и многое-многое другое было заложены в мою голову во время полета, пока я спал, но вживую это же совсем другой «цимус». Поэтому я так и сделал: пошел на поводу собственного любопытства, но при этом соблюдая все
