какого-то очередного статусного мужика?! Да сколько можно уже так лажать?!".
ГЛАВА 24
– Я... я промахнулась, – едва слышно проблеяла она.
– Для эйры простительно, - спокойно ответил декан глубоким чуть хриплым голосом. – Так понимаю, это был экспромт? Без тренировки?
– И... дерево даже не загорелось! – пыталась принизить свои достижения Хелен.
Вот бы еще декан o ней забыл, но, кажется, это теперь несбыточная мечта. Вон как внимательно он ощупывал взглядом деревяшку с прожженной дыркой перед собой.
– Хм, экономили силы? – Одними губами улыбнулся пожилой мужчина, глаза которого oставались холодными, как сталь. - Предусмотрительно.
– Э-эм, наверное, просто не получилось... - пыталась донести свою мысль девушка.
– Зато получился интересный эксперимент, – продолжал задумчиво отвечать декан, опять сложив руки за спину.
– Я всё равно пойду на факультет артефакторики! – вздернув подбородок, отважилась выпалить Хелен.
– М-м, почему? - удивился Эмирит, поворачиваясь к студентке.
– Потому, что... Как вы представляете себе эйру в армии?! – дерзнула она задать встречный вопрос.
– М-м, действительно. Никак не представляю. - Пожилой мужчина опять отвернулся к щиту.
Мастер Дор'оэнес молчал, не влезая в их странную беседу.
Они все помолчали какое-то время. Ученики Каркута так вообще продуманно потерялись где-то в глубине двора, подальше от старших по званию.
– Значит, как наконечник арбалетного болта? – повторил декан, так задумавшись, что даже чуть наклонил голову набок. – Почему именно так?
Повернулся и глянул на Хелен, обдавая холодом своих стальных глаз.
– Э-эм, а как что еще? Боевой снаряд, который летит быстро...
– Но болт из металла. А нан – энергетический сгусток.
– Зато острая форма очень даже... летательная, быстро долетит, - сказала Хелен и сразу смутилась под мужскими взглядами.
Кажется, она опять сказала какую-то чушь. Действительно, разве энергии мешает сопротивление воздуха при полете? Οна до сих пор думает реалиями своего технического мира, и просто представила знакомый ей по прошлой жизни снаряд в виде стандартной пули, которая в ее мире тоже была из металла и должна была иметь обтекаемую спереди форму.
– И красивенькая... – добавила девушка уже специально и старательно похлопала ресничками.
Может, еще получится прикинуться дурочкой и не попасть в зону интереса этого жуткого мужика.
– Ну да, ну да, - рассеянно отреагировал задумавшийся декан Эмирит, кажется, даже не слышавший, что она говорит.
– А что, если такая форма поможет нанам пробивать барьеры? – вдруг сказал мастер Дор'оэнес.
– Думаешь? Но подобного рода барьеры давно уже мало кто... - отвечал ему декан.
– Тем не менее тогда при Истроке... - спорил мастер.
Мужики негромко завели только им понятную беседу, говоря недомолвками.
– Я могу идти? - тихо спросила Хелен и, поскольку на нее не обращали внимания, сделала пару шагов назад.
– Стоять! – гаркнул вдруг мастер Дор'оэнес, и у девушки чуть сердце мимо гланд не выскочило.
Подошедший к ней боевик защелкнул на ее запястьях холодные браслеты, о которых Хелен уже успела забыть, и заглядывая в лицо, добавил ласково, насколько это было возможно в его исполнении:
– Не переутомляться! Больше отдыхать! И десерта в столовой бери побольше, не стесняйся. Понятно, студентка Бальмануг? Вам нужно вовремя восстанавливаться!
"Φу-у-ух! – выдохнула про себя девушка, лишь молча кивая в ответ, как болванчик. - Нет, всё-таки нежным эйрам нельзя к боевикам идти учиться. Слишком они... резкие бывают".
До конца недели мастер Дор'оэнес больше не беспокоил Хелен, что ее впoлне устраивало. То ли дал время на восстановление, то ли был занят ещё чем-то, но девушка вздохнула с облегчением. Α то вдруг боевики ее к себе на факультет перетащат и спрашивать не будут? А она видит свое будущее в другой сфере.
Чтобы максимально не видеть свою соcедку и ее подружек, Хелен в свободное от учебы время пропадала в библиотеке. Кажется, это было единственное место в академии, где можно было спокойно заниматься. Здесь были не только письменные столы и все доступные книги, но и мало постороннего народа. Поэтому можно было спокойно поработать не только с книгами, но и с собственными записями, многие из которых, особенно что касается будущих артефактов, она вела на родном языке.
После ужина Хелен иногда задерживалась в столовой, где проходили вечерние тусовки студентов. Хотя в здешнем воспитании и в публичном месте "тусовка" представляла собой скорее званый вечер, где все чинно сидели группами за своими столами, изредка переходя от одного к другому, и обменивались новостями. И сплетнями, конечно, тоже.
Так, Хелен узнала, что вроде бы у кого-то из студентов подвижки в поисках "Тупичка Гоблина", по крайней мере, кто-то из старшекурсников, размахивая личным почтовым артефактом, заверял, что почти нашел магазинчик. Пока другие студенты жарко спорили в стороне, собирая вокруг новые ставки, девушка лишь прятала улыбку.
– Вы не верите в их успех, студентка Бальмануг? – спрашивал слишком наблюдательный Кагматт.
Несмотря на все трения, что у них порой случались, ребята не бросали девушку одну. И по вечерам частенько за их столом собиралась целая компания – не только их троица, то есть четверка, но присоедиңялся Бхетер с задумчивым Михидом, еще кое-кто то из неопределившихся первокурсников, то из боевиков, приятелей Бхетера.
– Говорить можно что угодно. Но я поверю, только когда они действительно найдут этот магазин, - отвечала Хелен.
– Это так сложно сделать? - спрашивал Сарват.
Но девушка лишь неопределенно пожимала в ответ плечами. Конечно, сложно найти то, чего не существует! Но пусть знатные мальчики и дальше забавляются, всё меньше времени и сил будет оставаться у них на прочие глупости. Например, чтобы меньше обращали внимание на нее. Хелен знала, что надо благодарить Кагматта и прочих ребят, которые опекали ее, за то, что другие избалованные студенты не отваживались открыто ей пакостить.
Иногда за их стол подсаживались и "недруги", но поскольку явной причины отказать в "визите" не было, приходилось терпеть неприятные компании. Например, Гиффорда с его верным дружком Ор'аром.
– Мне очень интересно, а как вы в свое время нашли этот "Тупичок голина", студентка Бальмануг? – задавал каверзный вопрос Гиффорд, подходя к их столу.
– Гоблина! Тупичок
